Муссолини одобрил намерение ОКВ использовать в Ливии только заградительный отряд. Оценивая общую ситуацию, Гитлер заявил, что столь ценное подразделение, коим является немецкая танковая дивизия, не должна направляться туда, где ее возможности не будут использованы полностью. С другой стороны, заградительный отряд может быть переброшен в Ливию значительно быстрее и начать действовать еще до начала жаркого сезона. Его танки и противотанковые орудия справятся в Ливии с любыми английскими танками. Хотя начало транспортировки было назначено на 15 февраля, снабженческий транспорт должен выйти в море намного раньше.
После изложения общей ситуации Гитлер пустился в длительные рассуждения о факторах, которые являются решающими для успеха в современной войне. Он подчеркнул важность основательной подготовки в области новой военной тактики, которая, особенно в танковых войсках, требует много времени и грамотных инструкторов. Также он указал на то, что ошеломляющий успех немецких танков в Западной кампании, в которой в основном использовались средние немецкие танки против значительно более тяжелых французских машин, был достигнут не столько благодаря высококлассной технике, сколько из-за применения новой тактики. Кроме того, он уделил большое внимание использованию мин в сухопутной войне, прежде всего как средства обороны против танков, и отметил необходимость более крупных сил ПВО с большим количеством боеприпасов.
Эти рассуждения были вызваны недавними заявлениями министра иностранных дел Риббентропа. Немецкий посол в Риме фон Макензен на основании беседы с тогдашним немецким военным атташе о ситуации на Средиземном море поднял вопрос об оказании немецкой стороной большего влияния на ведение войны итальянцами. Однако Гитлер, когда Риббентроп 9 января доложил ему об этом, отказался предпринять что-либо, способное задеть Муссолини и привести к нарушению доверия между руководителями двух государств, которое является связующим звеном оси. Ему представлялось возможным оказать влияние на ведение военных действий товарищами по союзу только тем, что он сам на совещании с дуче и высокопоставленными итальянскими военными укажет на преимущества немецкой подготовки, командования и методов ведения боевых действий. Впервые это произойдет 20 января. Он также поставит использование немецких войск на Итальянском театре военных действий в зависимость от определенных условий, касающихся их назначения и командования, как и при использовании заградительного отряда в Ливии. Ввиду полного отсутствия деликатности и непонимания человеческой природы он не осознавал того, что подобные поучения, столь близкие натуре Гитлера, будут другим по меньшей мере неприятны и уже только по этой причине не достигнут цели.
Надежда итальянского командования на то, что Тобрук еще какое-то время продержится, не оправдалась. 22 января он оказался в руках англичан. При этом в плен попали штаб итальянского XXII корпуса, 61-я дивизия и 700 человек экипажа артиллерийского учебного судна «Сан-Джор джо», переоборудованного в плавучую батарею и в конце концов взорванного, всего около 20 тысяч человек. Таким образом, все вооруженные силы, которые итальянцы вначале использовали для наступления на Египет, оказались уничтоженными. Уже 25 января начальник итальянского оперативного штаба генерал Гандин сообщил немецкому генералу в Риме, что британские моторизованные формирования подошли к итальянским позициям восточнее Дерны, а английские танки атаковали итальянскую танковую бригаду в районе Эль-Мехили, очевидно, с целью разгромить этот последний очаг обороны в Киренаике, обойдя его с юга. А учитывая существенное британское превосходство в танках и авиации, следует предвидеть утрату этой позиции.
Генерал фон Ринтелен в своем докладе в ОКВ по этому поводу написал, что быстрое падение Тобрука и ожидаемое в течение короткого времени взятие итальянских позиций в районе Дерны и Эль-Мехили отдает всю Керенаику в руки англичан раньше, чем ожидалось. Это означает, что существенно сократится время для подготовки обороны Триполитании. Там необходимо срочно создать немецкую противотанковую оборону, чтобы избежать потери всей западной части Ливии. Изменившейся ситуации больше не соответствовало предусмотренное ранее на 15 февраля начало транспортировки немецких войск в Африку. Кроме того, оборона Триполи, как ее представляют итальянцы, не соответствует интересам Германии. Скорее необходимо предотвратить удар противника с юга через пустыню Большого Сирта. Но это возможно только с использованием мощной обороны, на которую немецкий заградительный отряд в его предусмотренной в настоящее время структуре не способен.
Тем самым генерал фон Ринтелен подчеркнул мнение генерала фон Функа, который в своем первом после приезда в Рим донесении написал, что было бы разумно воздержаться от чисто оборонительных мероприятий итальянцев, которые не сулят успеха, и перейти к мощной активной обороне, объясняя это текущей ситуацией в Ливии и ее вероятным дальнейшим развитием. Но для этого недостаточно одного только немецкого заградительного отряда. Поэтому он предложил для укрепления итальянской обороны немедленно передать итальянцам противотанковые орудия без персонала и затем переправить в Ливию немецкое танковое подразделение, которое сможет путем активных действий подавить английские танки. Затем он предложил использовать немецкий штаб корпуса для единого руководства своими и итальянскими танковыми войсками, ибо только так можно оказать должное влияние на операции в Африке.
Так же пессимистично, как генерал Гандин, описал ситуацию в Ливии и начальник штаба итальянских военно-воздушных сил генерал Маттей в беседе с начальником штаба связи люфтваффе генералом фон Полем. Используемый в Африке 5-й итальянский воздушный флот, сказал он, в настоящее время располагает всего лишь 100 – 120 годными к эксплуатации машинами, поскольку только в течение последнего месяца было потеряно около 400 самолетов. Потери в личном составе тоже были очень тяжелыми. Например, истребительная авиация лишилась примерно трети своих экипажей. Оставшихся в распоряжении итальянского командования сил не хватало, чтобы наряду с непосредственной поддержкой итальянских сухопутных войск еще и атаковать тыловые коммуникации противника. Итальянские самолеты имели достаточный радиус действия, чтобы долететь до Тобрука, тем не менее воздушные налеты на этот важнейший пункт из-за вражеского превосходства в воздухе были невозможны без сопровождения. Британской воздушной базой оставалась линия Мерса-Матруха. Выдвинутые вперед аэродромы англичане использовали только как аэродромы взлета для небольших подразделений. Вместе с тем они использовали взятые итальянские аэродромы и возведенные в пустыне вспомогательные аэродромы, причем последним они подвозили только самый необходимый запас топлива и вскоре их покидали. В качестве пополнения 5-й воздушный флот мог в обозримой перспективе рассчитывать только на две истребительные группы и две группы пикирующих бомбардировщиков, за которыми как можно скорее должны были последовать остальные силы. Но до их прибытия ситуация в воздухе над Северной Африкой оставалась неблагоприятной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
