В условиях подготовки и начального этапа войны против СССР командование вермахта издало в мае-июне 1941 года три приказа, дающих юридическое обоснование нацистскому террору на захваченных территориях: первый - от 13 мая 1941 года о военной юрисдикции в зоне осуществления плана «Барбаросса», второй — от 19 мая 1941 года о принятии на территории Советского Союза строгих и решительных мер против большевистских агитаторов, партизан, саботажников и евреев; третий — от 6 июня 1941 года, известный как «приказ о комиссарах». В этих документах подчеркивалось, что как гражданские, так и военные лица, подозреваемые во враждебных действиях, (в первую очередь коммунисты, политкомиссары и евреи), подлежат расстрелу без суда и следствия.
Летне-осенняя военная кампания 1941 года не внесла каких-либо серьёзных изменений в формулировки оккупационных средств массовой информации по национальному вопросу. Перспектива «возрождения» как России, так и русского народа связывалась лишь с победой Германии в этой войне14.
Советская сторона оказалась не готова противостоять фашистской пропаганде в данном вопросе. Завесь 1941 год практически не было предпринято ни одной акции партизан и подпольщиков, направленной на борьбу с национал-шовинизмом.
Одним из лозунгов 1941 года, обращенных нацистами и к населению занятых областей России, захватчики провозгласили следующее заявление: «Жиды — это наше несчастье!»15.
Еврейскую нацию обвиняли в том, что:
1) эта война была развязана по её инициативе;
2) она является нацией-паразитом, живущей за счёт других;
3) евреи, захватив власть в России, создали советскую тюрьму народов16.
Вывод из всего этого делался следующий: «Конец жидам — это будет конец войне»17.
Геноцид против евреев нацисты могли осуществлять лишь при содействии или хотя бы при сочувственном отношении к этим акциям со стороны местного населения. Поэтому не было ни одного направления в идеологическом воздействии на жителей России, оказавшихся под немецкой оккупацией, в котором бы не присутствовали антисемитские сюжеты. Основная задача этой политики заключалась в том, чтобы доказать: у немцев и русских есть общий враг — евреи. В Псковской газете «За Родину» в течение всех лет оккупации существовала рубрика «Беседы с Домной Евстигнеевной», где носителем исконной народной мудрости выступала деревенская богобоязненная старушка. Из номера в номер в ее уста коллаборационистскими журналистами вкладывались следующие мысли: «Потерял народ наш разум, когда жидовских вшей себе за шиворот пустил. Вот они его и объели. Ну, да война выучит, жидовскую храбрость мы знаем. Немец ему в печенку въелся, вот он русский народ и гонит на убой за свои жидовские интересы»18.
Истребление еврейского населения на оккупированной территории России началось с первого дня прихода немцев и не прекращалось вплоть до их изгнания. Эти акции делились на три периода: 1) С начала оккупации до зимы 1941–1942 года. (Уничтожались коммунисты, комсомольцы и активисты. Все еврейское население бралось на учет и сгонялось в гетто.)
2) С весны 1942 года до конца 1942 года. (Массовое уничтожение еврейского населения.)
3) С начала 1943 года до отступления нацистов с оккупированных территорий. (В этот период уничтожали всех оставшихся евреев, в том числе и тех, кто выполнял оборонные работы для нужд вермахта.)
Для «окончательного решения еврейского вопроса» нацисты создали четыре оперативные группы — айнзацгруппы СС (Einsatzgruppen), подчиненные непосредственно второму человеку в иерархии СС — Гейдриху. Каждая из них насчитывала от 500 до 900 солдат — всего 3000 человек.
В начале июня 1941 года Гейдрих собрал командиров айнзац-групп и сообщил им, что Гитлер приказал уничтожить на территории Советского Союза всех евреев и руководящий состав коммунистической партии и что их задачей является выполнение данного приказа19.
Немецкая армия и военная администрация, созданная на захваченных территориях, согласно приказам верховного командования, проводили антисемитскую политику и оказывали помощь оперативным группам СС в их действиях. В некоторых местах приказы о явке евреев на определенные пункты (якобы для высылки или направления на работу, а на самом деле для поголовной ликвидации) издавались немецкой городской или районной военной администрацией. Имели место случаи, когда военная администрация требовала от айнзацгрупп ускорить уничтожение евреев, ибо рассматривала их как элемент, угрожающий безопасности, и как лишнюю экономическую нагрузку. Так было в Симферополе, Джанкое в Крыму и во многих других местах20.
