Читаем без скачивания Вместе вопреки (СИ) - Витина Элина

— Тимур сказал, что ты ему обещала поход в аквапарк.

— Да, мама, ты же обещала, — тут же подхватывает сын. — Мы ведь поедем? Марат говорит, что можно прямо сегодня.

— Я не уверена, что это хорошая идея, — пытаюсь улыбнуться сыну и стрельнуть предупреждающим взглядом в Марата одновременно. Судя по их лицам, выходит у меня не очень изящно.

— Мы обязательно сходим, но попозже. Сначала мне нужно уладить кое-какие дела.

— Но ты же обещала, — начинает канючить сын.

— Я помню, солнышко, — обнимаю его и пользуясь тем, что он не видит моего лица, делаю какие-то неимоверные знаки Марату, а затем шепчу: — Это небезопасно!

Хватит того, что нас и так постоянно сопровождают его люди. Как он себе представляет поход в аквапарк таким составом? Его охрана тоже будет кататься с горок с нами?

— Все под контролем, — шепчет Марат в ответ. — Вы будете в полной безопасности.

Я снова вздыхаю, но решаю не спорить. Хочется Марату устроить посмешище из своих людей и привлечь как можно больше внимания — это его проблемы. Не вижу смысла отказываться от своего обещания сыну, раз уж можно продлить момент счастья и беззаботности на дольше.

Каково же мое удивление, когда мы приезжаем в аквапарк и… я понимаю, что он абсолютно пуст. В выходной день. Нет, немного присмотревшись, я вижу, что кафе открыто и время от времени по огромной территории снует персонал, но факт остается фактом, мы единственные посетители.

— Ты арендовал все это для нас? — перевожу ошарашенный взгляд на Марата.

— Ну да, — пожимает плечами он. — Тимур еще вчера сказал, что вы планировали пойти в аквапарк на выходных.

— И ты…, — Господи, Скалаев, действительно, это сделал. Хотя, еще на моменте с настоящей тиарой для Арины я должна была понять, что он не скупится на подарки, но все-таки масштаб… впечатляет, да.

— И все горки для меня? — глаза сына хаотично скачут от одного бассейна к другому. — Без очереди?

— Все горки, соответствующие твоему возрасту, — уточняю строго.

— Но я ведь хорошо плаваю, — вздыхает сын. — Потапыч говорил, что я чемпион.

Не знаю сколько должно пройти времени, чтобы эти слова перестали отзываться во мне горькой печалью, но сейчас я вспоминаю как еще два года назад учила сына плавать в этом самом аквапарке и видя как он психует, когда у него не получается, посчитала, что это слишком рано. А затем в конце лета на озере он уже вполне неплохо держался на воде. Я тогда подумала, что это мои уроки дали такие запоздалые плоды, сейчас же понимаю, что скорее всего его учил плавать мой отец. Сколько еще таких сюрпризов меня ждет впереди? Как там говорят? Родители всегда оставляют в детях частичку себя. Так уж получилось, что во мне практически нет отца. В свое время я позаботилась, чтобы быть как можно менее похожей на него. Но уверена, в Тимуре я найду много чего, что будет напоминать мне о нем. И да, я до сих пор не знаю как к этому относиться.

Могу я на день побыть знаменитой Скарлетт О`Хара и “подумать об этом завтра”? Впрочем, уверена, что завтра плавно перерастет в послезавтра и не будет отпускать меня еще долгие годы.

Но сейчас, глядя как Тимур бомбочкой плюхается в бассейн, я громко визжу от волны брызг и всеми силами стараюсь отвести глаза от спины Марата, решившего присоединиться к сыну. Спины, на которой явно просматриваются следы прошлой ночи или если уж быть точнее — следы моих ногтей.

Глава 60

После такого активного дня Тимур впервые засыпает не дослушав сказку, я целую его спящую мордашку, обнимаю и выхожу из спальни. Не то чтобы я снова рассчитывала на прекрасное продолжение вечера, но после того как они дали мне поспать почти до обеда, сна сейчас ни в одном глазу.

В гостиной я нахожу Марата, перебирающего кучу бумаг и почему-то думаю о том, что у него, в отличие от меня, нормального сна не было уже несколько дней. По-хорошему, ему бы сегодня самому устроить релакс в джакузи, но с другой стороны… подозреваю, что выспаться ему это вряд ли поможет.

