— Одна из них несла что-то светящееся. А потом эти же женщины вернулись с раненым мальчиком. Мальчиком, который, по словам целителя Торбара, имеет все признаки магического истощения после сильнейшего выброса силы.
Он наклонился вперёд, и я почувствовала исходящее от него напряжение.
— Госпожа Мей, что вы сделали? И главное — как?
— Я не понимаю, о чём вы, — попыталась я, но он покачал головой.
— Пожалуйста, не надо. Я не пришёл арестовывать вас. Если бы хотел, привёл бы стражу. Я пришёл… — он замялся, подбирая слова, — понять. Потому что то, что произошло, невозможно. По всем законам магии, которые я знаю, это просто невозможно.
В его голосе звучало что-то, чего я не ожидала. Не обвинение, не угроза. Что-то похожее на… восхищение? Или страх?
— Вы… — продолжил он, и я невольно вздрогнула от этого слова. — Ваша магия не оставляет следов. Я проверял этот дом и не нашёл ничего. А теперь вы каким-то образом останавливаете неконтролируемый магический пожар, с которым не справились опытные стихийные маги. Как?
Я глубоко вздохнула. Врать больше не имело смысла. Он знал. Может, не детали, но суть — определённо.
— Я создала устройство, — тихо сказала я. — Механизм, который поглощает эмоции, питающие неконтролируемую магию.
Брови Сорена взлетели вверх.
— Поглощает эмоции? — повторил он медленно, словно пробуя слова на вкус. — Вы хотите сказать, что создали механизм, который может взаимодействовать с человеческими чувствами? Это же…
— Невозможно? — я криво усмехнулась. — Как и магия без следов?
Он откинулся на спинку стула, и на его лице появилось выражение человека, чей мир только что перевернулся с ног на голову.
— Расскажите мне, — попросил он, и в голосе звучала не команда, а именно просьба. — Пожалуйста. Мне нужно понять.
И я рассказала. Не всё, конечно. Не про то, что я душа из другого мира. Но про «Гасителя», про принцип его работы, про трансформацию разрушительных эмоций в созидательные. Сорен слушал, не перебивая, иногда кивая или хмурясь, когда что-то было особенно сложным для понимания.
— Значит, птица в комнате моей племянницы… — начал он, когда я закончила.
— Сработала по тому же принципу, только спонтанно, — кивнула я. — Я создавала её как поющий механизм, но вложила в неё понимание утешения и заботы. Когда Пени коснулась птицы в состоянии эмоционального кризиса, механизм отреагировал.
— Невероятно, — выдохнул Сорен. — Вы понимаете, что это меняет? Всё меняет?
Он встал и начал ходить по залу, жестикулируя с воодушевлением учёного, сделавшего важное открытие.
— Последние два года ситуация со стихийной магией становится всё хуже. Не только у детей — у взрослых магов тоже участились случаи потери контроля. Пожары, наводнения, землетрясения, ураганы — всё чаще и разрушительнее. Королевский совет в панике. Некоторые советники предлагают… радикальные меры. Запретить обучение стихийной магии. Изолировать всех магов. Или хуже.
Он остановился и посмотрел на меня с выражением, которое я не могла прочесть.
— Но если ваша технология работает… Если можно создать устройства, которые помогают контролировать магические выбросы… Это может спасти королевство. Спасти тысячи жизней.
— Это не так просто, — возразила я. — «Гаситель» сработал один раз и теперь нуждается в восстановлении. Я не знаю, сколько раз его можно использовать. И создание каждого такого устройства требует времени, материалов, и… — я замялась, — особого подхода. Я не могу просто штамповать их, как булочки.
— Госпожа Мей, я пришёл сделать вам предложение.
Моё сердце снова забилось быстрее.
— Какое предложение?
— Официальный союз с Короной, — он наклонился вперёд, и его голос стал серьёзным, деловым. — Вы получаете полную защиту и иммунитет от преследования за техномагию. Официальное признание вашей деятельности как службы королевству. Финансирование для исследований и создания новых устройств. Доступ к любым материалам, которые вам нужны.
— В обмен на что? — спросила я, потому что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
— На вашу помощь в борьбе с магическими катастрофами. Создание устройств для контроля выбросов. Консультации по вопросам взаимодействия техномагии и стихийной магии.
Предложение было… ошеломляющим. Из преступницы, скрывающейся от закона, я могла превратиться в официального защитника королевства. Это решало все мои проблемы с законом. Но также накладывало обязательства, делало меня видимой, ставило под контроль властей.
— Мне нужно подумать, — сказала я после долгой паузы.
— Конечно, — кивнул Сорен. — Я понимаю, это серьёзное решение. Но времени не так много. Ситуация ухудшается с каждым днём. На прошлой неделе в столице…
Дверь харчевни распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. На пороге стоял Брокен из клана Чёрного Железа. Его изуродованное шрамами лицо было мрачнее грозовой тучи, а в руке он сжимал боевой молот — не церемониальный, а настоящий, с вмятинами и зазубринами от множества битв.
— Где оно? — прорычал он, не замечая Сорена, который сидел спиной к двери. — Где Сердце Голема, девчонка? Хватит игр! Клан требует то, что принадлежит нам по праву!
Я медленно поднялась, стараясь не показывать страха, хотя сердце заколотилось как бешеное.
— Я не знаю, о чём вы говорите, — сказала максимально спокойно.
— Не лги! — Брокен шагнул в зал, и половицы заскрипели под его тяжёлыми сапогами. — Твой отец работал для нас пятнадцать лет! Мы заказали Сердце, заплатили за него! Золотом, защитой, молчанием! И теперь, когда оно нам нужно больше всего, ты смеешь утверждать, что ничего не знаешь?
Он поднял молот, и я невольно отступила на шаг.
— Я предупреждал по-хорошему. Пытался быть терпеливым. Но терпение клана Чёрного Железа не безгранично. Если ты не отдашь Сердце добровольно, я…
— Вы что? — раздался спокойный голос, и Сорен поднялся со стула, медленно поворачиваясь к гному.
Брокен замер. Его глаза расширились от шока, молот дрогнул в руке. Даже без формы и знаков отличия, Сорена Пепельного невозможно было не узнать. Высокий рост, характерная осанка, и главное — глаза. Эти серебристо-серые глаза, холодные как зимнее небо, известные каждому, кто хоть раз слышал о магах-инквизиторах.
— Инквизитор, — выдохнул Брокен, и в его голосе смешались страх и ярость. — Что вы здесь делаете?
— Веду переговоры с госпожой Мей, — ответил Сорен, делая шаг вперёд. Движение было неспешным, но в нём чувствовалась скрытая угроза, как в поступи большой кошки. — А вы, судя по всему, угрожаете гражданке королевства. С оружием
