лишь из-за того, что он плохо меня знает. Меня это не устраивает.
Лотти кивает.
– Понимаю, возможно, твое поведение имеет смысл. Я бы до такого не додумалась, но понимаю тебя.
Ее голос уже не кажется таким враждебным, а выражение лица – хмурым. Неприятно это признавать, но, может быть, эта затея с вопросами была неплохой затеей.
– Ты хочешь, чтобы я задал вопрос сейчас?
Она снова кивает.
– Да, задавай.
Ладно, если она начала с трудных вопросов, я поступлю так же.
– Почему ты стыдишься рассказывать маме и Джеффу о том, что тебя уволили?
– Учитывая, что спросила я, следовало ожидать от тебя подобный вопрос. – Она вздыхает. – Мы росли вместе с Анджелой, владелицей «Анджелук» и моей начальницей. Она пытается догнать Гвинет Пэлтроу с ее Goop. Мы то дружили, то ставили на дружбе крест.
– Как так? – удивляюсь я. – Насколько понимаю, либо ты дружишь с кем-то, либо нет.
Лотти качает головой.
– Не с Анджелой. Как в кофейнях бывает вкус недели, так у Анджелы была подруга недели. Она без проблем меняла фавориток, а когда ей надоедала одна, она переходила к следующей, и тогда та становилась ее новой лучшей подругой. Учитывая, что я росла в богатом городе в небогатой семье, Анджела вызывала у меня восторг. Я знаю, что это звучит смешно, но когда ты ребенок, крутые вещи кажутся прикольными. У Анджелы были все эти классные вещи, и нам было весело вместе. Мы приезжали в школу на ее БМВ, проводили выходные у нее дома, устраивая вечеринки у бассейна, а потом в один прекрасный день меня исключили из списка друзей. Отношения приносили боль, были токсичными, и все же я продолжала искать ее дружбы из-за веселья, которое у нас было.
– Понятно, – говорю я. – Это и есть определение токсичности.
– Знаю, мама сказала мне то же самое. Вообще-то моя мама по-настоящему ненавидит Анджелу. Поэтому, когда я закончила университет со степенью магистра в области бизнеса и Анджела предложила мне работу в ее развивающемся стартапе, мама крайне скептически отнеслась к тому, чтобы я стала работать с таким непостоянным человеком.
– Что вполне естественно.
– Да, возможно. Мама оказалась права. Однажды она сказала нечто такое, что сейчас задевает меня больше, чем тогда. «Лотти, пока вы дружили, она относилась к тебе с высокомерием и бессердечностью, как, по-твоему, она будет относится к тебе на работе?»
– Точно так же, верно?
– Да. Но выбор был невелик. Я могла пойти работать куда-нибудь, где мне могло бы хоть немного понравиться, или я могла работать на Анджелу, развивать бизнес и взять на себя ответственность. Она предложила мне низкий базовый оклад и сказала, что через год, если я помогу развить бизнес, она повысит мне зарплату и станет платить столько, сколько я заслуживаю. Я посчитала такое предложение стоящим. Мама, Джефф и сестра убеждали не соглашаться, говорили, что Анджеле не стоит доверять, но я все равно согласилась и добилась успеха. Я развила блог до того уровня, на котором он находится сейчас. Именно я сыграла огромную роль в том, что Анджела стала известна. И когда пришло время повысить меня…
– Она уволила тебя. – Качаю головой. – Признаю, я беспощаден, если дело касается бизнеса, но ни за что на свете не сделал бы ничего подобного. Довольно просто распознать хорошего работника, и вместо того, чтобы увольнять его, я лучше помогу ему развить свои навыки. Под моим крылом ему будет намного лучше, чем у конкурента. Думаю, Анджела увидела в тебе угрозу и захотела избавиться от тебя, пока остальные сотрудники не поняли, насколько ты ценный кадр.
– Возможно. – Лотти смотрит на свои руки. – В любом случае, мне было стыдно рассказать маме и Джеффу. Я не хотела слышать «я же тебе говорила», и вот так я оказалась здесь, с тобой. Отчаянно желая сохранить лицо.
– Я понимаю, насколько важно сохранить репутацию. Думаю, это одна из причин моей настойчивости в деле с Дэйвом. Все знают, что я постоянно ищу подходящую недвижимость и получаю то, что хочу, но Дэйв усложняет мне задачу, а это ущерб для моей репутации.
– Ты не можешь всегда выигрывать.
– Могу, – возражаю я. – Я всегда выигрываю.
– Ты такой самокритичный.
Издаю смешок.
– Твой второй вопрос?
Лотти наклоняет голову к плечу, изучает меня, а затем спрашивает:
– Ты кажешься таким зажатым, и мне трудно представить, что ты умеешь веселиться. Поэтому, наверное, мой второй вопрос – как ты любишь развлекаться?
Потираю лицо.
– Когда у меня выдается свободная минутка, я с радостью хожу на бейсбол.
– Дай угадаю – ты сидишь на лучших местах.
– Не стану соглашаться на меньшее.
– Знаю, это еще один вопрос, но давай назовем его вопрос 2а.
– Не возражаю, – отвечаю я.
– У тебя есть любимая команда?
Я качаю головой.
– Это странно, но у меня нет любимой команды. Мне нравится парочка калифорнийских команд, я люблю ходить на разные бейсбольные стадионы и смотреть, чем они отличаются друг от друга, а еще слежу за своим хорошим другом, с которым общаюсь со времен колледжа. Этот сезон для него последний, потом он планирует завершить карьеру.
– Ого, ну тогда вопрос 2b, кто твой друг?
Я усмехаюсь.
– Пенн Катлер. Питчер в «Чикаго Боббиз», мы вместе учились в колледже. Ему пришлось нелегко в высшей лиге, но в этом сезоне он выглядит достаточно хорошо.
– Надо будет посмотреть на него. Но… бейсбол, и все? Твой единственный способ развлечься?
– Нет, я люблю тусоваться с братьями. Например, у бассейна. Простые игры, такие как метание колец, корнхол, или посещение пляжа. Я не катаюсь на доске, но на пляже мы довольно часто играем в футбол. – Пожимаю плечами. – Просто расслабляемся, когда выдается такая возможность.
Лотти несколько раз моргает, а затем усмехается, качая головой.
– Никогда бы не подумала, что ты любишь играть в футбол на пляже. Мне казалось, ты из тех, кто предпочитает надеть смокинг и отправиться в какой-нибудь закрытый клуб, курить сигару, обсуждать ценные бумаги, фондовый рынок и скачки индекса Доу – Джонса. Что ты из тех, кто посещает оперу и наслаждается действом. Из тех, кто в свободное время берет уроки игры на фортепиано, потому что нужно быть лучшим во всем, что делаешь.
– Я еще в детстве научился играть на фортепиано.
– Что вполне естественно. Но футбол на пляже – это занятие для обычного человека. А потом ты скажешь, что любишь ходить на концерты.
– Люблю, – подтверждаю я. – Но только если там играют правильную музыку. Я не пойду на концерт Бруно Марса, но если, скажем, в городе будут Foreigner, обязательно куплю билеты.
– Нет, не могу
