бокам, её грудь вздымалась и опускалась в последней мольбе о дыхании. Белла посмотрела в глаза своей подруги, когда они остекленели. Она надеялась увидеть в них мир. Вместо этого она увидела только злобу. В свои последние мгновения Роуз Петерсон, казалось, чувствовала только ненависть к женщинам Уитмен и ушла в смерть, пристально глядя в глаза девушки, которая была ей как сестра бóльшую часть её жизни, девушки, которая предала её, девушки, которая убила её.
Мёртвые взревели.
Заиграла праздничная, торжественная музыка, и сгнившие скелеты начали двигаться. Обри, хромая, отошла от них, и они с Беллой в ужасе наблюдали, как трупы поднимаются со своих мест. Их кости трещали и хрустели, спины сгибались, колени складывались. Они двигались вяло, годы пыли выпадали из их рукавов и штанин. Одна из женщин наклонила голову, и чёрная жидкость капала из её глазниц. Мертвец сломался пополам от усилий подняться, его туловище отвалилось от нижней части тела и ударилось об пол со звуком, похожим на треск связки ломающихся веток. Хотя они изо всех сил пытались это сделать, толпа устроила Белле овацию стоя. На сцене расцвёл тёплый свет, и рот Беллы открылся, когда она увидела, как Селеста, Саванна и Марни хлопают в ладоши и улыбаются тем, что осталось от их лиц. Обри прижалась к Белле и её матери, когда голос прогремел над криками мертвецов.
- Какое шоу! - сказала Мэдлин Голдман. - Я не колеблясь скажу, что это самый захватывающий конкурс на сегодняшний день!
Белла посмотрела на Обри.
- Ты можешь идти?
- У меня нет выбора, - сказала Обри.
Холли выплюнула комок крови и крошечные осколки зубов. Она начала восстанавливать равновесие и переместилась к Обри, поставив её в центр трио, чтобы Обри могла положить руки им на плечи.
- Н-не оглядывайся, - сказала мама Беллы, шепелявя от ран.
Обри вернула ей фонарик, и они побрели по театру так быстро, как только могли, Обри прыгала на одной ноге, чтобы не отставать.
- Шоу должно продолжаться, - весело сказал призрак. - Шоу должно продолжаться.
Зрители продолжали хвалить, когда трио достигло коридора, выходя из театра ужасов. Белле было больно просто оставить тело Роуз позади, но она ничего не могла сделать. Эта братская могила была единственным захоронением её подруги. Будет ли Роуз реанимирована, как другие? Станет ли она частью публики, её труп будет раздуваться и разжижаться на стуле из мусора, пока её плоть не отпадёт? Белла оплакивала не только потерянную жизнь Роуз, но и её брошенный дух. Теперь Роуз и другие были частью погребения. Они навсегда останутся вторыми в представлении из-за границ вечного сна. Белла могла поклясться, что никогда не забудет их и всегда будет чтить их память, но что хорошего в сентиментальности для проклятых?
28.
Видение Холли начало проясняться. Кружение в голове утихло, когда она и девочки шли по коридору. Облизывая язык, она поняла, что потеряла зубы и порезала губу. Нос пульсировал, вероятно, сломанный. Она задавалась вопросом, будет ли её лицо когда-нибудь выглядеть прежним, но потом сказала себе, что это неважно. Важно было только то, что у неё снова была дочь.
Щека Беллы была в синяках, а кровь засохла вокруг ноздрей, но с ней всё было в порядке. Холли слишком хорошо знала, как воспоминания об этом подземном аду будут мучить её дочь, но беспокойная жизнь лучше, чем вообще никакой. Белла была молода. Она могла бы оставить это в прошлом. Может быть, с помощью матери она сможет смириться с тем, что у неё не было выбора. Может быть, Белла тоже сможет помочь своей матери. Теперь у Холли был кто-то, кто понимал, кто знал, что она не сумасшедшая, что склеп не был выдуманным.
Но потом была эта другая девочка, которая хромала у них на руках. Что с ней? Как она сыграла в этом, и что нужно было сделать?
Девочка застонала, когда они проходили по неровному участку земли, и Холли направила на неё свой фонарик, впервые ясно увидев её. Холли закричала. Она отступила от девочки и схватила Беллу, оттащив её тоже. Хромающая девушка боролась на одной ноге, пока не опёрлась о стену.
- Что? - спросила Белла. - Что такое?
Белла попыталась вернуться к девушке, чтобы помочь ей, но Холли оттащила её назад. Она уставилась на девушку в недоумении, её рот пересох, как опилки.
- Бриджит... - прошептала Холли.
Её старая подруга снова была молода, выглядя почти так же, как и тогда, когда они вошли в это ужасное место так давно. Хотя Холли не видела Бриджит с тех пор, она никогда не могла забыть её лица. Эти волосы, настолько тёмные, что казались почти чёрными; эти кошачьи глаза; эту оливковую кожу. Хотя она не умерла в склепе, она каким-то образом вернулась сюда.
При звуке этого имени девушка нахмурилась, словно смутившись, что её опознали.
- Ты... ты только что назвала меня Бриджит?
Холли прижала Беллу к себе.
Её дочь посмотрела на неё в полном замешательстве.
- Мама?
- Держись от неё подальше, Белла.
"Бриджит" заковыляла.
- Ты думаешь, я...
- Я не знаю, чего ты хочешь, Бриджит, но не вмешивай в это мою дочь. То, что произошло тогда, было между тобой, мной и Фейт. Белла не имеет никакого отношения к нашему прошлому.
Глаза "Бриджит" расширились.
- Подожди секунду. Кто ты?
Холли напряглась. Возможно ли, что Бриджит не узнала её после всех этих лет? Нет, она должна знать, кто она такая. Зачем ещё Бриджит связалась с её дочерью? Её мстительный дух ухватился за возможность вторгнуться в жизнь Беллы. Холли не могла понять, как всё это произошло, но она определённо понимала почему. Она оставила Бриджит здесь умирать, а когда ей удалось сбежать, Холли позволила миру подумать, что Бриджит сошла с ума. Теперь старая подруга Холли намеревалась провести её дочь через тот же ад.
- Ты привела сюда девочек, не так ли? - спросила Холли. - Ты привела мою дочь и Роуз в эту пещеру. Ты хочешь отомстить мне? Ну, что ещё я должна была сделать, а? Я не хотела убивать тебя и Фейт, но, чёрт возьми, ты не можешь винить меня за то, что я пыталась спасти свою собственную жизнь.
Бриджит уставилась на неё своими смертоносными кошачьими глазами, её челюсть отвисла.
- О Боже... Ты Холли Кларк.
- Оставь мою дочь в покое, - сказала Холли.
- Я
