в рассказы о Ксюхиных подвигах, он пропускал мимо ушей квохтания матери, пытающийся подложить ему на тарелку «пинамбура» из Стёпкиных теплиц. «Кушай, Ванечка, кушай! Нигде не найдёшь такого чуда. С виду — горбатая картошка, а на вкус — чисто земляника лесная!» Впрочем, попытки братских объяснений по поводу садоводческих успехов Иван тоже не слушал. Он тихо наслаждался тем, что вокруг все такие родные, и он так по ним соскучился, и что при всей своей занятости мог бы и почаще домой заглядывать. Обводя взглядом за столом сидящих, Ваня с расположившимся напротив отцом глазами встретился. Отец молчал, неторопливо жевал «дивный пинамбур», в бороде едва угадывалось сочувственная усмешка. «Завтра,» — решил Ваня, — «все расспросы, объяснения, дела, визиты — всё завтра!» Сегодня он будет до поздней ночи гулять по заснеженному саду, вдыхать морозный воздух, да совсем рано спать завалится. Вот только с ребятнёй поздороваться надо — ждут ведь, о его прибытии всё поместье гудит.
А началось всё с того, что Рассейский граф и Наследный Бо Китайской империи Иван Лудильщиков обнаружил на днях, что судьба его к новому этапу жизни подвела. Он и сам не вполне понял, как это случилось — вроде бы отдохнуть намеревался, да в себе слегка разобраться. Но, как говорится, человек предполагает, а Господь располагает. А дела «по полочкам» разложить да в порядок привести потребно обязательно, иначе изо всех щелей будут «хвосты» нежданные выпрыгивать.
И первым делом Иван решил в Сарапул отправиться, ибо начинать надо с самого что ни на есть начала. Разумеется, домой он шёл через Домен, с мыслями, что пора кошку с котятами к делу пристраивать. И внезапно задумчивый Ваня был подвергнут коварной атаке трёх страшных демонов. А точнее, три монстрика тут же обниматься кинулись, как только его завидели. Ваня давно понял, что тактильный контакт для этих существ очень важен был, они просто млели, когда их гладили и почёсывали, в одиночестве же хандрить да грустить начинали. Был период, когда кошачье семейство частично удовлетворяло им необходимость в общении. Даже внешний вид они тогда предпочитали кошачий, а при встрече всё больше мурчали и мяукали, хотя раньше уже говорить старались. Но время шло, демонята росли и форму приобретать научились самую разную. К большому облегчению Лудильщикова, кстати, ибо наблюдать за маленькими человечками или кошками с Ваниными лицами как-то жутковато становилось. А тут всё само собой разрешилось. С образовательными целями притащил однажды Иван в Домен энциклопедию анималистическую с иллюстрациями — мол, гляньте, какие животные на Земле бывают. «Кукушатам» книга так понравилась, что они даже Ванин уход не заметили. А на следующий день Лудильщиков обнаружил вместо привычных уже гуманоидов двух собак и черепаху — монстрики увлеченно примеряли на себя всё новые образы. Но по Ваниному приказу за несколько минут «перетекали» в ту форму, что он им определял. «Наверное, пожалуй, пусть собаками со мной и бегают », — решил наш герой. Надо же питомцев и «в люди» выводить — не всё же им в Домене куковать.
И в Сарапул направляясь, сказал Иван демонятам своим, что завтра возьмёт их «в гости», чем вызвал среди троицы нешуточное волнение. Ещё бы, первый раз им предстояло покинуть место, где они родились и выросли.
И вот Ваня стоял на подъездной аллее перед сарапульским особняком. Снег расчищен, по сторонам скульптуры ледяные стоят. Любопытно, кто это так развлекается?
Тут на него с визгом Тая налетела — румяная, в вязаных рукавичках, схватила за полу полушубка и к дверям потащила. Вот и вернулся.
А дома… Дома всё было по-прежнему. Братец над растениями колдовал, мать с отцом занимались хозяйством и присматривали за детишками. Дети росли и тренировались под наставничеством учителей и оборотней.
Первыми в оборот Ивана Родион со Степаном взяли. Братец затребовал заказанный им университетский научный альманах за прошлый год, получил желаемое и на некоторое время исчез из этого мира — с головой погрузился в ботанический раздел вожделенного талмуда. Родион же краткий отчёт предоставил, а в конце сообщил, что от фон Копфа посылка пришла, о которой Иван давно предупреждал. Прибыли пробирки с детьми, и что теперь с ними делать?
— Исследовать, стараясь не причинять вреда. Наша цель — выяснить, можно ли эти организмы в настоящих людей превратить. Покажи мне это новое приобретение, Родион. Где ты их содержишь?
— Во второй лаборатории. Вот только… А впрочем, сейчас сами всё увидите.
Дверь в лабораторию открыл… Игорь. Некроконструкт лёгким поклоном приветствовал хозяина и сообщил, что вверенные его заботам объекты в состоянии находятся удовлетворительном. На Ванино пожелание увидеть пробирки Игорь указал рукой, куда пройти следует, но на лбу его, к удивлению Ивана, тревожная морщина появилась.
Родион наклонился к Ване и шёпотом сообщил, что никто Игорю детей из пробирок не вверял. Тот, как только их увидел, сразу заявил, что будет за ними присматривать и искать способ их «исправить».
— И вот уже четыре дня из лаборатории не выходит, старые записи изучает, какие-то ритуалы забытые извлёк. Однако, грех жаловаться, самостоятельно ничего не предпринимает. Всю обнаруженную информацию фиксирует в лабораторном журнале. Вот только сдаётся мне, не подпустит он к младенцам никого с намерениями их повредить.
Ваня вспомнил историю Игоря, как тот в некроконструкт превращён был, поскольку не смог над детьми эксперименты жестокие проводить. И даже сейчас защитником остаётся.
— Благодарю за службу! Если что новое найдёшь — сразу Родиону докладывай, а уж он мне сообщит.
Стоило Ване из лабораторного флигеля в дом вернулся, к нему тут же слуга бросился.
— Ваша светлость, к вам градоначальник с визитом, уж полчаса как дожидается.
— И откуда о моём приезде узнал-то? К тому же, мог бы и предупредить, посыльного с записочкой послать.
— Так Ефим Филиппович опасался, что ваша светлость может исчезнуть так же споро, как и появились.
С градоначальником, назначенным после Башенина, Иван был в отношениях прохладных, но вполне деловых. Больше полугода назад Ефим Филиппович обратился к графу Лудильщикову за помощью. Высокоуровневых животных в лесах становилось всё больше, и стандартных охотничьих партий для надёжной зачистки близлежащих к Сарапулу территорий хватать перестало. Вот так орава жаждущей себя проявить ребятни во главе с его сестрёнкой вылазки на охоту в лес начала
