В чьи же руки он мог доверять управление Ордой? Никто из лидеров других фракций не подходил на эту должность. Возможно, Бэйн Кровавое Копыто, сын Вождя тауренов, еще бы подошел. Но Кэрн бы вряд ли одобрил это, ведь он готовил молодого таурена на свое место.
Тралл качал головой. Нет, он не сможет оставить Орду. Ведь первое, что произойдет, — из-за пустяка, как это обычно и бывает, развяжется война с Альянсом. Если некому будет сдерживать их, договариваться и посылать миротворцев, то конфликт перерастет в кровавую бойню. Этим двоим — Альянсу и Орде — только дай волю. Если Джайна так и не появится в Тераморе, то войну некому будет останавливать.
Азерот достаточно было лишить двух борцов за мир — Тралла и Джайны, — чтобы сдерживаемые обиды прорвали хрупкую дамбу мира. Возможно, не только они с Джайной должны думать о сохранении мира. Нужные новых герои, которые будут бороться за жизнь в измененном мире. Но что же будет потом? Спустя многие дни и ночи, когда война, наконец, прекратится, что к тому времени будет с Азеротом? Будет ли он пригоден для нового поколения, готового жить в мире без войн? Тралл сжал кулаки.
На рассвете пожар был затушен. Тралл наблюдал, как молодой Адский Крик руководит толпой, внимательно слушает жалобы граждан. Его губ коснулась холодная улыбка.
Ресурсы… Вот то, из-за чего вполне могла разгореться ожесточенная война.
Позже Гаррош появился за спиной Тралла.
— Вождь, — сказал он. — Я отправляюсь в Ясеневый лес на лесопилки.
— Нет, Гаррош. Стой.
Огромная пара клыков, твердые руки, уверенный голос. Горячая молодость и самоотверженность, безрассудность и импульсивность. Если бросать этому миру вызов, то в первую очередь этот вызов должен быть брошен ему, Гаррошу Адскому Крику. Он столько раз упрекал Вождя в бездействии и так смело критиковал его действия, что даже передай он власть кому-нибудь другому, этому кандидату пришлось бы несладко. Если этот мир нуждался в новых героях, которых жизнь должна научить ценить мир, то первым, кто откажется от войны, как от решения всех проблем, должен быть именно Гаррош.
Темнокожий орк не сводил хмурых глаз с Вождя.
— Лесопилки подождут, — сказал Тралл.
Решив, что Тралл снова идет ему наперекор, Гаррош зарычал.
— Огриммар сгорел дотла! Оркам нужны новые дома!
Тралл наблюдал за ним и только убеждался в своем выборе. Молодого орка ждала незавидная доля. Ему придется научиться идти на уступки, научиться взвешивать принимаемые решения, а не только критиковать их. Придется смириться с огромной ответственностью не только за себя, но и за всю Орду, за каждого ее гражданина. И если Азероту суждено пережить новую войну, Тралл действительно не в силах остановить ее. Так же, как он не смог бы остановить этого молодого орка от страстного желания убить человека, вставшего у него на пути.
— Жду тебя в Крепости Громмаш, — прервал он гневную тираду Гарроша. — Сначала ты выслушаешь меня, а потом уже сам решишь. Ехать тебе или нет.
Тралл сделал свой выбор.
Глава 35. Свидание
Ветер качал голые ветви деревьев, и они отбрасывали пугающие, длинные тени. Как только луна полностью вышла из-за туч, чернота ночи растворилась, и лес, лишившись теней, стал плоским, как на картинке. Вековые дубы леса Блэквальд росли полукругом, образуя небольшую поляну, на которую, то и дело оглядываясь по сторонам, вышел рослый мужчина. Серость ночи делала его фигуру одноцветной и безликой, и только волосы, насыщенно-медного цвета, оставались такими же яркими, как и днем.
— Лорна, — прошептал мужчина. — Не время играть в прятки. Лорна!
Тишина была ему ответом.
— Проклятье, Лорна! Стража хватится меня, если я буду отсутствовать при утреннем обходе.
Резкий порыв ветра пригнул к земле пышный куст сребролиста. Зверский холод пробрал мужчину до костей. Он был в одном камзоле, расшитом золотыми нитями, в котором и сбежал с королевского приема в эту ночную глушь. Его терпение заканчивалось.
— Будь проклят тот день, когда я согласился…
Подбитый мягким мехом плащ покрыл мужские плечи, и тихий смех раздался позади него.
— Что-то ты много говоришь о проклятиях, Лиам.
Девушка с легкостью спрыгнула с коня и, повязав поводья о ствол дуба, подошла вплотную к недовольному и хмурому мужчине.
— Что? — спросила она, обвив руками его плечи. — Все еще сердишься?
Лорна была невыносимо прекрасна. Особенно, при лунном свете и в его объятиях. Яркими бликами диск луны плясал в ее глазах, а лесная мгла делала ее волосы еще чернее прежнего. Тепло ее тела и привезенный ею плащ почти растопили его обиду.
— Нам пора встречаться в городе, — сказал Лиам. — Леса уже не безопасны.
— Я берегу твою репутацию, — с улыбкой ответила она.
— Лорна, твой отец…
— Ни слова о родственниках, — она прижала свой пальчик к его губам. — Я же просила.
Ее губы были так близко, а глаза так игриво блестели… Лиам сильнее обнял ее.
Ржание обезумевшей от страха лошади разорвало тишину. Второй конь, на котором приехала Лорна, заметался у дерева, вспенивая копытами землю. Глаза девушки наполнились ужасом, а Лиам, сжав зубы, процедил:
— Я говорил, пора думать о безопасности, а не репутации!
Луна в секунды спряталась за надвинувшимися тучами, и теперь даже друг друга они видели с трудом. Лиам, осторожно ступая ко второй лошади, влек за собой Лорну. Позади них раздалось злое, утробное рычание. Лиам запрыгнул в седло, подхватив на руки девушку. А шесть огромных, жаждущих крови волков ступили на поляну, окружив их. Конь встал на дыбы, и Лиам с трудом удержался в седле.
— Пошел! — пришпорил коня Лиам. — Вперед!
Но животное в ужасе крутилось на месте. Скалящие клыки волки прижимали уши и готовились к прыжку.
— Вперед!
Шпоры до крови впились в бока коня, и он, наконец, с истошным ржанием кинулся на волков. Чудовища обнажили клыки. Но конь грациозно перелетел их и помчался вперед, не разбирая дороги. Ветви хлестали наездников. Ветер завывал в ушах. На пружинистых мягких лапах стая бесшумно гналась за жертвой.
На окраине леса был небольшой овраг, на пригорок которого коню почти удалось взобраться. Но в последний момент его задние копыта неловко поскользнулись на сырой после дождя земле. В ожесточении, с удвоенной силой конь перебирал передними ногами, стараясь забраться наверх, но лишь сильнее втаптывался в грязь. Маститый волк, молнией оказавшись слева, одним движением оторвал заднюю ногу животного. Боль не сразу охватила обезумевшего коня. Некоторое время он все еще продолжал рывками взбираться на пригорок. Но еще два волка меньших размеров, выскочив справа, предрешили его участь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
