— передразнил меня он. — Думаешь, я украл их у кого-то? Я ходил в казино! Можешь пойти спросить. Я же тебе рассказывал про то устройство, которым можно управлять рулеткой, помнишь? Так вот я наконец-то его установил. И выиграл! — развел он руками.
Как-то несильно верилось.
Пытками из брата правду вытягивать? Или ждать, когда все вскроется? Сомневаюсь, что существует какое-то такое волшебное устройство. По крайней мере, что оно работает.
Я в который раз задумалась о том, как отвадить брата от казино. Удивительно, но когда он гулял с Юной, о нем даже не вспоминал. Хватало острых ощущений, точно.
Адам сейчас ее допрашивает. Подозревает, что это затянется надолго, поэтому предложил встретиться аж завтра. Меня ждал ужин с семьей и одиночество в кровати.
Наутро я не сдержалась и первым делом пришла к нему. Приплыли… Начинает ехать крыша. А ноги уже принесли меня в его номер. Который оказался пуст. Трепетное предвкушение встречи тут же водой смыло. Постель смята точно так же, как была, когда я уходила. Адам не приходил ночевать.
Торчит до сих пор с Юной? В груди забурлил кипучий яд. Она там его соблазнять не начала? Змея подколодная.
Окончательно приплыли. Я давлюсь от ревности. Чувства уже затмевают здравый рассудок. И как я собираюсь в конце круиза принимать решение? Когда с каждым днем все больше теряю от него голову…
Влюбляюсь. Как прошедшим летом. А потом происходит событие, которое башмаком разбивает розовые очки, и ты просыпаешься, словно ото сна. От сладкого чудесного сна.
Мы оба были виноваты. Я решила играть против него по-крупному, а он воспринял меня как врага.
И все же… Не мог он хранить свои чертовы ящики в другом кафе?!
Дверь наконец распахнулась. Адам, мрачнее тучи, вошел в номер, но едва увидел меня, сразу улыбнулся и крепко обнял.
— Ты всю ночь допрос проводил?
— Не всю… Решал другие вопросы, сидел в кафе и заливал в себя литры кофе.
— Что с Юной?
— Все очень сложно. Она пошла навстречу. Все рассказала. Но есть большие сложности с тем, как с ней быть дальше. Я не сам решаю этот вопрос. А еще организация, с которой я связан.
— Какая организация?
Его губы изогнулись в хитрой ухмылке.
— Страшно хочу спать, малышка. С тобой.
Конечно, так он мне и рассказал. Но, пожалуй, сложно злиться, когда он улыбается так, что сердце млеет.
Поспать с ним вместе в обнимку? Как можно отказаться? Мы задернули шторы, забрались под одеяло, Адам ласково обнял меня и уже через пару секунд мирно сопел.
Мы уже спали вместе в Нидерландах. Я вспомнила, как это замечательно уплывать в сон в его объятьях. С ним удобно, тепло, волнительно. Так хорошо, что мне иногда казалось, нет лучшего места в мире, чем рядом с ним в постели.
Ночью я долго ворочалась, не могла уснуть, думая, что Адам в это время сидит с девушкой Ростика и ее допрашивает. И теперь тоже вырубилась, пока рассматривала красивые мужские черты в полумраке.
Когда мы проснулись, отправились гулять по лайнеру, ужинать. Потом мы вернулись и занялись сексом. И еще раз. Мы чуть не забыли, что собирались сходить в особенное место — там, где стоял огромный телескоп, и посмотреть на звезды. Мы…
Мы, мы, мы. Это так непривычно. Родители лишь многозначительно переглянулись, когда я сказала, что не приду на ужин. И Адам тоже не придет. Мама, правда, вздохнула и цокнула языком.
Но думаю, Адам и к ней найдет подход.
На Таити нас ждали два дня потрясающего отдыха. Первый — культурная программа, музеи, экскурсии. А второй мы решили посвятить только друг другу.
Мы… Кто мы? Кем хотел Адам, чтобы я для него стала?
Рядом с ним я начинала забывать обо всем. Мир расцветал яркими красками. Еда казалась вкуснее. Каждая приятная мелочь вызывала восторг. И остров Таити был словно рай на Земле.
В музее одного известного художника, фамилия которого, к сожалению, не задержалась в моей памяти, Адам взял меня за руку и больше не отпускал. Вечером, когда мы все вместе ужинали, родители сидели непривычно молчаливые и бросали на нас взгляды. Папа — выжидательный, с интересом. Мама — снисходительный, с долей недовольства. Она больше ничего мне не говорила.
Наверно, я и не стала бы ее слушать.
Ростик все время был в воду опущенный. И мне сложно его поддержать. Потому что когда он смотрел на нас, в его взгляде темнела зависть. Или что-то другое? Со стороны, наверно, выглядело, будто Адам только со мной шатается вместо того, чтобы помочь Юне.
Но нет. Он в разное время суток звонил то туда, то сюда. Переписывался. Говорил мне, что пытается через своих людей, знакомых помочь родителям Юны покинуть страну. А ее — сдать той самой организации.
Секрет. Она уже знает, что за контора, а я, возможно, никогда и не узнаю. Работать туда устроиться, что ли? Кофе варить. Зря я на факультете туризма училась? Когда-то мечтала в подростковом возрасте открыть свой курорт. Потому что с деньгами у нас худо было, и отдыхать мы не ездили почти никогда.
— Завтра "Роллс-Ройс" наконец опустят на сушу, и мы покатаемся, — обрадовал меня Адам перед сном. Мне уже было плевать, что думают родители, и я спокойно ночевала в его номере.
За ужином мы так ничего и не сказали. Я молчала, потому что еще держала в голове свое решение — дождусь конца круиза и тогда определюсь. А Адам… не знаю, может, не хотел ставить меня в неловкое положение.
Нам и так было хорошо.
Назар как гром среди ясного неба столкнулся со мной, когда я утром шла в свой номер, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Нашу группу поселили на одну ночь в отеле на берегу.
— Пришло время, Марта. Сейчас я тебе объясню, что нужно будет сегодня сделать.
Глава 22
Когда я зашла в свой номер, у меня трусились руки. Нервы искрили. Будто меня только что током шандарахнуло.
Сегодня что-то случится после того, как я сделаю поручение Назара. Оно несложное. Немного странное. Но я чувствовала, что за этой простотой и странностью таится опасность.
Скоро завтрак. Хорошо, что мы еще заранее с Адамом договорили поесть вместе. Как раз ему все расскажу. Пока нужно идти в душ и приводить себя в порядок.
Вчера я купила короткое летнее платье. То есть Адам
