Удивительно, что с обратной стороны – со стороны Чубайса – аналогичной ненависти к президентскому охраннику не было. Во всяком случае сам Чубайс именно так излагает дело. Я уже приводил характеристику, которую он дал Коржакову: «Нормальный мужик. Совершенно нормальный. Я не то что отторжения к нему не испытывал, но по-человечески позитивно к нему относился». Спрашиваю Анатолия Борисовича, неужто он не чувствовал той лютой, той животной ненависти, какую этот «нормальный мужик», «хороший мужик» к нему, Чубайсу, испытывал, неужто при личном общении Коржаков так хорошо это скрывал.
– Да, конечно, чувствовал, – отвечает Чубайс. – Просто я всегда стараюсь отделять отношение человека ко мне от оценки его личностных качеств.
Ненависть Коржакова к Чубайсу возникла задолго до избирательной кампании, проявившись, в частности, в «телегах», которые обер-охранник регулярно писал на «выскочку-приватизатора». Так, еще в начале 1995-го он положил на стол Ельцину бумагу под вроде бы невинным названием «О некоторых аспектах функционирования российских средств массовой информации». «Некоторые аспекты» сводились главным образом к тому, что российские СМИ – и государственные, и негосударственные – «успешно задействует в собственных интересах» первый вице-премьер Чубайс. По утверждению автора, он, Чубайс, не только «эффективно работает в отношении региональных СМИ», распространяет на них свое влияние, но и «разворачивает борьбу за центральные средства массовой информации». Пресс-секретарь Чубайса Аркадий Евстафьев «с прямой подачи своего шефа» назначен заместителем гендиректора ОРТ, «опекаемое Чубайсом» Госкомимущество стало стопроцентным держателем акций компании «РТВ-пресс», его руководителю Егору Яковлеву предоставлены «значительные материальные средства», на базе которых он выпускает, в частности, «Общую газету», «отличающуюся антипрезидентской направленностью». Кроме того, Чубайс «вынашивает» различные злокозненные планы – в частности, планы «полного подчинения Госкомимуществу, а следовательно, собственным интересам», трех информационно-издательских концернов, которые еще только создаются. Ну, и т.д. и т.п.
Из всего этого автор депеши делает «однозначный вывод»: государственные рычаги влияния на СМИ «концентрируются в одних руках и используются не во благо государству, но во благо одной персоне и группе стоящих за ней лиц». В результате этого, как полагает автор, «существует опасность того, что в ходе предвыборной кампании Президент может оказаться заложником этих людей и их амбициозных корыстных интересов».
Вот ведь что забавно: Коржаков не допускает даже мысли, что Чубайсом могут двигать не «амбициозные корыстные интересы», а элементарное стремление усилить демократическую струю в хаотичном броуновском движении российских СМИ.
Как видим, вон еще когда, за год с лишним до того, как они вместе начали работать в ельцинском избирательном Совете, Коржаков узрел в лице Чубайса опасного конкурента и принялся отодвигать его от возможного участия в избирательной кампании. Уже тогда были созданы предпосылки к тому, что ельцинский предвыборный штаб в какой-то степени будет действовать по принципу «лебедь, рак и щука».
Во время самой кампании нападки на Чубайса, естественно, продолжились с новой силой. Чубайс, будучи прагматиком, старался не допустить, чтобы распри внутри ельцинского штаба снижали эффективность его работы. «Сейчас все известные и неизвестные противоречия нужно завернуть в тряпочку и забыть про них, если нас интересуют не взаимоотношения, а победа Ельцина на выборах, – заявил он 15 апреля в интервью «Эху Москвы». – Именно такое требование выдвигает и сам Борис Ельцин». Увы, эти призывы к миру остались без ответа.
Коржаковская сторона обвиняла своих конкурентов не только в неправильной тактике – заставляют кандидата, полуживого старика, таскаться по городам и весям, толкать длинные речевки, плясать твист и шейк вместе с девицами в мини-юбках (упрек, отчасти, наверное, справедливый), – но и в ошибочной «идеологической» линии.
