Читаем без скачивания Черный лед - Майкл Коннелли

– Просто огляделся. Здесь, похоже, нечего искать.

– А вы взяли отпечатки с кофейных жестянок?

Босх повернулся к стеллажам, на которых стояли три банки кофе «Максвелл-хаус».

– Нет, – ответил он. – Я подумал, что найду на них только отпечатки женщины, а дактилоскопировать ее мне незачем, разве что для сравнения. Полагаю, втравливать ее в это дело не стоит.

Агильо кивнул, но лицо его выказало удивление.

– Зачем, интересно, таким бедным людям, как Гутьерес и его жена, целых три банки кофе?

Сочтя это справедливым замечанием, Босх шагнул к полкам и взял в руки одну из банок. Внутри что-то забренчало – как выяснилось, пригоршня мелких монет. Вторая банка была на две трети заполнена кофе. Третья показалась ему самой легкой, и немудрено: там были только бумаги – в частности, свидетельство о рождении, выписанное священником на имя самого Гутьереса, и брачный договор. Гутьерес-Лoca и его жена состояли в браке тридцать два года. Босха охватило уныние. Кроме того, здесь же лежал сделанный «Поляроидом» моментальный снимок. На нем Гарри узнал своего «Хуана-67».

Последним из банки Босх достал снимок жены Гутьереса такого же формата и пачку корешков от чеков, сложенных стопкой и перетянутых резинкой. Гарри быстро просмотрел их – все чеки были выписаны на небольшие суммы и за разные виды работ. Иными словами, он держал в руках всю нехитрую бухгалтерию поденного рабочего. Работодатели, не платившие наличными, как правило, выписывали чеки. В конце стопки были корешки от двух чеков, на шестнадцать долларов каждый, выданных «Энвиро брид». Сунув их в карман, Гарри сказал Агильо, что готов идти.

Пока следователь и шериф заканчивали церемонию выражения соболезнований, Босх вернулся к машине и, открыв багажник, убрал в дипломат набор для снятия отпечатков пальцев и обе карточки. Потом осторожно выглянул из-за крышки багажника и, убедившись, что Агильо вместе с Муносом и женщиной все еще стоят возле хижины, быстро приподнял коврик, сунул руку под запасное колесо и схватил свой револьвер. Опустив оружие в кобуру, Босх сдвинул ее на ремне так, чтобы она оказалась на спине. Куртка надежно скрывала револьвер, хотя Гарри понимал, что для наметанного глаза заметить его – задача не из самых сложных. Зато теперь он был вооружен. За Агильо Босх почему-то больше не беспокоился.

Сев в машину, он ждал. Мексиканец вернулся через несколько минут.

Выезжая на дорогу, Босх видел в зеркало заднего вида, что Мунос и вдова все еще стоят перед входом в хижину.

– Что теперь с ней будет? – спросил Гарри.

– Не стоит вам этого знать, детектив Босх, – убежденно ответил Агильо. – Ее жизнь и без того была не из легких, а теперь трудностей станет больше. Уверен, она плачет не столько по мужу, сколько по себе самой. И у нее есть для этого веские основания.

Босх молчал, пока они не выехали из баррио Погибших Душ и не вернулись на главную дорогу.

– Спасибо, что подсказали, где искать, – промолвил он. – Насчет кофейных жестянок – это было умно. Я бы не догадался.

Агильо промолчал. Впрочем, Гарри и не ждал ответа. Он понял, что следователь побывал в хижине раньше и нашел там чеки из «Энвиро брид». Грена передергивал, а Агильо это то ли не нравилось, то ли он этого принципиально не принимал, то ли затаил обиду, поскольку его не взяли в долю. Что бы ни руководило им, Агильо указал Гарри, в каком направлении действовать дальше. Он хотел, чтобы Босх нашел корешки чеков и таким образом открылась ложь капитана.

– Вы сами не ходили в «Энвиро брид» с проверкой? – осведомился Гарри на всякий случай.

– Нет, – отозвался следователь. – Об этом немедленно доложили бы нашему капитану. Я не мог отправиться туда после того, как он поговорил с менеджером. «Энвиро брид» участвует в международном бизнесе, выполняет контракты для правительственных учреждений Соединенных Штатов. Вы должны понимать, насколько это…

– Деликатное дело?

– Да, спасибо за подсказку.

– Мне вполне ясна подобная ситуация. Вы не можете пойти против капитана, зато могу я. Где находится «Энвиро брид»?

– Совсем недалеко. Нужно ехать на юго-запад, пока равнина не упрется в горы Сьерра де лос Кукапа. В тех краях много промышленных предприятий и крупных ранчо.

– А далеко ли от «Энвиро брид» до ранчо, которым владеет Эль-Папа?

– Папа?

– Зорилло. Римский Папа Мехикали и его окрестностей. Мне казалось, вы хотели знать, над каким еще делом я работаю.

