спины Саргона, наклонился к нему. Сухая и жилистая ладонь вцепилась в волосы, подняла голову мальчишки на уровень глаз Гвардейца
— Запомни меня, сопляк: ханьцзяни (предатели/враги народа) всегда — одноразовый мусор. Алчные отродья, голодные духи в человеческом теле, жадные до денег. Они не могут отличить блеск истинных ценностей от цветастой мишуры, которую мы под видом денег сжигаем ради своих мертвецов. Поэтому все ханьцзяни мертвы. Свою задачу они выполнили, а дальнейшее существование таких отбросов не несло для сумеречных тварей никакой пользы.
— Этот недостойный просит позволения гунцзы уточнить задание, — Подал голос Акургаль.
— Позволяю. Говори.
— То есть, нашему отряду надо разрушить само сооружение, Чжэнь лао сянь-шен? Но почему именно мы? — Десятник аж сжался в ожидании удара, но его не последовало. Ксин лишь прикрыл веки. Он смирился с тем, что своим подопечным приходится все разжевывать.
По крайней мере, они не бегут впереди собственного визга выполнять поручение, которое даже не поняли. И творят на порядок меньше глупостей, чем любые другие группы в Форте. Особенно, если сравнивать с Лагерем новобранцев или теми сумасшедшими дикарями из Отряда Сороки.
— Нет, ничего подобного. Разрушить его полностью таким слизнякам, как вы, все равно не под силу. Задача Первого Отряда — проковырять хоть какие-то дырки в толстых стенах, проникнуть внутрь, а затем найти… Хм. Артефакты, то есть предметы, похожие на веретено или украшенные бревна не из дерева. Они отвечают за сбор энергии. Их может быть как несколько, так и одно.
Остальная часть фортификации создана лишь для удержания и ровного изливания Ци в пространство, а также для защиты. Поэтому я сам и не могу применять силу и вынужден поручать такое ответственное дело всякому сброду из мелких преступников. Моя Ци слишком сильная.
При мощной атаке все артефакты внутри могут разом выйти из строя, а стены лишь усилят эффект, направят энергию ровно вниз. Тогда о Старой Насыпи точно можно будет забыть. С другой стороны, никто из вас еще не достиг и низшей ступени культиватора. Даже криво слепленная предателями демоническая мазанка не считает вас за противников, — Усмехнулся он напоследок.
"Ага, то есть мы ищем нечто вроде батареек. Занятно. Значит, не слишком большой, но все равно габаритный предмет, при этом фонящий демонической Ци. Интересно. Я бы даже сказал: просто прекрасно! Главное, чтобы такого добра внутри оказалось больше одного", — Подумал воодушевленный Саргон, пока осторожно поднимался на колени, отряхивал одежду и соскабливал впившиеся в лицо и руки куски глины с осколками кирпичей.
Новобранцы построились в ряд, дружно поклонились своему куратору, после чего принялись недоуменно переглядываться. Особых идей, как пробиться сквозь толстые глиняные стены, ни у кого не имелось.
* * *
— Итак, вы наверняка подумали, что тем самым важным профессионалом является Айра. Ну, исходя из логики повествования. Каюсь, я сам невольно ввел вас в заблуждение, — Саргон подмигнул пространству перед ним, а затем загадочно улыбнулся жестом престарелого грешника, вспоминающего былые деньки. Так мог ухмыляться старый Казанова в танце с механической куклой или повидавший жизнь Чичиков, не сожги его автор в огне второго тома.
— Да чтоб меня Апладад на гончарном кругу окрутил! — Выругался Камей, когда почти вплотную к нему взорвался огненный заряд.
Несколько таких метеоров медленно, будто осветительная ракета, планировали с неба. Прекрасное зрелище, оно не уступало Новогодним салютам ни старого ни нового мира Саргона. Вот только снаряды все же падали на землю, а не тихо осыпались смесью из золы, порохового дыма и новогодней сказки. Взрыв от столкновения метеоритов с землей выходил громче и разрушительнее обезвреженных недавно мин.
Вспышка на мгновение озарила все окрестности, грохот ударил по барабанным перепонкам, ударная волна сметала на своем пути остатки зданий, поднимала в небо кучи строительного мусора и глиняной пыли.
Камея с воплем отбросило в сторону. Бывший бандит едва успел закрыть собой тело соратника, но удержать в хватке уже не сумел. Ухмыляющийся Саргон полетел из его ослабевшей хватки в грязь. Рот попаданца тут же наполнила мерзкая жижа от прошедшего дождя пополам с кусками штукатурки, битыми кирпичами и другим мусором. В горло уперся острый осколок чертодрева, но не смог пробить тонкую пленку защитной Ци.
— Эй, ты там живой?
— Да что мне сделается… Где Саргон?!
Камей вовсю перекрикивался с кем-то на заднем фоне, а также в ярости рвал голыми руками снующих вокруг него мелких демонов. Из-за яркой вспышки они успели заметить небольшую группу людей на поле боя, перевести внимание на них, после чего напасть. Благо, сами по себе крылатые смески бесов с попугаями не представляли серьезной угрозы. Поэтому гибли пачками. Кислотный ихор из летучих тел щедро выплескивался в окружающее пространство, прибавлял к запаху гари, серы, крови и пыли некую аммиачную перчинку.
Попаданец проигнорировал бой своего защитника, не заметил собственной передислокации или телесных неудобств. Он так и продолжил рассказ с набитым мусором ртом, острым сколом у горла и неестественно вывернутой рукой.
Твердые осколки ранили его небо и язык, пыль забилась в глаза, носоглотка почти не дышала из-за липкой кашеобразной массы во рту. Слова становились все менее внятными, стали перебиваться бульканьем и горловыми звуками подступающей рвоты. Однако ничего из этого никак не остановило Саргона от собственного монолога. Персонаж должен марать бумагу вне зависимости от своего состояния. Некоторых героев сёненов от такого издевательства не спасает ни смерть, ни увечье, ни середина напряженного боя.
— …Спешу вас огорчить, дамы и господа, это совсем не так. В начале я вообще не планировал брать с собой Айру. И даже сейчас, с высоты своего послезнания, я не могу с точностью утверждать, было ли ее включение в команду ошибкой или невероятной удачей.
О, она раскрыла себя с совершенно другой стороны. Слишком много переменных, которые я не учел. Тьма Диюй, наша связь, ее пророчество насчет времени сумерек, неизвестный ритуал, чьи последствия все еще ждали подходящих условий. Плюс прорва скопленой энергии порчи и демонические эманации. Чудовищный по своей непредсказуемости коктейль.
Словно дом с привидениями в который принесли кусок урана с работы. Как будто Фродо открыл мануфактуру по производству колец, Саруман с Гендальфом на самом деле играли в веселую ферму, или Гумберта Гумберта взяли работать директором в детский дом.
Но не стоит винить во всем бедняжку: моя милая элами сделала все, что смогла. Жаль, требовалось от нее совершенно противоположное. Слишком много не к месту возникшего самобичевания. Тьма внутренняя и тьма внешняя провели между собой мост вопреки всем стараниям. Какая нелепость!
Данко нес свое сердце людям, но споткнулся и
