каким Юта видела его в прошлый раз. Аура силы и власти смешивалась с тончайшим ароматом духов.
Вандегрид медленно осмотрелся. Его взгляд упал на таз с покрасневшей от крови водой, на нетронутую еду. Он покачал головой.
— Не любишь бутерброды? Я скажу, чтобы принесли что-нибудь другое. Что ты хочешь?
— Не трудитесь, — ощетинилась Юта. — Я не стану вам помогать. К тому же, как я уже сказала, я ничего не знаю.
Вандегрид пропустил её слова мимо ушей, словно Юта вообще ничего не сказала. Он прошёл в комнату и сел на единственный стул.
— Итак, поговорим.
Вандегрид Амарис Лефтвангер был не чужд сострадания. Если оно могло принести ему то, что ему было нужно. Он сложил пальцы в замок и посмотрел на жрицу, сидевшую перед ним. Она походила на испуганного, взъерошенного щенка. Сперва он хотел хорошенько напугать её или даже сломить болью, но быстро передумал. Не одна и не две жрицы умерли в его подвалах, так ничего и не сказав. Уже позже он узнал о том, что они, вероятно, и не знали того, что он требовал. Умные и вёрткие хранительницы тайн Амальрис разделили знания между собой именно на тот случай, если кто-то из них будет пойман. Так что ни одна из них не знала всего. Только объединив их знания воедино, можно было увидеть картину целиком.
Но сейчас Вандегрид уже знал всё, что нужно для того, чтобы спастись от надвигающейся бури. Не только спастись, но и возвыситься на небывалую высоту. Не знал он только одного. Как попасть в Канор — Город Богов. Спокойным оценивающим взглядом он рассматривал ту, кто даст ему это знание.
Вандегрид не сомневался в этом ни на секунду, несмотря на слова девчонки. Потому что он был обречён на успех. Сколько поколений правителей до него тщетно бились в закрытую дверь. Но, кроме единичных успехов, не добились ничего. Лишь он, он один, смог найти и уничтожить всех жриц. Раскрыть их тайны и вставить в общую картину недостающие части мозаики.
Поэтому Вандегрид не боялся. Это трусы бежали с планеты, словно крысы с тонущего корабля. Они были слабаками и глупцами и не заслуживали ничего, кроме забвения. Все его соратники, все эти уважаемые фамилии, все те, чьи предки строили когда-то первый Лиатрас, сверкающий и неприступный Град на Холме, все они сейчас разбегались, как тараканы. Бросая все свои «дворцы», имущество и состояния. Всё, что построили, чего достигли их великие предки.
Вандегрид лишь смеялся, когда ему докладывали об очередном древнем семействе, покидающем Нибелию. Тот, кто не готов рисковать, никогда ничего не добьётся. Он был готов рискнуть жизнью ради знаний и власти.
Вандегрид собирался стать правителем нового народа, поистине могущественного. Стать настоящим властелином этой планеты. Всю жизнь ему не давало покоя знание, что кроме Вечного Города на этой планете есть что-то ещё. Знание, что за этими стенами, в пустыне тоже есть жизнь. Есть города и другой народ. Пустыня всегда манила его. Он мечтал увидеть её истинное величие. Он не хотел владеть лишь клочком земли, огороженным стенами. Он хотел владеть всем тем, что находится там, снаружи. Владеть всем.
Он собирался стать королём на этой планете.
Вандегрид не заметил, как задумался. Последнее всемя это случалось с ним нередко, когда его цель оказалсь близка, как никогда. Склонив голову, он посмотрел на маленькую жрицу. Она напомнила ему ощерившегося зверька, пойманного в капкан. Только два глаза редкого изумрудного цвета сверкали на бледном лице непокорно. Красивые глаза.
— Тебе известно, что правители Вечного Города являются прямыми потомками детей Канора? — спросил Вандегрид.
Юная жрица отрицательно мотнула головой. Правитель Лиатраса цокнул языком.
— Я расскажу тебе всё, что ты захочешь знать. Дам тебе все недостающие знания. Просто спроси, и я отвечу.
Она настороженно смотрела из-под падавших на глаза каштановых кудрей. И молчала.
— Ну, хорошо. — Вандегрид устроился поудобнее, насколько это было возможно на жёстком стуле. — Я расскажу тебе кое-что.
История Нибелии,
рассказанная Вандегридом, правителем Лиатраса
Когда-то на Нибелии существовал всего один город под названием Канор. В нём жил один народ. Мы не знаем, как они называли себя. Мы зовём их Детьми Канора. Они жили и властвовали на планете на протяжении многих тысяч лет. Дети Канора были могущественны, как боги. Они владели различными технологиями. Ходят слухи о том, что они владели некими знаниями и умениями, не доступными пониманию обычного человека.
Но в их обществе произошёл раскол. Единый народ разделился. Дети Канора покинули свою колыбель и разбрелись в разные стороны. Одна часть взяла с собой немногие технологии — обрывки тех знаний, которыми когда-то владела, и ушла строить Лиатрас. Другая — взяла эфемерные мифы и сказки и затерялась в песках.
С тех самых пор два народа живут каждый сам по себе. Те, кто назвали себя атлургами, обрекли себя на жалкое существование в пустыне. Они живут, как дикари. Охотятся и воюют примитивными орудиями. Умирают от болезней, от которых во всех цивилизованных мирах давно найдены лекарства. Верят в свои сказки и не желают ничего менять.
Меня удивляет, как они вообще до сих пор не вымерли. Ещё мой дед говорил, что их численность всё время уменьшается, и скоро им придёт конец. Так или иначе, эти дикари обречены. Двум народам нет места на этой планете. Нет места в Городе Богов. Спасётся только один из нас.
Но я отвлёкся. С разделения народов прошло так много времени, что глупые обитатели песков забыли о своих корнях. Они забыли свою историю и вычеркнули нас из памяти.
Но мы! Мы никогда не теряли знаний и всегда следили за атлургами. Среди нас сохранилась преемственность, шедшая от тех самых Первых Изгоев, ушедших из Города Богов. Мы помним свою историю и легенды Детей Канора.
Мы всегда знали о предначертанном Великом Затмении. А также о том, что только жрицы Амальрис владеют информацией о том, как его пережить. Мои предки, те, кто правил Лиатрасом за столетия до меня, всегда пытались найти жриц и завладеть их знанием. Но только столетие назад наши старания дали результат. Мы узнали, что несколько последних жриц перебралось в город, и искали их с тех пор.
И лишь мне, двести семьдесят восьмому потомственному правителю Лиатраса, удалось довести начатое моими предками до конца. На эпоху моего правления выпало самое сложное, но и великое время. Двадцать лет назад мы узнали о том, что планета, которую Дети Канора называли Ассаим — «рок», — снова приближается к Нибелии.
Я активизировал
