как армия утопленников?
От шока он даже разговаривать начал в несвойственной себе пафосно-книжной манере.
— Ясное дело, — согласился Фил, — а иначе зачем им туда прыгать? Видно, штаб там их, или что бывает у зомби…
— Может, ещё корабли-призраки приплывут…
— Хреновы дела наши, — подытожил Фил, а потом хлопнул себя по лбу: — ты видео снял? Или хотя бы фото?
— Вот чёрт! И на этот раз облажались! Опять никто не поверит!
— Нет, братюня, наш путь — выживание!
* * *
Я вернулся к столику с безмятежной улыбкой, которая обманула всех, кроме Ольги.
Она решительно вцепилась мне в руку и тихо спросила, что я сделал. И, похоже, не собиралась отпускать, пока я не отвечу.
Лара с Аланом уже тоже вернулись с танцпола, так что блондинка вновь швыряла в мою внучку огненные взгляды.
— Всё в порядке, Ольга, — с улыбкой ответил я. — Хоффман нас больше не побеспокоит.
По её лицу прошла тень, но расспрашивать подробности при остальных она уже не стала.
Прохор, услышав это, тоже лишь удивлённо поднял бровь, но промолчал.
Я же вернулся к своему виски и продолжил отдых. Мне и моим людям не о чем беспокоиться. Я обо всём позаботился. Раз в этом времени никто не верит в зомби, то и любое расследование зайдёт в тупик. Тем более, что род Хоффман появился во время моего тысячелетнего отдыха.
Сомневаюсь, что они что-то знают о Рихтерах.
В общем, день выдался плодотворным, а вечер приятным, и прерывать его из-за такого пустяка я не спешил.
Когда я озадачился проблемой, как устранить Хоффмана максимально незаметно, вспомнил забавную историю про своего старого знакомого виконта Кристи.
Когда бы я его не встретил, он постоянно был озабочен вопросами алиби. Этот кобель никак не мог приструнить свои желания и вечно бегал налево, а потом искал способы предоставить своей жене достаточно доказательств, что он вовсе ей не изменял.
Но Агата, так звали его супругу, к его несчастью, дурой не была. А потому постоянно ловила его на горячем. Более того, её дар значительно превосходил способности Кристи. Так что он регулярно нарывался на хорошую такую выволочку.
Но никогда не сдавался. Слабоумие и Отвага.
Чтобы успокоить Ольгу я рассказал эту историю, и она, кажется, сообразила, к чему я повторяю слово «алиби». После этого её отпустило, и она снова расслабилась.
А вот обрадовалась рассказу более всего Лара. Хотя, похоже, она была от природы смешливой. С тем же успехом я мог просто показывать ей палец, чтобы девица заливисто и от души хохотала.
Прохор же целый вечер решительно пытался меня споить. Раз за разом он подливал мне виски, на что я охотно отвечал, предлагая выпить вместе.
Но, если я легко контролировал уровень алкоголя в крови и всего лишь поддерживал настроение на отметке приятной расслабленности, Прохору ничего не оставалось, кроме как неминуемо скатываться в хмельной угар.
В итоге он так и задремал, уронив голову на сложенные руки. Его подчинённые из «Чистилища» забрали его с собой, выступив буквально в качестве грузчиков.
И даже извинились перед нами с Ольгой, сказав, что никогда до этого не видели Прохора настолько пьяным. Более того, они были уверены, что его вообще невозможно споить.
Я бы мог облегчить ему завтра похмельные муки, но намеренно не стал это делать. Наоборот, думаю, это будет хороший урок для Калинина. Если противник не по зубам, нужно уметь вовремя остановиться.
Случайной жертвой алкогольного марафона Прохора стала и Лара. Девушка оказалась даже крепче владельца «Чистилища», поскольку ещё ворочала языком и пыталась стоять на ногах. И даже отчаянно порывалась «тусить» дальше.
Пришлось нам с Ольгой отвезти её и сгрузить дома, как бы упорно блондинка за меня не цеплялась.
— Всё понятно, — пробормотала она напоследок, — родственница… так я и поверила…
Расстраивать девушку не хотелось. Так что я просто применил на ней свою магию расслабления. Пусть лучше выспится. Завтра в офисе она мне нужна свежей и работящей.
* * *
Утро у Эмре Демира началось с долгожданного доклада Али.
— Ну, что ты выяснил? — поторопил он его, не скрывая заинтересованности.
Он даже отменил важную встречу, когда узнал, что Али, наконец, готов ему что-то рассказать.
— Не так много, — раздался разочаровывающий ответ, — откуда он взялся, пока не ясно. Но сейчас живёт в доме лекаря Ольги Рихтер.
Эмре кивнул.
— Продолжай. Или это всё?
— Нет. Мои ребята заметили ещё кое-что странное. Возле их дома стоят целых две машины рода Веласко. Как они с ним связаны, я ещё не выяснил. У самих Веласко, по понятным причинам, интересоваться не стал.
— Правильно, — одобрительно качнул головой глава клана Демир, — незачем давать им повод в ответ совать свой нос в наши дела.
— И есть ещё кое-что. Гораздо более тревожное. Вчера ночью Герман Хоффман и трое его друзей вышли из ночного клуба и дружно утопились. Сразу же. Без видимых причин.
— Подробности? — поднял бровь Эмре.
— Их видели выходящими из клуба и идущими к морю. Они выглядели пьяными, но никто их не принуждал.
— А что же Рихтер? — уточнил старший Демир. — Дай угадаю, он тоже в тот вечер был в клубе?
— Именно так, — коротко подтвердил Али, — но насколько мне известно, они не общались. Хотя записи с камер я получить не смог. Клуб принадлежит Крамерам, так что…
Эмре отмахнулся. С Крамерами они никогда не ладили. Вечные их конкуренты в индустрии торговли и развлечений. Поэтому никаких других объяснений ему не требовалось.
— Значит, это всё-таки его рук дело, — подытожил он.
Али не сдержал удивления.
— Да кто он такой вообще?
Эмре задумался, тяжело вздохнул, но всё-таки ответил:
—
