Иосиф Виссарионович Сталин — личность неоднозначная и весьма незаурядная, грамотный, начитанный, он обладал прекрасной памятью и уникальными способностями. Зная о научных исследованиях русских времен Российской империи, о гипотезах о прародителях цивилизации руссах (арьях), он вполне мог руками своих преданных сатрапов подтолкнуть немецких товарищей к новейшим исследованиям, в том числе на территории России (ныне уже известно о научных экспедициях нацистов в Сибирь, Крым и др.). Невиданное коварство, но они стоили друг друга — два величайших диктатора, два демиурга эпохи: Сталин и Гитлер.
Глава 21
РЕФОРМАТОР МАРТИН ЛЮТЕР —
НАЦИСТ ИЗ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ?
К числу героев приходится отнести и тех великих борцов на этом свете, кто, будучи не признан современниками, тем не менее, борется до конца за свои идеи и идеалы. Придет пора, и именно эти люди станут самыми дорогими людьми для своего народа…Тогда наступит время, когда человечество, полное благодарности и преклонения перед памятью своих героев, станет изучать великую работу этих деятелей день за днем, и образ этих великих людей будет светить всем страждущим, всем падающим духом.
Говоря это, мы имеем в виду, конечно, не только великих государственных деятелей, но и всех вообще великих реформаторов. Рядом с Фридрихом Великим приходится поставить тут и Мартина Лютера…
А. ГитлерДемократия, основы которой нам пытаются навязать как главную ценность современной общечеловеческой цивилизации, предполагает, что «любая истина самоценна и имеет право быть обнародована». Даже такая, которая признает религию… «орудием в руках изощренных и злобных умов, стремившихся к власти над людьми», «величайшей профанацией в истории человечества, которой надо положить конец». К примеру, известный журналист и писатель, уже упоминаемый Этьен Кассе додумался озвучить, что «Ветхий и Новый Заветы — словно две ступени лестницы, ведущей к мировому господству. Именно последнее было и остается целью тех, кто придумал и использовал христианство. Впрочем, это касается и других религий». Попытаемся же и мы отказаться от шаблонов, и если не сломать, то хотя бы максимально прогнуть привычные стереотипы, чтобы узреть, что же тайного прячется за ними.
И теоретики богословия, и православные священники отстаивают незыблемость священных текстов, исходя из того, что «Святое Писание потому и святое, что каждое его слово являет ниспосланный людям Божественный закон». Однако никто из них не ответит прямо на вопрос, отчего это «сын Божий» был десантирован Великим Отцом, скажем, не к аборигенам или чукчам, а прямо к «избранному народу», который и создал вероучение, «являющееся единственным путем к спасению». Возможно, это учение предназначалось только для самого «избранного народа», чтобы все другие народы, к которым он отправлялся «погостить», более не изгоняли «избранных» со своих территорий? Ведь если мы не согласимся с этой мыслью, то получится сообразная постулатам Библии явная нелепость, указанная современными авторами: гореть в аду из-за того, что они не познали Христа, предназначено не только аборигенам и чукчам, но и миллионам поколений тех, кто родился до Рождества Христова.
Но теоретики богословия и православные священники также не смогут ответить вам на резонный вопрос: в чем заключается спасение человечества, произошедшее посредством мученической казни на кресте? Логика здравомыслия подсказывает: коль богочеловек Христос пострадал за то, чтобы Бог простил людям грехи, то все мы уже безгрешны, и каяться и веровать нам вовсе не обязательно. Впрочем, для чего было спасать человечество таким способом, наказывая одного за всех, если само человечество и было создано Господом Богом, Отцом Всего сущего? Тут или Бог несовершенен, или мы все слишком недалекие…
Что же касается самого Иисуса Христа, то несмотря на то, что о его жизни повествует много источников, каноническими оказались лишь те, что вошли в библейское «Четвероевангелие», и которые описывают бродячего оратора и искусного лекаря, покорно идущего на казнь и принимающего мученическую смерть на кресте.