В некоторых городах военная администрация какое-то время сохраняла небольшие группы евреев — иногда десятки, иногда сотни специалистов, выполнявших для немцев определенные работы. Их содержали в трудовых лагерях и тюрьмах, где они подвергались издевательствам, страдали от голода и болезней. Рассматривая «еврейский вопрос» с немецкой пунктуальностью, нацисты выработали целый комплекс различных законов, распространив их действие с территории III Рейха на все оккупированные вермахтом территории.
До начала XX века в большинстве европейских стран евреем считался человек, исповедовавший иудаизм. Такое правило было и в Российской империи. При крещении иудеи приобретали все права, которыми обладали христиане. Против такого положения в «Mein Kampf» гневно выступил Гитлер: «Еврей охотно пойдет на это. Представители церкви будут радоваться по поводу нового завоеванного сына церкви, а сам этот «сын» — об удавшемся гешефте»21.
В первые дни оккупации для населения вышло специальное распоряжение, согласно которому евреем считался тот, кто происходил, по меньшей мере, от трех дедушек или бабушек, которые в расовом отношении являлись чистокровными евреями. К евреям относились и те, кто происходил от одного или двух дедушек или бабушек, чистокровных евреев, а также тот, кто а) принадлежал к еврейской религиозной общине; б) на 22 июня 1941 года или позже состоял в зарегистрированном или незарегистрированном браке с евреем или еврейкой.
В случае сомнения нацисты сами решали по своему усмотрению, кто является евреем, опираясь на эти директивы.
Немецкое военное командование, при участии коллаборационистов, должно было немедленно обеспечить следующее:
«а) евреи в соответствии с приказом должны зарегистрироваться: сообщить фамилию, пол, возраст и адрес. Источником сведений для регистрации могут служить записи еврейской общины, а также сообщения надежных местных жителей;
б) должно быть издано распоряжение о ношении евреями постоянных и ясно различимых опознавательных знаков — желтых шестиконечных звезд, по меньшей мере 10 см в поперечнике, на левой стороне груди и на середине спины;
в) евреям запрещается:
1. Выезжать из своей местности или менять место жительства без разрешения гебитскомиссара или штадтскомиссара.
2. Пользоваться тротуарами, общественным транспортом, автомобилями.
3. Пользоваться местами и заведениями отдыха (курорты и плавательные бассейны, парки и парковые зоны, игровые и спортивные площадки).
4. Посещать театры, кинотеатры, библиотеки и музеи.
5. Посещать школы любого типа.
6. Владеть автомобилями и радиоприемниками.
7. Производить кошерный забой скота»22.
Согласно новым распоряжениям, еврейские врачи и дантисты могли лечить или консультировать только еврейских пациентов. Еврейским аптекарям разрешалось заниматься своей профессией только в гетто и в лагерях в той мере, в какой в них ощущалась потребность. Еврейским ветеринарам запрещалось заниматься своей профессией.
Также был издан список «запрета на профессии для лиц еврейской национальности». К ним относились:
1. Адвокатура.
2. Банковская деятельность и обменные операции, ростовщичество.
3. Посредничество и организация агентств.
4. Торговля недвижимостью.
5. Торговля вразнос.
Имущество, принадлежащее евреям, подлежало конфискации. В первую очередь изымались:
а) местные денежные знаки и иностранная валюта;
б) ценные бумаги;
в) ценности всякого рода (монеты, золотые и серебряные слитки, другие драгоценные металлы, ювелирные изделия, драгоценные камни и т. п.)23.
Для поддержания своего существования еврейское население могло сохранить предметы домашнего обихода для удовлетворения минимальных потребностей (мебель, одежда, постельное белье); сумму денег из расчета 0,2 рейхсмарки (2 рубля) на каждого еврея — члена семьи в день.
Для обеспечения жесткого контроля за еврейским населением в директивах германского командования выдвигались следующие требования:
а) сельская местность должна быть очищена от евреев;
