маг вновь кинул в него сгустком. Эдвин отклонил его малым щитом.
— Не для этого, — Эдвин подготовил водяную плеть в левой руке и заканчивал иглу в правой.
Плеть полетела в район головы мага, тот не стал придумывать что-то новое и вновь плюхнулся вниз, куда Эдвин тут же отправил иглу. Темный успел создать какой-то щит, который смог замедлить заклинание Эдвина, но не остановить полностью. Впрочем, темному хватило этого, и игла не нанесла никаких повреждений.
Эдвин начал закидывать темного мага водяными плетями и постепенно подходил все ближе. Когда дистанция позволила, он перешел на ножи, которые создавались еще быстрее. Темный маг не успевал контратаковать, все его небольшие оставшиеся силы и энергия уходили на защиту. Вблизи Эдвин продолжил кидать в темного ножи только с одной руки, в правой же начал создавать иглу. Темный не справлялся с постоянной защитой, и она регулярно пропадала. Скорость у него была на уровне, поэтому он тут же ее восстанавливал, но промежуток в долю секунды он был без защиты. Эдвин собирался воспользоваться этим.
Все получилось с первой попытки, защита моргнула и пропала. Эдвин послал иглу в темного, защита вновь появилась, но игла уже пробила горло его соперника. Атаковать и защищаться, когда у тебя в горле торчит ледяная игла, сложно, и участь темного была предрешена. Он упал на колени и схватился руками за горло в попытках остановить кровь.
— Зачем? — прохрипел он.
Эдвин подошел поближе и вгляделся в него. Молодой парень, чуть старше его самого.
— Затем, что ты не просто так тут скрываешься, верно?
Внезапно из-под земли появился тонкий шип и пробил темного мага насквозь.
— Это не дуэль, — раздался голос графа из-за спины. Эдвин не видел его уже почти сутки, но был готов поспорить, что еще недавно у него за спиной никого не было. — Вы не заметили, но он готовил смертельный удар для вас. Крайне неприятно качество некоторых людей заключается в том, что, умирая, они могут вложить всю оставшуюся энергию и свою жизненную силу в последнее заклинание. Вы еще не настолько сильны, чтобы выдержать такой удар.
— Спасибо, — Эдвин осознал, что находился на грани, и если бы не помощь графа, то сейчас бы здесь остывало два тела.
— В остальном вы действовали неплохо, — сдержанно похвалил его вампир. — Меня смущает ваш ограниченный арсенал заклинаний, и этим мы займемся в ближайшие дни. Сейчас же предлагаю пройти внутрь и поесть. Вам следует отдохнуть.
Внутри хутор был… обычным хутором. Такие можно увидеть в империи. Было странно смотреть на быт темных магов, потому что он ничем не отличался от крестьянского быта.
Граф прошел на кухню и порылся в запасах темных магов. Нашел мясо и овощи и приступил к готовке ужина.
— Вам бы умыться перед едой, — посоветовал он Эдвину. — Впрочем, пока это может потерпеть. Я хотел бы услышать от вас полный рассказ о последних сутках. Начиная с момента, когда я вас оставил.
Эдвин откинулся на лавку и принялся вспоминать:
— Что же, когда вы ушли, я отправился на разведку к хутору…
Глава 24
Путешествие к хутору Эдвин запомнил слабо. К его окончанию он был измотан, у него болели все мышцы, включая те, о которых маг даже не подозревал. Когда они прибыли на место, граф снял его с лошади и устроил возле дерева. Эдвин не был даже уверен — заснул он или банальным образом потерял сознание.
— Скорее всего, потеряли сознание, — прервал рассказ мага граф. — Я на вас случайно наступил, но вы не отреагировали.
Ближе к вечеру Эдвин пришел в себя, и самочувствие стало намного лучше. Мышцы еще болели, но молодой организм быстро восстанавливался.
— Мы приехали, — сказал ему граф. — Хутор недалеко отсюда, направление и ориентиры дам, когда вы будете готовы отправляться. Можно услышать ваш план?
— Ну… Я думал прежде всего начать с…
— Отличный план! — прервал его граф. — Я в восторге! Видите то высокое дерево? Это ваше направление. Через полчаса ходьбы вы наткнетесь на небольшую речушку. За ней лес немного поредеет, и вы легко наткнетесь на поляну с хутором. Не заблудитесь.
— Мне бы вашу уверенность, — Эдвин полез в сумку за едой. — Не думаю, что ночью кто-то из них будет ходить по лесу, а значит куковать мне в разведке до утра. Это не мой вариант, так что я лучше к утру и отправлюсь.
— Разумно, — согласился граф. — Тогда на часть ночи я составлю вам компанию.
Эдвин перекусил и устроился полулежа в спальнике. Так ему и тепло было, и риск заснуть во время разговора стремился к нулю.
— Расскажете что-нибудь про эльфов? — спросил молодой маг.
— Вам разве не следует оттачивать детали вашего безупречного плана? — усмехнулся граф.
— Я на фоне рассказа буду этим заниматься, — ответил Эдвин и добавил. — Все равно многие детали надо будет после разведки менять. Я же не знаю, кто куда ходит и чем занимается. Вдруг они все четверо сидят взаперти и выходят только на огороде поработать?
— Хм, — пришла в голову мысль Эдвину. — Может, поджечь хутор, пока они спят?
— А вы уверены, что они не потушат пожар в зародыше? — усомнился граф. — А потом одной дружной и злой группой выйдут узнать, кто это такой смелый им дом спалить решил.
— Поджечь и убежать?
— Тот же вопрос, — возразил граф. — Кроме того, вы не сможете наверняка знать, что дом быстро загорится, а вы, к сожалению, не маг огня. Вдобавок, я попросил бы вас не сжигать хутор, он может пригодиться.
— Чем?
— Не вам, — пояснил граф. — Мне.
— Тогда вернемся к эльфам, — вспомнил Эдвин начало разговора. — Расскажите о войне с ними.
— Война с эльфами… — граф замолчал, вспоминая. — Страшная вещь на самом деле. Я был свидетелем многих войн, но война с эльфами была моей первой. К тому же, там я участвовал напрямую как воин со стороны империи. Мне не повезло оказаться на войне в тот момент, когда эльфы поняли, что скоро все закончится. Знаете, почему армии сдаются, а в войнах заключается мир?
— Потому что дальше одной из сторон сражаться не хватает сил?
— Не совсем так, но пойдет, — произнес вампир. — Страна сдается, выплачивает контрибуцию победившим, расстается с частью земель, и всем, что вынесет армия победителей с собой, но уже через десять-двадцать лет, все вновь сытые и довольные. Тогда было по-другому: эльфы поняли, что проигрывают, и империя однозначно дала им понять, что пощады не будет, и война идет на истребление. Вот тогда стало тяжело. Тяжело сражаться с воинами, которые не надеялись выжить и ставили своей целью нанести максимальный ущерб силам врага за оставшуюся жизнь. Нелегко видеть, как добивают