— Как успехи? — интересуюсь, присаживаясь рядом с ним на диван.

— Успехи были бы гораздо лучше, если бы Ковальский, наконец, очнулся и сам рассказал нам куда он успел вляпаться. Врачи говорят, что жизненные показатели в норме, подлатали они его, а он все отсыпается. Видимо, устал…

В этот момент у него звонит телефон и я с удивлением перевожу взгляд на часы. Полдесятого вечера. Для рабочих звонков поздновато. Марат отвечает на вызов и из динамика до меня доносится возбужденный женский голос.

У Скалаева, наверняка, до моего появления была какая-то личная жизнь, хотя бы та фифа с красными ногтями с благотворительного вечера. Так что, удивляться, в принципе, нечему. И тем не менее, когда Марат бросает краткое: “Я жду, приезжай”, у меня глаза лезут на лоб.

Он реально только что пригласил сюда одну из своих баб? Ладно я, но хоть бы сына постеснялся, что ли! Хотя… ну не мог же он?

Скалаев, словно почувствовав мой душевный раздрай, выходит из ступора и поясняет:

— Сейчас Альбина подъедет, мой бухгалтер. Они там кое-что нарыли по МиКрейт. Кажется, что-то важное.

Следующие полчаса мы проводим в нервном предвкушении. Неужели, наконец, какая-то зацепка? Сомневаюсь, что бухгалтер Марата выдаст нам имя того, кто так упорно пытается меня убить, но может, хотя бы покажет в каком направлении искать. Потому что сейчас у меня не то что подозреваемых, даже идей нет. Версия с Ковальским потерпела крах, когда он сам едва не стал жертвой, а других у меня так и не появилось.

Когда раздается звонок в дверь, я сама готова в обгон Марата бежать в холл, чтобы открыть, однако, когда я вижу гостью, невольно делаю несколько шагов назад.

Это та самая сексапильная блондинка из его офиса. Что ж, зря я удивлялась ночным визитам, уверена, у них это не редкость. Обидно только, что вряд ли она, действительно, принесла нам какую-то важную информацию, наверняка это был лишь предлог для того чтобы увидеть любимого босса.

— Знакомьтесь, Альбина — это Алиса, Алиса — Альбина, — галанто представляет нас Скалаев и даже бровью не ведет. А вот девушка, наоборот, кажется, смущается.

— Мы уже виделись, — не могу удержаться от язвительно взгляда. — В твоем офисе, ты забыл?

На секунду на его лице появляется задумчивость, а затем он как ни в чем ни бывало произносит:

— А, ты о том спектакле? Ну ты же сразу поняла, что ничего не было.

— О да, — парирую я, — а ты мне предложил любезно снять штаны для того чтобы продемонстрировать улики.

Не знаю почему я так завелась, я ведь еще тогда дала ему понять, что его спектакль не произвел на меня впечатления, но этот ночной визит… Ну не ревную же я, в самом деле! Или ревную?

— Ты что? — слегка заикаясь спрашивает Альбина. — Что именно ты там демонстрировать собрался, Марат Константинович?

Мне кажется, или ее голос сейчас звучит угрожающе?

— Я был в отчаянии, — ржет Марат и пытается увернуться от увесистой папки, которой эта дама пытается его огреть. — А все ты со своим: любая помощь, Марат… Я же твой друг.

Он настолько смешно передает ее интонацию и вкупе с тем, что Альбина все еще пытается дотянуться до него папкой, это вызывает во мне какую-то волну неконтролируемого смеха. Да, несмотря на то, что я тогда не поверила в их спектакль, сейчас я чувствую облегчение и поэтому, растягиваю губы в искренней улыбке, когда Альбина все-таки отвлекается от попыток убить своего босса и обращаясь ко мне, смущенно произносит: — Прошу прощения. И за офис, и за вот это, — трясет папкой.

— Прощаю, — киваю ей и на правах временной хозяйки предлагаю:

— Давайте я заварю чай.

— Если можно, мне кофе, — отвечает девушка, направляясь на кухню.

— Не поздновато для кофе? — интересуется Марат, засыпая зерна в кофемашину.

— Если учесть, что за последние двое суток я спала всего часа два и те — на клавиатуре, то не поздновато.