свое время очень помогла ему. За исключением того, что «Беги Лола, беги» случайно подтолкнула кинофестиваль «Сандэнс» к быстрому развитию, сам Саймон сделал не так уж много, чтобы отплатить другой стороне. Если посчитать, он действительно был должен Редфорду за некоторые услуги с самого начала.
После нескольких слов непринужденной беседы Редфорд сдержал серьезное выражение лица и слегка понизил голос: «Саймон, есть еще кое-что, о чем Майкл хотел бы поговорить с тобой лично, ты свободен завтра?».
Майкл, которого имел в виду Редфорд, естественно, президент CAA Майкл Овиц.
Учитывая неожиданный кассовый успех «Человека дождя» в эти дни, положение CAA в этом триумфе стало очень неловким. Более того, CAA уже должна была почувствовать, что «Дейенерис» находится в состоянии полного отказа от его артистов.
Например, только на сегодняшний прием, кроме нескольких человек, таких как Редфорд, с которым они работали, «Дейенерис» не пригласила ни одного другого представителя CAA. На вечеринке было много громких имен, практически все из которых, очевидно, принадлежат таким агентствам, как WMA и ICM.
«Дейенерис» и CAA никогда публично не разрывали отношения друг с другом, и те несколько раз, когда Саймон и Овиц встречались, можно было даже назвать приятными. Однако после серии скандалов с «Человеком Дождя» серьёзный разрыв между двумя сторонами хорошо заметен.
Причина, по которой Овиц попросил Редфорда помочь передать послание на этот раз, вероятно, заключалась в том, что он считал, что его личный подход к этой стороне, вероятно, будет отвергнут Саймоном. Если бы Овиц смог отговорить Барри Левинсона и других от их скандальных заявлений и поступков. Если бы CAA не делала все эти мелкие гадости перед выходом «Человека дождя», и если бы CAA не предъявило диких требований со стороны Мег Райан, возможно, у обеих сторон было бы пространство для маневра.
Теперь Саймон действительно отказался от другой стороны, и он чувствует, что ему не о чем договариваться с Овицем.
Что касается того, что это будет полный разрыв с CAA, Саймон не слишком обеспокоен. Сама природа агентства талантов уже диктует зависимость, а не господство над голливудскими продюсерами. По правде говоря, поскольку в последние годы CAA продолжает значительно раздувать стоимость студийных бюджетов на кино- и телепроекты, даже без этого инцидента «Дейенерис» и CAA были обречены столкнуться лицом к лицу из-за конфликта интересов.
Несмотря на добрую дружбу с Редфордом, Саймон не мог принципиально согласиться на его просьбу и с сожалением покачал головой: «Извини, Боб, но на завтра у меня уже все занято».
Не сдаваясь, Редфорд сказал: «Саймон, это всего лишь фильм, не говоря уже о том, что «Дейенерис» добилась успеха, нет необходимости, чтобы все были такими».
Из-за своей глубокой отрешенности от мира Саймон редко испытывал сильные эмоции по любому поводу, но в то же время он никогда не умел прощать. Как это возможно, чтобы один человек чуть не избил другого до рвоты кровью, нанося различные черные удары за его спиной, а затем пытался добиться примирения после этого с помощью «Тебе не нужно быть таким»?
Снова покачав головой, Саймон улыбнулся и сменил тему: «Боб, что ты планируешь сделать в своем следующем фильме, я с нетерпением жду его?».
Роберт Редфорд мог только внутренне вздыхать, видя, что у него ничего не получается. Хотя у него были дружеские отношения с Саймоном, он не чувствовал, что сможет сильно повлиять на молодого человека при нынешнем положении Саймона. Теперь, когда послание передано, Редфорд не стал тратить лишних слов.
/ Саундтрек из фильма «Метрополитен». Композитор Марк Суоццо
https://www.youtube.com/watch?v=dkNoysxdGL4
225. Такая маленькая
После оживленного обратного отсчета наступления Нового Года, праздничный прием начал затихать.
Было уже около часа ночи, когда Саймон проводил семью Джеймса Ребалда и вернулся на виллу, где в пустой гостиной официант наводил порядок; на заднем дворе должны были находиться еще несколько гостей, но Саймону не нужно было провожать их лично.
Спускаясь по лестнице на второй этаж, еще за пределами гостиной, Саймон услышал тихий смех Джанет.
Когда он вошел, четыре женщины, Джанет, Кэтрин, Эми и Нэнси Брилл, уютно устроились на диване в разных позах, о чем-то болтая, женщины держали в руках высокие бокалы, все они были явно опьянены, бледное лицо Джанет уже раскраснелось.
Подойдя к дивану Джанет и заняв место на подлокотнике, Саймон осторожно взял вино из рук женщины, чтобы она не выпила его, и, посмотрев на Эми, сказал: «Дамы, уже слишком поздно. Вы хотите продолжить?».
Эми подняла запястье, чтобы посмотреть на часы, а затем сделала удивленный взгляд: «Сейчас час двадцать пять, Саймон, ты не видел Клиффа?».
Клифф был новым парнем Эми и был представлен как владелец французского ресторана в районе Брентвуда.
«Ресторан «Belle vie» 11916 Wilshire Blvd. Возможно его владелец ухаживал за Эми Паскаль в 1988-1989гг»
Саймон задумался на мгновение и сказал: «Он должен быть на задней лужайке».
«Тогда мне пора», - Эми поставила высокий бокал в руке на журнальный столик перед собой и облокотилась на подлокотник дивана, слегка покачивая головой и улыбаясь Саймону, - «Босс, я завтра опоздаю на работу, полагаю, это уважительная причина?»
Саймон улыбнулся и кивнул: «Конечно».
Завтрашний день, о котором говорила Эми, на самом деле был сегодня, поэтому Саймон, естественно, не воспринял бы такую мелочь всерьез.
Новый год должен был быть законным выходным днем в Соединенных Штатах, но Саймон завтра улетал в Австралию и должен был многое устроить до своего отъезда, по крайней мере, высшее руководство «Дейенерис» должно было и завтра присутствовать в офисе.
Когда Эми встала, остальные три женщины тоже встали.
Саймон обнял Джанет, которая мягко прижалась к нему, когда она встала, и его глаза случайно заметили Нэнси Брилл и не мог не сказать: «Она такая маленькая».
Оказалось, что Нэнси Брилл, которая только что свернулась калачиком на одноместном диване, сняла туфли на высоких каблуках.
Не заметив этого в прошлом, теперь, когда женщина стоит босиком на ковре, Саймон понял, что Нэнси Брилл не должна быть даже ростом 160 см, не говоря уже о Кэтрин, даже на фоне двух женщин, Джанет и Эми, рост которых был около 175 см, была значительно ниже. Однако изящный, зрелый шарм этой женщины очень соблазнительно сочетался с ее ростом.
Саймон сказал это, и три женщины, которые внезапно поняли это, также имели неожиданные выражения.
Нэнси Брилл, за которой наблюдали несколько человек, снова села как ни в чем не бывало, нашла сбоку свои 10-сантиметровые каблуки и надела их на ноги, бросила
