— Думаю, что нам будет гораздо удобнее в моем кабинете, — предложил Адамант. — Следуйте за мной.
Он повел гостей в кабинет, дружески болтая.
— Вожди нашей партии настаивали, чтобы мы разместили штаб-квартиру в столь кошмарном здании, и в минуту слабости я поддался на уговоры. Конечно, вся эта роскошь не слишком нам подходит, но принято считать, что мы должны подавать себя не хуже консерваторов, иначе избиратели не примут нас всерьез. Правда, лично я думаю, что именно такое стремление к роскоши в последние годы подрывало доверие избирателей к реформистам. Но я совсем недавно занимаюсь политикой, и с моим мнением мало считаются.
Медлей принес еще несколько кресел, а Даниель побеспокоилась, чтобы все удобно разместились и перед каждым был полный стакан вина.
— Что вы думаете про этот дом? — вежливо спросил Хок.
— Отвратительная старая конура. Воняет сыростью, а туалеты плохо работают.
— Ваш сад тоже не слишком здорово выглядит, — заметила Фишер.
Даниель и Адамант обменялись взглядами, и их лица внезапно помрачнели.
— Наши враги, капитан Фишер, — спокойно пояснил Адамант, — не стесняются прибегать к колдовству. Три дня назад там был великолепный сад. Прекрасные газоны, ухоженные цветники и великолепная яблоня. А теперь ничего нет. Больше здесь ничего не вырастет. Небезопасно даже отходить далеко от тропинки. В мертвой земле живут какие-то твари. Я думаю, что по ночам они выползают оттуда. Пока их никто еще не видел, но по утрам на входной двери и ставнях появляются царапины, которых не было накануне вечером.
На мгновение в кабинете наступила мрачная тишина.
— Кандидатам на выборах запрещено использовать колдовство в любой форме, — прервал тишину Хок. — Ни прямо, ни косвенно. Если вы сможете доказать, что Хардкастл ответствен…
— У нас нет доказательств, — ответила Даниель. — Он слишком умен.
Снова наступила тишина.
— Вы быстро добрались, — с улыбкой произнес Медлей. — Я только утром послал запрос.
Хок взглянул на него.
— Вы просили именно нас?
— Ну да. У Джеймса много врагов. Я хотел найти для него лучших телохранителей, какие только существуют. Вы и ваша спутница пользуетесь прекрасной репутацией, капитан Хок.
— Репутации иногда недостаточно, — заметила Фишер. — В последний раз, когда нам пришлось служить телохранителями, наш подопечный все-таки погиб.
— Мы слышали про гибель Советника Блекстоуна. Это не ваша вина. Вы сделали все, что могли, чтобы защитить его. И вы нашли убийцу, хотя остальные Стражи давно прекратили бы поиски.
Хок взглянул на Адаманта.
— Вы одобряете выбор вашего консультанта, сэр Адамант? Еще не поздно найти других телохранителей.
— Я вполне ему доверяю, — ответил Адамант. — Когда речь идет о найме людей, его суждения непогрешимы. Стефан разбирается в подобных вещах. А теперь, если вы и ваша спутница не отказываетесь приятно провести с нами время, я проинформирую вас о последних событиях. Что вам нужно знать, капитан Хок?
— Все. Кто ваши враги, как именно они вредят. Все, что может дать нам ключ.
Даниель поднялась на ноги.
— Раз вы собираетесь обсуждать технические проблемы, я пойду и посмотрю, как там обед.
— Денни, ты же обещала больше не беспокоить кухарку, — сказал Адамант. — Ты знаешь, она терпеть не может, когда у нее стоят над душой.
— Мы ей платим достаточно, чтобы она попридержала язык, — возразила Даниель, мило улыбнулась Хоку и Фишер и покинула комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Ну что ж, — начал Адамант, удобно устроившись в кресле, — по сути дела, в Хейвене есть только две главные партии: Реформ и консервативная. Кроме того, существует множество мелких партий и несколько независимых кандидатов, пользующихся солидной поддержкой, правда, шансов победить на выборах у них нет, но они способны сильно осложнить ситуацию. У нас есть партия Свободной торговли, Братство стали, «Долой налоги на спиртное!» и различные влиятельные группы, такие, как рабочие гильдии и воинствующие религиозные организации.
— Главная угроза исходит от консерваторов, — продолжил пояснения Медлей.
— Они очень богаты. Партия Свободной торговли представляет интересы купцов. Они произносят много речей, но им не хватает общественной поддержки. Поэтому чаще всего они вступают в альянс с консерваторами. «Долой налоги на спиртное!» — партия лорда Синклера. Он субсидирует ее практически в одиночку. Всегда находятся люди, желающие выступать под его флагом в надежде на бесплатную выпивку, которую он выставляет. Синклер безвреден, но надоедлив. Рабочие гильдии — это здравомыслящие люди, но они слишком неорганизованны, чтобы представлять какую-нибудь реальную угрозу консерваторам. Обычно они поддерживают реформаторов. Именно от них поступает к нам большая часть денежных средств.
— А как насчет Братства стали? — спросила Фишер. — Я всегда думала, что Братство — скорее мистическая, чем политическая организация.
— Но в Хейвене это почти одно и то же, — ответил Адамант. — Власть и религия всегда идут рука об руку. К счастью, большинство тварей с Улицы Богов больше интересуются взаимным сведением счетов, чем политикой. Но за последние пять лет Братство стали изменилось. Ныне оно отнюдь не такое замкнутое, как раньше. У них отменная организация, а совсем недавно военное отделение Братства начало поигрывать политическими мускулами. На этих выборах они даже выдвинули кандидата из своих рядов Он не выиграет — Братство еще недостаточно сильно. Но оно способно стать тем фактором, который определит победителя.
Хок нахмурился.
— С кем они могут скорее всего вступить в союз?
— Хороший вопрос, — отметил Медлей. — Многие политики заплатили бы большие деньги за ответ. Не знаю, капитан Хок. При обычных обстоятельствах я бы сказал, что им по пути с консерваторами, но мистические наклонности Братства в высшей степени сбивают меня с толку. Я не доверяю фанатикам. Невозможно заранее определить, в какую сторону они повернут, если на них надавить.
— Ну хорошо, — сказал Хок. — Теперь, когда мы разобрались…
— Не говори за других, — пробормотала Фишер.
— …может быть, вы сможете просветить меня, чем так важно нынешнее голосование, — продолжал Хок. — Многие говорят, что реформаторам удастся покончить с всевластьем Совета, даже если большая часть мест достанется консерваторам. Я не понимаю, каким образом.
— Все очень просто, — ответил Адамант, и Хок насторожился. Когда произносились такие слова, это всегда означало, что ситуация может чрезвычайно осложниться. Адамант задумчиво глядел на свои сплетенные пальцы.
