кающийся: не имей в себе пустого места. Тебе говорю, будь тверд при помощи камня. Для сего и Петром именует апостола, который прежде именовался Симоном, чтобы твердость его веры поставить в образец нам. И Пророк сказал: утвердися сердце благочестивого, да не подвижится (Пс. 111, 5, 8). Итак, должен ты принести твердое покаяние, как Петр, потому что твердо грешил. Скажи мне: Когда творил ты блуд, вместе с телом не действовала ли и душа твоя? Как же теперь хочешь целомудриться одним телом? Когда грабил ты, вместе с плотью не напрягался ли и ум твой? Как же теперь хочешь одной наружностью доказать свое постоянство? Законы не судят, если дело не обличено, не наказывают тех, которые имеют только вид убийцы. Так и Бог не приемлет покаяния, не оказывающего в себе твердого дела. Многие подражают в походке царям, а другие в поступках подражают мучителям, но за это одних не судят, как мучителей, а другим не кланяются, как царям. Так и кающиеся, если не твердо принесут покаяние, будут то же, что подражатели. Будь твердым сосудом, уготованным на всякое дело благое, чтобы включили тебя в число священных драгоценностей. Будь камнем, чтобы употребили тебя в основание; будь драгоценным камнем, чтобы не причли тебя к подкрашенным и поддельным.
Приносящие покаяние только напоказ творят не один грех, но многие грехи, потому что и других располагают приносить наружное только покаяние. Они издеваются, и гораздо хуже оскорбителей людской чести, потому что отваживаются посмеваться Самому Богу. Таковым не только не отпускается, но прилагается еще грех. Это лицемер, а не служитель благочестия; издевается над благоговением и прилагает нечестие, носит на себе личину добрых нравов и скорее возбудит в зрителях смех. Иудеи осуждают, еллины позорят, когда видят, что Церковь чужда добродетели; подобные сим люди насмехаются над Богом.
Итак, приноси твердое покаяние, согрешивший, чтобы получить тебе и прощение. Справедливо сказал Павел, что назидающий на основании дрова, сено, тростие, не получит награды не только за проповедь, но и за дела. Сказал же сие Павел не только об учении, но и о покаянии. Сено есть нечто пустое. Итак, если кто не приносит твердого покаяния, то он – тростие, дрова, которые плавают поверх воды. Если кто нетвердо приступает к покаянию, то он – дрова, и таковый не только будет отвержен, но и сожжен, как сказано, огнем. За что же? За то, что многим служил препятствием и думал посмеваться Богу.
Кающийся сам себя делает из меди золотом и также из дерева камнем. Когда принесет покаяние законно, сам себя воскресит из мертвых и из тьмы сделается светом. Следовательно, благочестивый может и созидать, потому что покаяние делается в нем началом Божественной силы. Воскрешает его из мертвых апостольское достоинство. А покаяние может рукополагать и в апостолы. Оно Петра, поползнувшегося на отречение, возвратило собственному его достоинству. Оно соблазнившихся некогда и вспять возвратившихся апостолов украсило апостольским саном. Оно Павла рукоположило в апостола, потому что, приведя в сокрушение, из гонителя сделало его Христовым рабом. Как благоискусна благодать покаяния! Послушных тотчас возводит в достоинство; не апостолами только делает, но поставляет и царями; так, покаявшемуся Давиду принесло то, что за ним осталось царство; дает даже и пророчество: так, весь Израиль, обратившись к Богу, приобретал себе победу над врагами; так некогда Гедеон пророчествовал и одолел Мадиама.
Благодать покаяния ходит благодетельствовать и язычникам. Не только ныне, но и под законом промышляла она о всякой плоти. Покаяние воздвигало города и исправляло падшие народы. В один прием воссоздало оно великий город Ниневию. Оно объясняет мне, сколько благоснисхождения в Господнем изречении: разорите церковь сию… и треми денми восставлю ее (Мк. 14, 58). Те города, которые бесы разорили через грех, Христос воссоздал покаянием. Разорите церковь сию… и треми денми восставлю ее; и покаяние говорит ниневитянам: еще три дни, и Ниневия превратится (Иона 3, 4). Сличи слово со словом и речение с речением – и найдешь, что изречение покаяния истолковано Христом. Христос обещал восставить, а оно угрожало разрушить, если бы Ниневия не покаялась. Покаяние не стало бы угрожать, если бы Ниневия не исцелилась. Не восставил бы Христос града согрешивших, если бы он не покаялся. Христос воскрешает, объемля покаяние, и собственным Своим воскресением показывает, что покаяние для всякого человека бывает причиной восстания его к благочестию.
И Закон, и Евангелие три дня объявляют грешникам на покаяние. Почему же это? Потому что отпущение грехов по чрезвычайной благости подает благодать Троицы. Три дня назначаются сроком для кающихся, потому что Единосущной Троицей совлечено с человечества осуждение смерти. Три дня имеет у себя покаяние для исходатайствования прощения, потому что знает Троицу, разрешающую узы греха. Через три дня уничтожена смерть; через три дня дается отпущение, потому что через три дня совершилось и Воскресение. Все могло бы совершиться во мгновение, но по причине таинства Троицы в три дня связала врага благодать, не по невозможности вдруг совершить потребное, но чтобы показана была тайна Божества. Не убивала от трех дней и не прибавила к ним, потому что не исповедовать в Троице ни недостатка, ни избытка – несомненное благочестие и православие. Божество – не единица и не Троица только, но то и другое вместе. Поэтому в три дня и смерть упразднена, и змий низложен, и грех истреблен. В три дня созданы небо, и земля, и море, чтобы и в этом открывалось таинство Троицы и плод тридневного воскресения и примирения человеков. Три дня проповедовал Иона и ни одной ночи не употребил на проповедь, потому что в Троице нет и тени пременения. Спаситель наименовал три дня и три ночи, чтобы показать, что и омраченные грешники восстанут.
Такова благодать покаяния, – в три дня огласило оно мир! О, как велика в нем сила, – оно умилостивило Бога, изрекшего уже приговор! С кротостью приступило к Нему, напомнило воззреть на Свою благодать и сделало, что приговор переменен в отпущение. О, как велика радость покаяния, – оно склоняет Бога отменить наказание, когда грех овладел уже родом человеческим!
