«Нейвал энд Милитари Рекорд» нисколько не покривила душой, сообщив, что «объявление о назначении вице-адмирала сэра Реджинальда Кастенса вторым флагманом на Флот Ла-Манша вызвало большое удивление» 42. В военно-морских кругах прекрасно знали, что Кастенс не жаловал Бересфорда, а последний вообще не переносил Кастенса. Фишер также был обо всем этом осведомлен и, по его собственному выражению, с «подлым коварством» непосредственно назначил Кастенса в подчинение Бересфорду. Однако первый морской лорд не мог предвидеть, что Кастенсу удасться легко обвести вокруг пальца своего нового шефа и заронить в его широкую, но не очень глубокую душу семена подозрения относительно реальных или вымышленных интриг, плетущихся против него в Адмиралтействе. В дальнейшем второй флагман никогда не упускал случая подтолкнуть первого к ссоре с Адмиралтейством, хотя Бересфорд и сам рвался в бой, не нуждаясь в подталкивании.
Другой важной фигурой в окружении Бересфорда стал будущий победитель при Фолклендах Доветон Фредерик Стэрди. «В военно-морских кругах естественно будет много спекуляций по поводу назначения лордом Чарльзом Бересфордом своим начальником штаба капитана 1-го ранга Фредерика Стэрди, который торопливо принял это предложение в стремлении побыстрее набрать требуемый стаж морской службы для получения адмиральского звания. В настоящее время имя капитана Стэрди стоит 22-м в служебном списке, но в наши дни быстрых продвижений не будет ошибкой предположить, что в скором времени этот офицер получит очередное звание» 43. Стэрди был начальником штаба Бересфорда на Средиземноморском флоте и в том же качестве перекочевал вместе со своим шефом на Флот Ла-Манша. Бересфорд принимал самое горячее участие в продвижении по службе своего любимца.
С апреля 1907 г. Бересфорд, в качестве командующего флотом Ла-Манша, начал политику открытого неподчинения приказам Адмиралтейства — случай беспрецедентный в истории британского флота. Он делал публичные заявления в самой грубой и бестактной форме о своем несогласии с политикой экономии и сокращения сил флота, со строительством дредноутов, передислокацией эскадр и т. д. Его мнение о Фишере («наш опасный лунатик») было доведено до всех офицеров флота. Особенно недоволен был, Бересфорд сокращением военно-морских сил, находившихся в его подчинении. Действительно, Фишер, создавая так называемый Отечественный флот, стремился, чтобы он не попал под командование Бересфорда. Бересфорд также был раздражен, что в Адмиралтействе отсутствовал детально разработанный стратегический план действий флота на случай возникновения войны. Первый морской лорд снабдил командующего лишь самыми общими рекомендациями на сей счёт.
Бересфорд решил воспользоваться этими обстоятельствами и надежде подорвать позиции Фишера в Адмиралтействе и при дворе. Адмирал направил лорду Кноллису письмо следующего содержания: «Я в высшей степени обеспокоен и встревожен полным отсутствием организации и подготовки флота к войне. Это опасно для государства, и если Германия предпримет неожиданное нападение на нас, она причинит огромные разрушения и, возможно, добьется победы. Мой предшественник имел 67 кораблей, хотя я не могу обнаружить плана, согласно которому они должны были действовать; я имею только 21, в настоящий момент—13. Отечественный флот — это самый большой блеф, какой когда-либо преподносили общественности... Это не подготовка к войне, а хаос и ад кромешный. Я готов сделать все от меня зависящее, чтобы помочь властям навести порядок» 44.
Летом 1906 г. Адмиралтейство под давлением правительства вынуждено было предпринять дальнейшие шаги в целях сокращения расходов на флот. В резерв перевели еще 7 эскадренных броненосцев с комплектом экипажей 3/5 от полного. В результате в составе Флота Ла-Манша осталось 14 эскадренных броненосцев вместо 17. Именно при таких обстоятельствах Фишер решил сформировать Отечественный флот. Ядро нового флота составили 7 эскадренных броненосцев и 4 броненосных крейсера, укомплектованных неполными экипажами. Таким образом, получился «отлично сбалансированный резервный флот в водах метрополии, базирующийся на Чатам и Дувр. Это будет дополнительная защита от атаки германского флота на случай, если Флот Ла-Манша первой линии будет находиться в дальнем крейсерстве» 45.
Картина, нарисованная Бересфордом, страдала большими преувеличениями. Корабли Отечественного флота в любую минуту могли быть укомплектованы полными экипажами и введены в состав соединений первой линии. Тогда в водах метрополии сразу оказался бы 21 современный эскадренный броненосец. Количество кораблей британского флота, уровень боевой подготовки экипажей и способность быстрой мобилизации при подавляющем превосходстве над германскими военно-морскими силами делали возможность нападения немцев в 1907г. маловероятной. Фишер был очень задет критикой со стороны Бересфорда и Стэрди. Первый морской лорд направил морскому министру Туидмауту меморандум, в котором давал объяснение сложившейся на флоте ситуации и требовал принять меры против Бересфорда и его сторонников.
Ответ морского министра Фишер получил 8 июля 1907 г. Лорд Туидмаугг с готовностью соглашался, что поведение Бересфорда достойно всяческого осуждения, но, по мнению морского министра, в этом деле была и другая сторона: «Я знаю, что он претенциозен, хвастлив и склонен к самовосхвалениям в своих речах, да и все осведомлены об этих его дурных качествах и никто лучше, чем вы, когда рекомендовали назначение его и сэра Реджинальда Кастенса... Но у лорда Чарльза есть и много хороших качеств. Он активен, полон задора и служебного рвения, он может выявлять и мобилизовывать способности, таланты и преданность, как офицеров, так и матросов, и люди, служащие под его началом, замечательны». В заключение морской министр добавил: «Я буду последним человеком в мире, который хоть на йоту поступится полномочиями Совета Адмиралтейства, но мне кажется, что мы иногда считаем свои взгляды безошибочными и не готовы прислушаться к мнениям тех, кто не согласен с нами, но дает нам также ценные идеи и информацию» 46.
Такая позиция морского министра самым негативным образом сказалась на дисциплине на флоте. Однако Туидмаут явно не желал предпринимать решительных шагов, чтобы поставить на место Бересфорда, и последний очень скоро это понял. Между тем морской министр мог бы довольно легко снизить остроту антагонизма между Фишером и Бересфордом. Достаточно было расширить полномочия Бересфорда, как командующего Флотом Ла-Манша, или, напротив, передать весь стратегический контроль Адмиралтейству. Но Туидмаут не сделал ни того, ни другого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
