и бесконечной грязи интриг и интрижек.
Несмотря на то, что попытка сбежать казалась необдуманной и практически невозможной, она не могла сидеть на месте сложа руки. Лучше попытаться и пожалеть, чем жалеть, что не пытался.
Что ж. Попытка была совершена.
И пока, к сожалению, удача к Ханне лицом не поворачивалась.
Спуститься с шестого этажа на первый было сложнее, чем казалось: в особняке клана Кондо собралась лучшая охрана от клана Хазанаки — самая бдительная, самая неподкупная. Единственное, что позволяло обходить её — ложь. Приходилось врать, действовать точно и хитро, буквально скользя по лезвию ножа.
К тому же Ханна была уверена, что охрана вмешается в её хождения по дому с минуты на минуту, поэтому вдобавок действовала и быстро. Быстрый рывок по коридору в сторону неприметной лестничной площадки, милая улыбка прошедшему мимо гостю и очередное ускорение.
Остановившись, Ханна нервно оглянулась. Даже несмотря на все предосторожности, она крайне волновалась, и шумящая в главном зале толпа преступников вокруг неё уверенности не добавляла.
Тем не менее, она постаралась вспомнить всё, что попалось на глаза ещё вчерашней ночью.
Церемония — идеальный момент, чтобы действовать. Странное время, полное непонятных событий, что лишь усиливают напряжение. Баланс между преступными кланами стал шатким, как никогда. После смерти Мимуро расстановка сил изменилась, и все кругом готовы вцепиться друг другу в глотки ради лучшего будущего для своего клана.
И, как ни странно, в центре всего — какой-то там наглый подросток Эйджи, он же Шин Нарита.
Надо же…
Так, убрать из мыслей Эйджи; первым делом нужно спрятаться.
Чтобы карточный домик клана Кондо посыпался, на него достаточно было просто дунуть. К сожалению, эта задача выпала именно ей. Шин — главный конкурент клана Кондо на токийской арене, и если в среде якудза всплывёт информация о том, что именно Шин похитил будущую жену Нобору, то о Ханне забудут. Именно поэтому под подушкой она оставила письмо, написанное от имени Шина.
«Прости, Нобору, но Ханна принадлежит только мне © Ш. Нарита» — так она, вроде, написала.
Спустившись по неприметной лестнице в подвал, она осмотрелась и продолжила путь, не найдя там охранников. Коридор с мигающими лампами, куча неприметных дверей, ведущих в неприметные помещения. Похоже, особняк клана Кондо занимал больше места, чем можно было бы подумать.
Эти коридоры походили на настоящий лабиринт. Что ж. Тем удобнее для её дела.
Странно, конечно, что в подвале нет никакой охраны. Впрочем, сейчас беспокоиться нужно не об этом.
«Ну, вроде, я уже начинаю забывать, откуда пришла» — думала она, осознавая, что дальше идти не стоит. Вот только практично ли прятаться в зале для тренировок? С одной стороны, есть возможность для маневра в случае провала, с другой же…
А если там кто-то есть?
Нет, быть такого не может, никто не стал бы пропускать церемонию прощания с Мимуро — Ханна осторожно дёрнула за дверную ручку, и дверь почти бесшумно отворилась.
Свет в помещении включен. Даже как-то странно. Ханна на миг замерла на пороге, робко оглядывая тренировочный зал. Впрочем, отсюда ей открывался лишь тесный и тускло освещённый, как и коридор, предбанник, что упирался в тонкую ширму, отделяющую его от основной комнаты.
Ханна уже была готова шагнуть внутрь, когда…
— Риски, Тору-сан… разумеется. Большие риски. И я прекрасно отдаю себе отчёт о том, чем это может обернуться для нас. Но…
Ханна замерла на месте, расширив глаза от неожиданности и испуга.
—…либо сейчас, либо никогда, Тедзо. Третьего не дано, — заключил сухой и мрачный, практически траурный голос.
— Разумеется, но… ты же понимаешь, кто он такой? Единственный, кто может сделать всё быстро и чётко это босс. Но… во-первых, он не берёт трубку, во-вторых, оцени риски ещё раз. Подумай, что под удар попадём не только мы с тобой, но и весь наш план.
Ханна всё ещё стояла неподвижно. Внутри неё боролись два желания — поскорее уйти отсюда и подслушать разговор. Может, новая информация как-то поможет ей избежать многих проблем? И вообще, кто эти люди?
Голоса, впрочем, казались ей взрослее, чем должен был звучать голос Нобору.
— Весь наш план? — первый голос хмыкнул, но в этой усмешке не было ничего смешного. — Весь наш план утерял свою принципиальность из-за этого «русского ублюдка», Тедзо. Я знаю, что если мы его отпустим, другого шанса убить его уже не будет.
— А если завалим его сейчас, — резюмировал второй, — то есть ещё запасные выходы?
Завалить? Кого? Они планируют убить одного из гостей? Что?
Так, ладно. Она услышала достаточно, пора валить отсюда. Ханна медленно, стараясь раствориться в пространстве и не издавать вообще никаких звуков, отступила на шаг, другой…
И почувствовала, как упирается в кого-то.
А вот и охрана.
Потная, немного мягкая ладонь сжала её запястье до боли. Не говоря ни единого лишнего слова, тот, кто стоял позади Ханны, потащил её внутрь.
— Господа, — произнёс он свою первую и последнюю реплику за весь диалог, вталкивая Ханну в помещение за ширмой. — У нас незваные гости. Девчонка подслушивала.
Два взгляда тут же уставились на неё — подозрительных, мрачных и донельзя злых.
Нет, это не люди Нобору — никто из них. Кажется… это одного из них она видела в машине. Он ещё подвозил из школы Шина. Ну, и ещё двое незнакомых, но очень походящих на злых преступников.
Впрочем, один из союзников Нобору в зале тоже был. Кинув короткий взгляд на связанное тело, лежащее на татами, Ханна шумно сглотнула и поджала губы.
Ямато Хазанаки сейчас напоминал скорее залитую кровью грушу для битья, чем гордого главу могущественного клана. Кровь на его лице ещё не успела запечься, под глазом выглядывал огромный синяк. Сам же оябун лежал без сознания.
Те, кто стоял над ним, переглянулись — и кивнули друг другу.
— Это осложнит дело, — сообщил тот, которого Ханна не смогла опознать — судя по репликам, кто-то из людей, не любящих Ямато Хазанаки. — Но ненамного.
— Пожалуй, что так, — согласился второй, самый старший из собравшихся в комнате; после чего шагнул вперёд. — Главное, чтобы никто не нашёл её до того, как дело будет сделано. А там уже никто не обратит внимания на такую мелочь.
Не нашёл? Нет, стойте…
Умом Ханна понимала, о чём они говорят, но душой всё ещё не хотела верить. Всё плохо. Жирдяй за спиной крепко держал её, а слова застряли в горле.
— Решай быстрее, — откликнулся тот, что сзади, глядя на собеседников; теперь ни он, ни остальные даже не смотрели на Ханну. — Если дела приняли такой оборот, значит, времени у нас ещё меньше, чем мы думали.
— Возможно, стоит допросить её? — предположил самый молодой.
«Тедзо», вроде, поглядел на Ханну пару