Предположим, что в давние времена на земле действительно проживал искомый Иисус, который не желал принимать того, что было вокруг, и пытался пылкими словами рассказать о творимых несправедливостях; кристаллизуя свое учение, он критиковал постулаты, предлагаемые Торой (Э. Кассе: «Как многие из вас уже знают, священная книга иудаизма Тора создавалась представителями еврейского народа ради совершенно определенных целей. Жрецы стремились дать людям такую религию, которая утверждала бы их превосходство над другими народами и давала бы четкий стимул к покорению всего мира.»; известно, что Тора практически целиком вошла в Ветхий Завет, а варварскими объявляли своих соседей и другие народы); изобличал священников как мздоимцев, обирающих неискушенную и глупую паству, и властвующих над людьми; критиковал языческих идолов и т. д., и т. п. В общем, нес в массы свет своей мудрости. Но прежде то же самое, — недовольство несправедливым мироустройством — выказывал отшельник Иоанн, он же Иоанн Предтеча. Встретившись с последним, Иисус укрепился в вере, после чего направился из местечка в местечко, из города в город, набирая своих сторонников и проповедуя. Вскоре слух о чудесном проповеднике-целителе распространился по всей Иудее. Дальнейшая история знакома всем от мала до велика.
Прознав о расправе, которую готовили над конкурентом и новоявленным мессией Иисусом церковные служители, тот является во дворец прокуратора Пилата, чтобы рассказать правителю о своей миссии. Все это выглядит слишком обыденно и знакомо каждому из землян, — когда обиженные на власть ходоки решались «справедливому правителю», «отцу народа» открыть глаза на бесчинства чиновников, обличали взяточников и фарисеев.
В какой-то момент проповедующего на улицах Иерусалима Иисуса «сдает» как бунтовщика Иуда, один из его учеников. И вскоре под давлением горожан Пилат принимает решение: Иисуса казнить. А после приводится в действие план (божественный? человеческий ли?) воскресить Христа, и объявить учение безвинно потерпевшего, пострадавшего за всех воскрешенного богочеловека государственной религией, — догмой, по которой стоит жить всем остальным поколениям людей.
Во все это можно было поверить бесповоротно, всем сердцем, если бы не знание, что Библия не единожды переписывалась и корректировалась. А. значит, ее постулаты подгонялись под конкретные задачи и конкретных лиц.
Прежде всего, стоит вспомнить, что католическая церковь длительное время запрещала перевод Библии с мертвой латыни на живые национальные языки. Значит, — уверяют современные исследователи, — церкви было что скрывать, ведь постулаты, рассказанные на родном языке, сразу станут понятны и высветят тайную суть, если ее вовремя не завуалировать. А еще церковники перестали бы «быть монополистами, владеющими священными знаниями».
Первым, кто открыто восстал против обманного совершенства шаблона, заключающегося в использовании мертвого языка, был немецкий юрист, философ и священнослужитель Мартин Лютер. Он интересен нам еще и тем, что спустя четыреста лет Адольф Гитлер возгордился деяниями Лютера, называя великого реформатора своим союзником; «Он видел евреев такими, какими мы только начинаем их видеть сегодня». Когда национал-социалисты 9—10 ноября 1938 года устроили погром, известный как «Хрустальная ночь», они заявили, что таким образом отмечали день рождения Лютера (10 ноября). К слову: на Нюрнбергском процессе нацистский пропагандист обергруппенфюрер СА Юлиус Штрейхер привел довод, что не говорил о евреях ничего хуже того, что уже давным-давно было сказано Лютером; он же назвал трибунал в Нюрнберге «триумфом мирового еврейства».
Мартина Лютера (1483–1546) известный публицист рабби Телушкин в своей книге-энциклопедии «Еврейский мир» назвал «ярчайшим примером человека, который любил евреев, но возненавидел их после того, как они отказались принять его идеологию». А бывшая преподавательница из Кишинева, ныне проживающая в Германии Грета Ионкис в статье «Реформатор Мартин Лютер и евреи» пишет: «Имя Мартина Лютера вызывает в еврейской среде однозначную реакцию: —
Юдофоб!…Но очень немногие знают, что приверженцы Римской церкви называли отца Реформации при жизни не иначе как «объевреившийся Лютер», а если не щадить чувств читателя и говорить без обиняков, то звали его — «пол-жида». (К слову: «объевреившимся» ученым и «белым евреем» в годы существования Третьего рейха будут называть Нобелевского лауреата 1932 года, выдающегося немецкого физика Вернера Гейзенберга.)
