закричать. Я стонала и была на грани того, чтобы сделать это, когда он прошептал:
— Не надо, не закрывай глаза.
Что-то в моей груди распахнулось, и огонь, сжигающий мое тело, завладел мной. Элайджа тоже почувствовал нашу связь. Это нереально. Боль и экстаз пересекли его лицо, когда он застонал.
— Ох, блядь, Хэдли.
Он продолжал медленно, едва двигаясь, кончать сразу после меня. Казалось, его оргазм длился так же долго, как и мой.
После этого, все еще находясь внутри, он поцеловал меня в челюсть.
— Ты идеальна. — Он поцеловал меня с другой стороны. — Ты устала?
И да, и в то же время нет, так как он был рядом, поэтому покачала головой.
— Лгунья. — смеясь сказал он. Я улыбнулась в ответ и пожала плечами. — К твоему сведению, обычно я выдерживаю дольше, но после того, как ты кончил мне на лицо и сжала мой член своей тугой киской, у меня не было ни единого шанса. — Я игриво закатила глаза, и он отстранился от меня, выбросил презерватив и обхватил мою спину, поменяв наши позиции, бросив меня на подушки, словно я была невесомой. Прежде чем опуститься на меня, он приложил немалые усилия чтобы сбросить свои джинсы. — Раз уж ты говоришь, что не хочешь спать, сделаю все, что в моих силах…
Элай заплакал, прервав его. Я села, и Элайджа придвинулся ко мне.
— Мы его разбудили? — тихо спросил он, на его лице было написано беспокойство.
Элайджа все еще был осторожен, когда дело касалось Элая. Он пугался и нервничал каждый раз, когда Элай плакал.
Поспешив в ванную, я быстро вымыла руки и схватила халат, висевший на двери. Элай успокоился, как только я взяла его на руки. В спальне я подключила к стене маленький ночник и прекрасно видела его круглые глаза. Я мысленно застонала. Он уже проснулся. Это была одна из редких ночей. В отличие от Люси в его возрасте, он спал большую часть ночи, но иногда не спал. Я пощупала его подгузник, он был сухим. Предложила ему грудь, но он не заинтересовался.
Да. Его глаза метались по затемненной комнате. Он был насторожен. На дверной проем упала тень, и я мельком взглянула на Элайджи в джинсах, все еще без рубашки.
— Он проснулся, — сказала я.
Элайджа улыбнулся и вошел, окинув взглядом мою комнату.
— Его мама очень шумная, — поддразнил он.
Я почувствовала, как мои раскрасневшиеся щеки стали еще краснее.
Я насмешливо хмыкнула, опускаясь на кровать вместе с Элаем.
— Он скоро окончательно проснется. Тебе, наверное, стоит отправиться домой.
Вместо того чтобы уйти, он сел рядом со мной.
— Ты ведь завтра работаешь?
Я кивнула.
— Я пойду переоденусь, пока вы, ребята, будете собираться.
Он погладил Элая по макушке. Мое сердце замерло. Я изучала лицо Элайджи. Он смотрел на Элая со спокойной улыбкой. Он не был раздражен и не ушел в ту же секунду, как Элай проснулся.
Он остался. Этот момент был реальным.
Осмелюсь ли я снова довериться своему сердцу?
Но как истинная мать я сказала:
— Тебе стоит помыть руки, — я посмотрела на его пальцы, — и у меня есть запасная зубная щетка в ванной.
Глава тридцатая
Элайджа
Я был в полной заднице.
Знаю, что был жалким беспомощным болваном, когда дело касалось Хэдли. И сейчас я был полным идиотом, который не сможет вернуться к тому, что было раньше. Прикасаться к Хэдли… Попробовать ее на вкус… Не могу поверить, что она позволила мне.
Хэдли и ее семья занимали все мои мысли. Все, чего я хотел, — быть рядом с ними.
Я не спал до двух часов, разговаривая и смеясь с Хэдли, пока она не задремала с Элаем между нами. Ее светлые волосы были распущены и рассыпались по подушке и покрывалу, она улыбалась Элаю разговаривая с ним и со мной. Я был заворожен еще больше, когда узнал, какова она на ощупь и на вкус. Как идеально ее тело лежало на мне и подо мной.
Я был без ума от нее, полностью предан ей, Люси и пухленькому комочку между нами.
Я не упускал из виду, как глаза Хэдли нервно поглядывали на дверь, прежде чем она наконец заснула. Она беспокоилась о том, что Люси проснется и увидит меня. Но я не позволил ее нервной энергетике отпугнуть меня. Я знал, во что ввязываюсь, и от этого хотел этого еще больше. Однажды Хэдли поймет, что я никуда не уйду, и надеюсь, перестанет прятать меня от Люси.
Я хотел не только Хэдли. Я хотел их всех троих.
Спустя несколько часов я проснулся от напряжения и судорог. Боясь задавить Элая, я не сдвинулся с места ни на сантиметр. Когда я смотрел на него, происходило что-то странное. Мой мир перевернулся, и я понял, чего мне не хватало.
Хэдли сонно вздохнула и посмотрела на часы на тумбочке, привлекая мое внимание. Было мило, как ее глаза моргали, когда она с нежным выражением смотрела на Элая. Затем они расширились, когда она поняла, что я все еще рядом.
Да… Я хотел больше таких моментов.
Оставив Люси и Элая у родителей и отвезя Хэдли на работу, я вернулся домой, и в голове у меня крутилась одна и та же мысль, пока не пришло время отправляться в салон.
Я хотел этого.
На работе я делал татуировки и шутил. Но все мои мысли были о Хэдли, о нас и обо всем, что было между нами.
Я хотел этого.
Я ушел из салона на час раньше, чтобы забрать Хэдли с работы. Когда я увидел ее, выходящей из здания в темно-сером спортивном костюме, мой мир перевернулся. Я потерял дар речи, когда ее взгляд остановился на мне. Она застенчиво подняла руку и помахала, чего никогда раньше не делала. Это означало, что она все еще нервничала в моем присутствии.
Пиздец. Я тоже нервничал.
Этот милый пучок на ее голове, не давал мне покоя. Я подумал о том, чтобы стянуть резинку и посмотреть, как ее шелковистые пряди рассыпаются по плечам, когда я наклоню ее и…
Я перегнулся через консоль и открыл пассажирскую дверь раньше нее.
— Привет.
Она слегка запыхалась, когда запрыгнула внутрь.
— Как тебе удалось стать еще красивее, чем когда я высадил тебя сегодня утром? — серьезно спросил я.
Она покраснела, пристегиваясь.
— Прекрати. У меня не было сил даже макияж сделать сегодня утром, я очень устала.
— Я немного расстроен, что это произошло не из-за меня.
Элай взял всю
