– У Алиборона, часом, не рыжая борода?
– Вы тоже его видели? – просиял Федор.
– Я о нем слышал.
– От кого?
– Не важно. Хотите перевести стрелки на демона? Мол, он требует жертв, а вы не в силах ему противиться. У вас-де договор. Но убиваете-то вы!
– Я не убийца… я только доводил до сведения господина Прозорина, чего требует демон. Алиборон заключал договор со мной, а не с ним.
– Что же нужно Прозорину от демона?
– Помощь в расшифровке манускрипта. Работа продвигается медленно, и Сергей Кирилыч хочет ее ускорить.
– Значит, он и есть убийца?
– Я ничего не знаю, – запаниковал Федор-Франческо. – Не ловите меня на слове. Я только сказал, что демон требует жертвы в обмен на свое содействие. И все!
– Ты сам-то как с ним рассчитываешься?
– Я… мы уже в расчете… давно…
В пылу полемики Лавров отбросил напускную вежливость, и его тон стал грубым, напористым.
– Вы слишком увлеклись, Прелатов, – вставила Глория. – Вы встали на опасный путь, возомнив себя тем, кем вы не являетесь. Франческо Прелати, которого вы изображаете, когда-то предал своего хозяина, Жиля де Рэ, фактически отправил его на эшафот. Показания Прелати послужили основой для обвинения барона в педофилии, колдовстве и сговоре с дьяволом.
Федор упрямо наклонил голову и процедил сквозь зубы:
– Все так и было. Барон хотел… он хотел подружиться с демоном, которого я приручил. Но не учел, что за помощь нечистого надо платить. Это его и сгубило.
– Жиль де Рэ был щедрым и доверчивым господином. Прелати сначала разорил его, а потом отдал в руки инквизиции. Плут вышел сухим из воды, тогда как уважаемого синьора осудили и казнили.
Лавров перестал понимать, о чем они говорят, и сосредоточился на доказательствах обвинения. Он еще не пустил в ход неопровержимые улики – засушенные человеческие головки. Кажется, Глория не успела обратить на них внимание.
– Я не плут! – возмутился Федор. – Я никого не обманывал! Я делал то, о чем меня просили. Я никого не казнил и не убивал. Этим занимались другие.
– Но с вашей подачи.
– Жиль де Рэ сам виноват, он…
– Довольно! – прервала его Глория. – Вы привезли с собой смерть, Прелатов. Это неоспоримо. С вашим появлением в «Дубраве» начались убийства.
– Он еще выкручивается?! – разозлился сыщик, которому надоела пустая болтовня. – А что ты на это скажешь?
Федор, кривя губы, повернулся в его сторону. Лавров подошел к полке с ужасными атрибутами колдовского ремесла и тыкал пальцем в сморщенные мертвые личики.
– Вот они, свидетели твоих преступлений! Ты зашил им рты, закрыл глаза, но они все равно уличают тебя – самим своим существованием!
Прелатов издал сдавленный смешок.
– Глория, посмотри сюда, – настаивал сыщик. – Я думал, что это искусная имитация. Но сейчас я уверен в обратном. Перед нами – головы убитых людей! Не знаю, как этот оборотень уменьшил и высушил их, но они сохранили человеческие черты. Их надо изъять и отправить на экспертизу.
– Я без экспертизы готова подтвердить твою правоту, – улыбнулась она. – Это не муляжи, а настоящие головы. Тсантса!
– Что-что?
– Тсантса, – повторила Глория. – Оберег от мести злых духов. Амулет. Такие обереги изготавливали южноамериканские индейцы. Убив врага, они отрезали ему голову и превращали ее в амулет. У Агафона есть одна такая. Она хранится в шкафу в стеклянном футляре.
– Ты мне не показывала.
– Эти головки достались мне в наследство от дяди, – вмешался Федор-Франческо. – Он был моряком и привез их из плаванья. В Эквадоре тсантса можно купить как сувениры. Они очень дорого стоят. Богатые туристы готовы выложить за такую головку тысяч тридцать зеленых.
– Ого! – присвистнул Лавров. – Твой дядя, видимо, привык сорить деньгами.
– Он был капитаном на частном судне, а тсантса ему попались случайно. Кто-то из матросов взял их с собой в плаванье, надеясь выгодно продать в Европе… но умер от лихорадки. Никто, кроме дяди, не решился взять себе эти жуткие головки. Он уже потом узнал, что они настоящие и стоят кучу бабок.
– Что ж он их не продал?
– Оставил на память.
Конфуз с головками выбил Лаврова из колеи. «Неопровержимое доказательство» лопнуло как мыльный пузырь.
Федор наслаждался его растерянностью. Глория улыбалась.