Некоторое время они молчали. Босх бросил на своего спутника осторожный взгляд и заметил, что Агильо помрачнел. Этого не скрывали даже зеркальные очки, которые он так и не снял. Судя по всему, слова Босха только укрепили подозрения, зародившиеся в душе мексиканского следователя в ту самую минуту, когда капитан Грена попытался сбить расследование с пути. Со слов Корво, Гарри знал, что «Энвиро брид» и ранчо разделяло лишь шоссе, и своим вопросом он просто испытывал Агильо.

Наконец мексиканец ответил:

– «Энвиро брид» и ранчо Зорилло стоят практически рядом.

– Вот и отлично. Покажите мне их.

Глава 22

– Позвольте спросить вас, – сказал Босх, – почему вы направили запрос в мексиканское консульство в Лос-Анджелесе? Насколько мне известно, по вашу сторону границы бесследные исчезновения, как правило, расследуются не слишком тщательно. Если кто-то вдруг исчезает, то как бы само собой подразумевается, что человек подался через границу, и никто не ищет его. Почему в данном случае вы заподозрили что-то другое?

«Каприс» мчался по шоссе к горной гряде, вздымавшейся довольно высоко над слоем желтовато-коричневого смога, повисшего над городом. Авенида Валь-Верде вела на юго-запад. С одной стороны от нее раскинулись сельскохозяйственные угодья, с другой – выстроились промышленные предприятия.

– Меня убедила вдова, – ответил Агильо. – Она пришла в управление вместе с шерифом и заявила об исчезновении. Грена поручил расследование мне, я побеседовал с Маритой – ее зовут Марита – и понял, что Гутьерес-Лоса не пошел бы через границу без нее, во всяком случае, по собственному желанию. Поэтому я отправился на «пятачок»…

Агильо имел в виду площадь под памятником Бенито Хуаресу на Кальсадо-Лопес-Матеос, где ежедневно собирались поденщики. Там ему рассказали, что фургоны «Энвиро брид» приезжают нанимать рабочих два-три раза в неделю. По словам поденщиков, работа на предприятии по разведению фруктовой мушки не из легких: приходилось готовить питательную пасту для личинок и грузить на машины тяжелые контейнеры с готовым товаром. Мухи постоянно попадали в рот и в глаза, и многие, кто поработал там, заявили Агильо, что не спешат повторить свой опыт, предпочитая дождаться других нанимателей.

Но не Гутьерес-Лоса. Некоторые из собравшихся под памятником рабочих видели, как он садился в фургон «Энвиро брид». По сравнению с другими поденщиками он был почти стариком, поэтому выбирать ему не приходилось.

Как только Агильо стало известно, что продукция «Энвиро брид» отправляется через границу, он сразу же разослал запросы во все консульские представительства в Южной Калифорнии. Агильо считал, что Гутьерес мог погибнуть в результате несчастного случая, и представители компании решили избавиться от тела, чтобы избежать расследования, которое затормозило бы производство. По мнению Агильо, в промышленном секторе Мехикали подобные случаи были в порядке вещей.

– Расследование случаев смерти, даже случайной, обходится предпринимателям весьма недешево, – заключил Агильо.

– Выход один, – сказал Босх. – La mordida.

– Да, взятка, – подтвердил следователь.

Далее Босх узнал, что, как только Агильо доложил капитану о достигнутых результатах, его расследование сразу прекратили. Грена заявил, что сам переговорит с представителями «Энвиро брид», и вскоре сообщил: дело зашло в тупик. В этом прискорбном состоянии расследование оставалось до тех пор, пока Босх не позвонил из Лос-Анджелеса, известив о том, что найден труп.

– Похоже, ваш капитан прилично хапнул, – заметил Гарри.

Агильо не ответил ему. Они ехали мимо ранчо. Его территория была обнесена изгородью из металлических цепей с колючей проволокой наверху. Босх глянул сквозь изгородь на горы Сьерра де лос Кукапа, но не заметил на широкой равнине, протянувшейся от шоссе до самой гряды, ничего примечательного. Вскоре они достигли ворот в изгороди. Поперек въезда стоял пикап, в кабине которого сидели двое мужчин. Проезжая мимо, Гарри посмотрел на них, а они – на него.

– Это оно, верно? – спросил Босх. – Ранчо Эль-Папы?

– Да. Главный вход.

– Но имя Зорилло ни разу не упоминалось в связи с исчезновением Гутьереса, во всяком случае, пока я об этом не сказал?

– Нет. До этих пор – нет.

Агильо ничего больше не прибавил. Примерно через минут ту они приблизились к какому-то зданию, стоявшему на территории ранчо почти вплотную к изгороди. Босху показалось, что это бетонное строение весьма напоминает коровник, оборудованный широкими гаражными воротами. По бокам были пристроены корали. Там, в отдельных боксах, Гарри увидел с полдюжины быков. Ни одно животное не паслось на свободе.