она прослушала несколько месяцев назад. Лектор из лаборатории робототехники Массачусетского технологического института говорил об азимовских законах робототехники, первый из которых звучал как-то вроде: «Робот не может навредить человеку или позволить, чтобы из-за его бездействия человеку был нанесён вред». И Мэри пришло в голову, что мир мог бы быть гораздо лучше, если бы люди тоже жили по этим законам.
И всё же…
И всё же как много принципов, которыми она руководствовалась в жизни, призывают к бездействию. Большинство из десяти заповедей приказывают тебе не делать того или этого.
Грех Мэри состоял в преступном небрежении. И всё-таки Калдикотт, скорее всего, скажет, что это грех простительный, не смертный, но…
Но что-то внутри Мэри в самом деле умерло в день, когда это случилось. И она была уверена, что то же самое произошло и с новой жертвой чудовища, кем бы она ни была.
– Да, – сказала наконец Мэри тихо, почти неслышно. – Кто-то пострадал из-за того, что я ничего не сделала.
Она заметила, как силуэт Калдикотта сдвинулся.
– Я мог бы наложить епитимью молитвы и чтения Библии во искупление, но… – Голос священника затих, явно предлагая Мэри закончить мысль.
И Мэри кивнула, наконец готовая озвучить решение, к которому уже пришла.
– Но единственным правильным решением будет пойти в полицию и рассказать им всё, что я знаю.
– Ты сможешь найти в себе силы для такого шага? – спросил Калдикотт.
– Я постараюсь, отче. Но улики, которые я сохранила после изнасилования… они пропали.
– Тем не менее у тебя есть информация, которая может помочь. Но если ты хочешь иную епитимью…
Мэри снова закрыла глаза и помотала головой:
– Нет. Нет, я пойду в полицию.
– В таком случае… – сказал Калдикотт. – Бог, Отец наш всемилостивейший, примирился с миром через смерть и воскресение Сына Своего и ниспослал Святой Дух во искупление грехов. – Мэри вытерла слёзы, а Калдикотт продолжал: – Чрез это церковное таинство да наградит тебя Бог покоем и прощением. Отпускаю тебе грехи твои…
И хотя самое трудное было ещё впереди, Мэри ощутила, как ослабевает давивший на неё груз.
– …во имя Отца…
Она пойдёт сегодня. Прямо сейчас.
– …и Сына…
Но она не пойдёт одна.
– …и Святого Духа.
Мэри перекрестилась.
– Аминь, – сказала она.
Глава 28
Понтер сидел на церковной скамье. Подойдя ближе, Мэри с удивлением обнаружила, что у него на коленях лежит книга, и Понтер листает её страницы.
– Понтер? – позвала она.
Он вскинул голову.
– Как прошло? – спросил он.
– Хорошо.
– Полегчало?
– Немного. Но мне всё ещё надо многое сделать.
– Сколько необходимо, – сказал Понтер. – Я помогу всем, чем смогу.
– Ты читаешь Библию? – потрясённо спросила Мэри, заглянув в его книгу.
– О, значит, я правильно догадался! – обрадовался Понтер. – Это и есть главный текст вашей религии?
– Да, – сказала Мэри. – Но… но я считала, что ты не умеешь читать по-английски.
– Я – нет. И Хак пока тоже. Но Хак может запомнить изображение каждой страницы, и когда такая функция станет доступна, переведёт её для меня.
– Знаешь, я могу тебе достать говорящую Библию – либо устройство, которое умеет читать тексты, либо звукозапись, специально начитанную диктором. Есть великолепная серия Джеймса Эрла Джона…
– Я даже не знал, что есть такая возможность, – сказал Понтер.
– Я даже не знала, что ты хотел бы читать Библию. Я… как-то не думала, что тебе она будет хоть немного интересна.
– Она важна для тебя, – сказал Понтер. – Значит, она важна и для меня.
Мэри улыбнулась:
– Как мне повезло, что я тебя нашла.
Понтер попытался обратить всё в шутку.
– Меня легко заметить в толпе, – сказал он.
Всё ещё улыбаясь, Мэри кивнула:
– Действительно. – Она посмотрела на висящее над кафедрой распятие и снова перекрестилась. – Однако идём, надо двигаться.
– Куда теперь? – спросил Понтер.
Мэри глубоко вздохнула.
– В полицейский участок.
* * *
– «Она важна для тебя, – повторил Селган. – Значит, она важна и для меня».
Понтер посмотрел на своего скульптора личности.
– Да, именно так я и сказал.
– И это правда было единственное, что побудило вас ознакомиться с данной книгой?
– Что вы имеете в виду?
– Разве не в этой книге содержатся якобы исторические свидетельства, о которых вы упоминали ранее? Разве не эта книга является их основным доказательством существования жизни после смерти?
– Я, честное слово, не знаю, – сказал Понтер. – Это довольно объёмистая книга – не слишком толстая, но символы в ней очень мелкие, а бумага самая тонкая из всего, что я видел. Её перевод займёт приличное время.
– И тем не менее вы решили её осмотреть.
– В помещении, где я ожидал Мэре, было много копий этой книги. По одной на каждую скамью, я полагаю.
– Вы слушали звуковую версию, как предлагала Мэре?
Понтер покачал головой.
– Но вы всё ещё хотите узнать, в чём состоят эти предполагаемые доказательства?
– Мне любопытно, да.
– Насколько любопытно? – спросил Селган. – Насколько это важно для вас?
Понтер пожал плечами.
– Вы обвиняли меня в узости кругозора. Но это не так. Если в этой нелепой теории есть хоть крупица правды, я хотел бы это знать.
– Зачем?
– Просто любопытно.
– И всё? – спросил Селган.
– Конечно, – ответил Понтер. – Конечно.
* * *
В полицейском участке сержант оглядел Понтера с ног до головы.
– Если кому-то из вас, неандертальцев, нужна работа, – сказал он, – то мы бы с радостью наняли сотню-другую.
Они находились в штаб-квартире 31-го участка на Норфинч-драйв, всего в паре кварталов от Йоркского университета.
Понтер смущённо улыбнулся, Мэри засмеялась. Полицейский и правда выглядел очень крепким, пожалуй, крепче любого мужчины вида Homo sapiens, с которым Мэри была знакома, но не было никаких сомнений, на кого бы сделали ставки в случае схватки.
– Итак, мэм, чем могу помочь?
– На прошлой неделе в кампусе Йоркского было изнасилование, – сказала Мэри. – Об этом писали в «Экскалибуре», университетской газете, так что, я полагаю, его зарегистрировали здесь у вас.
– Это, скорее всего, отдел детектива Хоббса, – сказал сержант. Потом крикнул кому-то ещё: – Эй, Джонни, глянь там, Хоббс у себя?
Джонни крикнул в ответ, что у себя, и через некоторое время появился полицейский в штатском – рыжеволосый светлокожий мужчина лет тридцати.
– Чего надо? – спросил он, а потом, осознав, кто такой Понтер: – Вот это да!
Понтер изобразил улыбку.
– Эта женщина хочет поговорить с вами насчёт изнасилования в Йоркском на прошлой неделе.
Хоббс жестом пригласил их пройти дальше по коридору.
– Сюда, – сказал он. Мэри с Понтером проследовали за ним в маленькую комнату для допросов, освещённую флуоресцентными панелями под потолком. – Погодите секунду – сейчас найду