– Смешно, да? – вспылил сыщик. – Вот такой я невежда, лопух! Не слыхал о сувенирах из человеческих голов, тем более в глаза их не видел! Не приходилось мне бывать в Эквадоре, бродить по джунглям и знакомиться с ритуалами индейских племен, черт возьми!
– Я тоже впервые увидела тсантса, когда переехала в дом Агафона.
– Это детские головки! Индейцы убивали младенцев?
– Головы принадлежали взрослым людям, – пояснил Федор, довольный, что посрамил своего обидчика. – Таким, как вы и я.
– Они чуть больше кулака, – не поверил Лавров.
– Такими их сделала особая обработка. С черепа осторожно снимают кожу, чтобы не повредить черты лица и волосы. Потом ее варят, сушат, набивают горячим песком и камешками. Кожа съеживается, а волосы сохраняют свой объем. Вот почему у них такие пышные прически. Когда тсантса почти готова, мастер сшивает веки и губы, чтобы бывший обладатель головы не смог его увидеть и произнести проклятие.
– Какое варварство! – фыркнул Лавров, разочарованный неудачей.
– Агафон держал тсантса для отпугивания злых духов, – сказала Глория.
– По-моему, он прекрасно обходился своими силами. Он сам – злой дух.
– Вы о ком? – заинтересовался Федор. – Кто такой Агафон?
– Великий маг и чародей, – саркастически изрек сыщик и указал на Глорию. – А это – его преемница. То бишь твоя конкурентка.
Прелатов приосанился, сложил руки на груди и бросил ему вызов:
– Тогда почему бы не спросить у нее, кто убийца?
– Мне и так ясно, что он стоит передо мной, – отрезал Лавров. – Осталось только передать его в руки правосудия.
– Пф-фф-ф!.. – презрительно фыркнул мошенник. Однако в его глазах мелькнул страх.
– Ты думаешь, что если Франческо Прелати избежал наказания, то и тебе повезет?
– Я никого не убивал. Ни тогда… ни сейчас.
– Расскажешь об этом следователю. Он придет в восторг, когда узнает, с кем имеет дело. Сам средневековый некромант и колдун вместе с ручным чертом будут давать показания.
– Где манускрипт? – спросила Глория.
– Он у Прозорина.
– Как же ты его расшифровывал? – взвился сыщик. – Вслепую? Телепатически?
– Нет… у меня есть копия. Я сделал ее по требованию хозяина. Он слишком дорожит подлинником…
– Давай сюда копию!..
* * *
Лавров на всякий случай запер Федора в лаборатории. Он отобрал у него ключи и закрыл дверь снаружи.
– Теперь нашему кудеснику деваться некуда. Если только он не умеет проходить сквозь стены. Пусть призовет своего демона на помощь. Ха-ха!
Катя оправилась от обморока и не чаяла выбраться из мрачной и душной лаборатории на воздух. Глория же, казалось, не замечала резких запахов. Она чувствовала себя среди тиглей и реторт как рыба в воде. Ей не хотелось уходить. На прощание она прихватила с собой маленький глиняный горшочек с надписью по-латыни.
– У тебя глаза загорелись при виде всей этой дряни, – поморщился Лавров. – Кстати, что за «духи» использует Федор? От него до сих пор несет какой-то гадостью. Я почуял эту вонь еще вчера, в ресторане.
– Это не вонь, – рассмеялась Глория. – Это – разновидность афродизиака. Называется «слюна скорпиона». Стимулирует половое влечение и сексуальную активность.
– Вот тебе и на, – пробормотал Лавров, принюхиваясь к горшочку. – Запах совсем слабый, а от Федора разило за три версты.
– Горло горшочка залито воском, который удерживает летучие вещества внутри.
– Что же выходит? Федор использовал эту штуку…
– …в тривиальной попытке привлечь к себе женщину! – улыбалась Глория.
– И, как видно, привлек. Варя повелась, а он ее убил. «Слюна скорпиона», значит. Ага!.. Слушай, неужели женщинам нравится этот отвратительный запах? – удивился он.
– Нравится – не то слово. «Слюна скорпиона» действует на них магически, будто гипноз. Они сами не понимают, что влечет их именно к этому мужчине.
– Шутишь?
– Отчасти. Мне, к примеру, такой аромат не по вкусу.
– Ты вообще не пример! – бросил Лавров. – А меня от этой «слюны» просто тошнит.
– Ты не женщина.
– От охранника несло тем же, – вспомнил сыщик. – Значит, он тоже… охотился за дамами?
– Видать, Федор-Франческо продавал охранникам афродизиак за немалые деньги. А может, не только им.
– Бизнесмен хренов…
– Он приехал сюда зарабатывать. И отлично справлялся с поставленной задачей.
– Парни покупали у него «слюну скорпиона»? Тьфу! – в сердцах сплюнул сыщик. – Ну и мужики пошли. На себя уже не надеются. Им магию подавай.
