Я возвела глаза к потолку.
— Меня это, знаешь ли, несколько беспокоит. — Сэм задел Стейси локтем, подцепив у нее из упаковки целую горсть картофельных наггетсов.
— Отстань. Мы говорим о самом сексуальном красавчике, расхаживающем по школьным коридорам. — Стейси откинулась на спинку стула. — Ты невероятна! — всплеснула она руками, и на ее лице промелькнуло странное выражение. — Так ты видела его кровать? Ты — Святая Мария! — была в его кровати?
Я густо покраснела.
— Стейси…
— Твое выражение лица говорит мне, что кровать ты видела и даже сидела на ней. Какая она? — Подруга подалась вперед, впившись в меня взглядом. — Она пахнет им? Сексом? На ней шелковые простыни? Я уверена, у него или шелковое белье, или атласное.
— Я не верю своим ушам. — Сэм поставил свой напиток на стол, хмуро глядя на Стейси. — Ты только что спросила Лейлу, пахнет ли его постель сексом? Кому интересно, чем там пахнет его постель?
— Мне! — воскликнула подруга. Ее глаза расширились.
— Она не пахнет сексом, — пробормотала я, потерев щеку.
— Да ты даже не знаешь, как пахнет секс, — усмехнулась подруга.
Мне захотелось ее придушить.
— Мы можем…
— Знаешь что? Ты ведешь себя, как и все остальные собравшиеся здесь тупые девчонки. — Сэм подхватил свой рюкзак и закинул его себе на плечо. — Он — красавчик. Здорово. Но неужели обязательно пускать по нему слюни и выведывать пошлые подробности?
У Стейси отпала челюсть.
Я взглянула на Сэма — мне было очень жаль его.
— Сэм…
Его щеки вспыхнули. Он помотал головой.
— Встретимся на английском. Пока.
Он выбросил остатки своего обеда и вышел за двери. Покусывая губу, я повернулась к подруге. Она смотрела на дверь с таким выражением на лице, словно ждала, что он вернется, закричит: «Я пошутил!» и рассмеется. Когда этого не произошло, она откинулась на спинку стула и запустила пальцы в волосы.
— Что это, черт возьми, было?
— Стейси, Сэм влюблен в тебя с девятого класса. Это же очевидно.
Она фыркнула.
— Как такое может быть очевидно тебе, а не мне? До встречи с Ротом ты даже не знала, что у парней есть пульс.
— Речь не обо мне, дурында.
— Ты, должно быть, ошибаешься. — Покачав головой, Стейси бросила упаковку с картофелем на поднос. — Сэм не видит во мне девушку. Быть такого не может. Мы с ним столько лет дружим.
Я подумала о Зейне.
— То, что ты дружишь с кем-то, не значит, что ты не можешь испытывать к нему других чувств. Сэм милый. И умный.
— Угу. Но это же Сэм.
— Ну как знаешь.
Она выгнула бровь.
— Забудем на время о Сэме. Тебе нравится Рот? Ты ведь из парней общаешься только с Сэмом и Зейном. Так что, можно сказать, произошло что-то несусветное.
— Ничего несусветного не произошло. — Я допила свой напиток, но все еще чувствовала жажду.
— Так он нравится тебе?
Я уставилась на ее бутылку с водой.
— Нет… Не знаю. Ты будешь это пить?
Стейси передала мне бутылку.
— Что значит — «не знаешь»?
— Это трудно объяснить. — Я вытерла губы тыльной стороной ладони. — Рот не такой, как другие парни.
— Вот уж удивила!
Я коротко рассмеялась. Мне хотелось рассказать Стейси о Роте — обо всем. Кто он на самом деле. Кто я. После того, как Стражи открылись людям, ей будет не так уж сложно в это поверить. Люди, вероятно, давно подозревают правду. Меня раздирало желание поделиться этим с подругой, хотя бы раз быть с ней откровенной.
— Лейла? Ты как себя чувствуешь? — Она обеспокоенно нахмурилась. — Я понимаю, это всего лишь небольшая авария, но ты выглядишь неважно.
— Да, мне кажется, я подцепила какую-то болячку. — Я выдавила улыбку. — Переживу.
Прозвеневший звонок завершил наш разговор и подавил мое желание рассказать подруге все как есть. Мы собрали со стола мусор. Но когда мы вышли из столовой, Стейси вдруг остановила меня. Я с трудом сглотнула. Души — везде были души.
Затем я заметила румянец на лице Стейси, а она никогда не краснеет. Никогда.
— Ты чего? — спросила я.
Теребя лямку рюкзака, она медленно выдохнула, отчего ее челка на секунду подпрыгнула вверх.
— Ты правда думаешь, что я нравлюсь Сэму?
Несмотря на плохое самочувствие, я не смогла не улыбнуться.
— Правда.
Стейси кивнула, сосредоточенно изучая проходивших мимо ребят.
— Он симпатичный.
— Да.
— И не придурок. Не такой, как Гарет или любой другой парень, которому только и нужно, что залезть девчонке в трусы.
— Он намного лучше Гарета, — согласилась я.
— Да. — Подруга ненадолго замолчала. Ее лицо исказилось от волнения. — Лейла, как думаешь, я ранила его чувства? Я этого не хотела.
Я взяла ее за руку и сжала ладонь.
— Я знаю. И, думаю, Сэм тоже это знает.
Стейси сжала мою ладонь в ответ и высвободила руку. Развернулась и, улыбаясь, двинулась дальше по коридору.
— А это интересный поворот.
— Да уж, — усмехнулась я. — И что ты теперь будешь делать?
Стейси пожала плечами, но ее глаза светились.
— Кто знает? Позвоню тебе позже, ладно?
После этого мы разошлись в разных направлениях. Оставшуюся часть учебного дня я то и дело оглядывалась, ожидая появления Рота. Он не пришел, и гнетущее чувство в животе усилилось до такой степени, что я не могла сосредоточиться ни в классе, ни позже, за ужином дома. Стражи не упоминали ни об одном схваченном демоне, но они обычно никогда и не посвящают меня в свои дела.
Эббот больше не поднимал вопрос об одежде и даже не заговаривал о нападении на меня Петра и о последующем вмешательстве демона. Меня сводило с ума ожидание того, что он обвинит меня во лжи. Я чувствовала себя чужаком в своем собственном доме, где у каждого были свои секреты. Мне было ужасно не по себе.
К тому же я изо всех сил пыталась не вдаваться в панику. Зная, что одни демоны хотят меня убить, а другие — использовать в каком-то жутком заклинании, я психовала по каждому поводу. К тому же Илью так и не нашли. И когда я оставалась в одиночестве, мое воображение разыгрывалось с особой силой, рисуя всевозможные ужасы.
* * *
Утром в четверг я решила, что самое невероятное из случившихся за последние пару недель событий не имеет никого отношения к тому, что я — ребенок Лилит или что при помощи меня можно возродить полчище демонов, пожирающих души людей. И оно даже никак не связано с тем, что меня хочет видеть мертвой чертова прорва демонов. Нет. Самым невероятным событием была новая Стейси.
Она вела себя крайне странно и удивительно сдержанно. Не начинала в первые же пять секунд разговора болтать о сексе и парнях, а в среду на английском, после той ссоры с Сэмом, она смеялась над всем, что бы он ни сказал, что выглядело довольно нелепо. Я старательно игнорировала бросаемые на меня Сэмом вопросительные взгляды. Похоже, чудное поведение Стейси крылось в ее новоприобретенном знании о том, что Сэм давно уже сохнет по ней.
