Девушек разбудил истошный вопль. Эльфийка бодро вскочила на ноги, словно и не спала, и рванула на себя край брезента — в ковш свалилось скрюченное тело. Снежа, осторожно выглянув наружу, кисло усмехнулась — на насыпи плевался копотью громадный костер. Лена, похоже, оказалась провидицей.
Тело, застонав, попыталось разогнуться. Эльфийка, схватив в кулак жесткую всклокоченную бороду, рывком приподняла экспедитора с пола.
Тот, взвыв, поскреб ногами по соломе, насыпанной на полу, но Снежа держала крепко.
Лену трясло. Подруга на глазах снова превращалась в бесчувственное чудовище, которое, казалось, даже смерть не остановит. Гном это тоже почувствовал — голос его дрожал, а сам он даже не делал попыток выбраться. Наконец, Снежа отпустила несчастного экспедитора и села на пол напротив.
— Ты была права, — сказала она усталым голосом, от которого Лену бросило в жар. — Они хотели от нас избавиться. Скоро будет мост — понимаешь, о чем я?
— Более чем, — Лена обхватила колени руками. — Что за жизнь…
— Бывало и хуже, — вздохнула Снежа. — Я думаю, этот невероятно гостеприимный гном посидит пока тут — во избежание рецидивов, а ты пока восстанови бреши.
— Какие?
— В ловушках — парочку-то он наверняка разрядил!
Остаток пути в Теменград прошел без приключений. Снежа, выудив из планшетки чистый лист бумаги, заставила экспедитора изобразить на нем чистосердечное раскаяние в покушении на офицера и дворянина. Как потом пояснила эльфийка Лене, в гражданском суде от такого признания толку было бы мало, но в армии к такому относились намного серьезнее, о чем гном отлично знал.
— После такого он и сам забудет, что нас видел, и другим запретит вспоминать. Думаю, этого хватит, — Снежа отряхнула помятые и запылившиеся брюки. Поезд остановился на каком-то полустанке на окраине Теменграда, и эльфийка справедливо решила: лучше высадиться здесь, чем на проходной завода.
— Теперь куда? Адски хочется помыться.
— Знаешь, мне тоже. Так что идем в ближайшую прачечную. Мы выглядим как пара дезертиров — нас остановит первый же патруль.
Пройдя пару кварталов, Снежа вдруг начала вести себя странно. Она на миг замирала перед каждым поворотом и пристально вглядывалась в прохожих.
— Ты ведешь себя, как будто кого-то боишься.
Ответить эльфийка не успела — за спинами девушек раздался радостный мелодичный голосок, от которого Снежа подскочила как ужаленная.
Лена оглянулась — за ними стояла высокая статная эльфийка в простом сером платье и корзинкой в руках.
— Мама, — сказала эльфийка, следом добавив что-то непонятное.
Женщина расцвела и обняла Снежу, начав быстро тараторить.
— Это моя мама. Придется зайти в гости. Зараза.
— Ты так нервничаешь, словно убежала из дома.
— Нет, я всего лишь отказалась выйти замуж и зажить "приличной жизнью", — буркнула эльфийка. — Вот увидишь — она снова будет меня уговаривать. Ненавижу.
— Все равно, ничего не пойму, — пожала плечами Лена.
— Везучая, — вздохнула Снежа.
К немалому удивлению эльфийки, их поселили не в самом доме, а в дровяном флигеле, на чердаке которого оказалась уютная комнатка с двумя аккуратными постелями — как раз по габаритам эльфийки.
— Здесь я пряталась, когда ее забота меня окончательно доставала, — пояснила Снежа с кривой улыбкой. — Хотя все это крайне странно. Такое ощущение… — она вдруг замолчала.
— Какое ощущение?
— Неважно, — эльфийка принялась скидывать мундир. — Переодевайся, здесь не стоит ходить в форме.
Ужин Снежа приволокла прямо во флигель. Лена, глядя на ее мрачное лицо, не на шутку встревожилась.
— Что-то произошло?
— Неважно, — эльфийка, сварганив из пары вязанок дров что-то вроде табурета, принялась задумчиво размешивать кашу.
— Важно!
— Честное слово, Лен, — Снежа вскинула на подругу усталые глаза, — тебя это не касается никак. А больше я тебе ничего не скажу — не имею права.
Покончив с едой, эльфийка тут же завалилась на свою койку, и до самого утра не произнесла ни слова.
Когда Лена проснулась, у постели уже стоял стакан остывшего чаю, накрытый парой бутербродов. Постель напротив была аккуратно заправлена — настолько идеально, что на покрывале не виднелось ни единой складочки.
Выглянув из слухового окна, Лена обнаружила во дворе уже знакомую ей мать Снежи с парой незнакомых людей. Разговор шел вполголоса, так что до девушки не доносилось ни звука, но выражение лиц незнакомцев ей не понравилось. В них читалось презрение пополам с недоумением — так выглядел ее сосед, когда его дрессированная собака вдруг начинала своевольничать.
Со стороны калитки донесся протяжный скрип давно несмазанных петель, и незнакомцы тут же исчезли. Не кинулись опрометью куда-то, а пропали, как их и не было. Присмотревшись, девушка заметила: высокая трава во дворе едва заметно колыхалась, словно ее раздвигали невидимые ноги. Ей снова стало страшно — похоже, не просто так подруга вчера была сама не своя.
Через двор прошла Снежа — в элегантном платье и лаковых туфлях. Если бы эльфийка, зайдя во двор, не сняла широкополую шляпу с цветами, то Лена бы ее точно не узнала — даже несмотря на выдающийся рост. Мать, повернувшись к дочери, что-то коротко сказала. Эльфийка замерла, обдумывая ответ, и секундой позже отрицательно покачала головой. Мать, пожав плечами, разразилась длинной тирадой, услышав которую, Снежа явно повеселела.
— Странные какие-то гости у твоей мамы, — сказала Лена, дождавшись, когда эльфийка переоденется. — Только заслышат скрип, как сразу раз — и нету, только трава шуршит.
— Эльфы?
— Вроде люди. Уши круглые, по крайней мере.
— Как люди? — Снежа разом повернулась к девушке. — Это же невозможно!
— Если бы я за травой не следила — в жизни бы не заметила, куда пошли. Тем более: только вот с твоей мамой говорили, как вдруг раз — и нету. Даже тени не осталось.
Снежа села на своей койке, крепко о чем-то задумавшись.
— Что такое?
— Неважно. Собирайся, форму нагладь, все дела. Вечером — дилижанс в Нижние Липки. Через пару дней в Институте будешь.
— А ты обратно, на раскопки?
— Даже не знаю. Как все запутано, елки…
— Что запутано?
— Неважно.
Лена проснулась от ослепительного света. За окном дилижанса сверкало море, над которым сиял ослепительный шар солнца. Картина была настолько идиллической, что Лена на секунду забыла, где находится. Увы, жесткая дорога и отсутствие рессор тут же избавили ее от иллюзий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