Грехи НТВ
Помимо Чубайса, особенно доставалось здесь Игорю Малашенко и руководимому им каналу НТВ. От этого канала требовали, чтобы он прекратил «травлю» Ельцина. В качестве примеров «травли» приводились репортажи о кроваво-бездарных побоищах в Чечне. Это, мол, «глумление над Россией, властью, нашими солдатами». Таким же «глумлением» считались и сюжеты о казнокрадстве в правительстве Завгаева. Дескать, в предвыборную пору об этом лучше бы помолчать. Каналу НТВ ставилось также в вину, что он «в упор расстреливает» белорусского батьку Лукашенко, тем самым бросая тень и на российского президента, подписавшего с ним договор о Сообществе двух государств. Неважно, что все нормальные люди смотрели и смотрят на этого батьку как на некое историческое недоразумение, как на «последнего диктатора Европы», ожидая лишь момента, когда ветер-сквозняк проснувшейся народной воли сдунет его в политическое небытие.
Обвинялся телеканал и в том, что он выпячивает антикоммунизм Ельцина – а ведь у коммунистов «30 – 40 миллионов сочувствующих».
Короче говоря, от НТВ требовали отказаться от объективности, независимости, критичности, сделаться пропагандистским рупором «ястребиной» части президентского окружения. Уступи он этим требованиям, это бы фактически означало конец его существования как независимого телеканала. Что, собственно, и произошло позднее, уже при Путине.
Наконец, еще один «грех» НТВ – чересчур лояльное отношение к премьеру. Так, в одном из интервью Черномырдин, дескать, был представлен как «гарант президента» на случай, если «не дай Бог, с ним что-то произойдет». Неспроста это! Здесь явно какой-то умысел, какой-то подвох. Хотя, казалось бы, функция премьера как президентского дублера и преемника достаточно четко прописана в Конституции. Коржаков и Ко постоянно и с недоверием следили за председателем правительства, подозревая, что тот готовится самостоятельно включиться в избирательную кампанию.
На одном из заседаний Совета, посвященном пропаганде, Коржаков прямо процитировал «гадости», посвященные Ельцину. Предполагал, что президент его поддержит, возмутится. Но тот неожиданно занял сторону президента НТВ.
– Я полностью согласен с Малашенко, – сказал Ельцин. – Это раньше так было, что генсеков воспевали, нахваливали, а теперь нужна другая политика, нужно быть умнее.
Ельцин нередко бывал неожиданным.
Замена главного лозунга
Тем не менее кое-какие коржаковские идеи брались на вооружение. Либо же так получалось, что его предложения совпадали с предложениями других штабистов и получали одобрение. Например, в середине апреля главный – антикоммунистический – лозунг кампании был заменен другим, менее наступательным, более миролюбивым. Глашатаем этой замены выступил Сергей Филатов. «Не борьба против коммунистической оппозиции, а единство и согласие общества – вот основной стратегический девиз предвыборной кампании Бориса Ельцина», – заявил он 16 апреля в Ярославле. По его словам, главная задача президента – консолидация общества. Эту свою концепцию Ельцин противопоставил домогательствам коммунистической оппозиции, которая снова «навязывает обществу борьбу и образ врага». Сейчас общество настолько накалено, сказал Филатов, что необходимо отказаться от «монополии антикоммунистической пропаганды». «Мы – единый народ, хотя у всех свои взгляды и политические пристрастия». Соответственно, по мнению Филатова, на выборах не должно быть победителей, «не должно быть подавления инакомыслия». В общем – «Ребята, давайте жить дружно!».
Председатель Координационного комитета ОДОПП заявил, что эта миролюбивая концепция ельцинской избирательной кампании разработана различными специалистами – политологами, психологами, социологами – и «является документом, обязательным для всех».
Надо сказать, лично я – в ту пору обозреватель «Литературной газеты», – естественно, ни в малейшей мере не считал себя обязанным следовать этому «документу» и продолжал публиковать антикоммунистические статьи. При этом, однако, и я испытал на себе определенное давление – со стороны коллег, читателей, начальства: ну, что ты, дескать, зациклился на коммунистах, они уже лежат кверху лапками, не представляют никакой реальной опасности… Интересное кино: «кверху лапками». Да они вот-вот придут к власти и всех нас передавят и передушат! Единственная возможность открыть дорогу к победе Ельцина, полагал я (как, впрочем, и многие), – мобилизовать электорат, категорически не приемлющий коммунистов.
24 апреля состоялся III съезд движения НДР – одной из политических сил, поддерживающих кандидатство Ельцина. Он подтвердил смену лозунгов, хотя и в более мягкой форме: дескать, «антикоммунистические лозунги, используемые активистами НДР в пропагандистской работе, окончательно не сняты, но основными уже не являются». Причина все та же: «Ельцин выдвигается как кандидат, который может устроить максимально широкие слои общества, предотвратить в нем раскол».
