Читаем без скачивания i 422a965560a818ed - Admin

   Пламя набросилось на ближайших жрецов, окутало их и начало жрать. Сухая шерсть их одеяний прекрасно горела. Каперед набрал в рот огненной жидкости и плюнул ею, словно мифическое чудовище. Сделал он это больше для острастки, чтобы смутить врагов.

   Так и получилось, облако огня вспыхнуло перед его лицом, опалило брови и рассеялось. Варвары в ужасе повалились на землю, закрывая голову от несущегося на них вихря. Остолбенели и воины, добравшиеся до каменного круга. Они видели, что творил чужестранец. В их разуме рождалась легенда.

   Ночь, рассеченная вспышками огня, сгустилась вокруг каменной плиты.

   Каперед бросился к ней, просунул руки под край и потянул в сторону. Шурша подобно змее крышка сдвинулась в сторону, открывая небольшое отверстие. В лицо ударил удушливый запах: тлен, мокрая шерсть, кровь.

   Это не остановило его. Каперед рывком сдвинул крышку и заглянул в яму. Со стороны до него доносились крики горящих людей, вой ужаса жрецов и боевые кличи воинов. Те явно собирались атаковать "колдуна".

   Внизу не пахло так, как опасался Каперед. Это не был тот мундус, что он видел в одном из храмов отчизны. Где умирают от удушья птицы и животные, где обреченные на смерть преступники сходят с ума от недостатка воздуха. В этой дыре просто воняло, это не смертельно.

   Каперед спрыгнул внутрь. Пусть варвары думают, что он на самом деле колдун и теперь отправился назад, к своим патронам.

   Крышку он не стал закрывать, отошел в сторону к дальней стене.

   Яма подземных богов была глубокой, покрытой слоем мертвечины. Здесь не было змей, не росли ядовитые грибы, и не пахло как от воды возле вулкана. Его жизни ничто не угрожает. Если варвары не наберутся смелости и не заглянут внутрь.

   Чтобы исключить эту возможность, Каперед заржал, сложив возле рта руки рупором. Он пытался сымитировать пьяный ржач Принцепса. Когда он слышал подобный гогот на пиру, по его спине неизменно пробегала дрожь. Возможно от того, что последний Принцепс крайне любил смотреть на кровавые забавы во время обжирания.

   Каперед прижался к стене ямы и затаил дыхание. Он ничего не видел вокруг, лишь ощущал босыми ногами острые осколки костей. Его руки гладили влажный камень стены, спине передавался холод подземелья. Дышать невозможно, трупный запах мог убить его, но приходилось держаться. К горлу подкатывала тошнота, Каперед сунул в рот кусок горькой коры, чтобы сдержать рвоту.

   Вверху отчетливо белело отверстие, чуть перекрытое каменной крышкой. По сравнению с темнотой вокруг, оно буквально сверкало. Каперед прислушался. Он слышал шорох людей, подходящих к отверстию. Где-то вдали слышен стон, то умирают обожженные им жрецы.

   Воины подходили к отверстию тихо, выставив перед собой оружие. Они надеялись, что железо защитит их от духов и колдовства. Если бы они знали, что внизу только гниль да трясущийся от ужаса человек...

   Негромкая перебранка, затем какие-то люди направились к крышке. Они сдвинули ее назад. Вход в обиталище подземных богов закрыт.

   Каперед выпустил из себя громкий стон. Ему этого очень хотелось из-за пережитого страха.

   Замогильный стон разогнал людей.

   Некоторое время наверху было тихо. Каперед переминался с ноги на ногу, стараясь размять затекшие конечности и не повредить стопы. Очень не хотелось подхватить заразу от этой мертвечины. Лямки мешка больно врезались в плечи, но сбросить его нельзя - вокруг гниль и грязь.

   Возле алтаря мундуса появились люди, занявшиеся уборкой. Взошедшее солнце ободрило их, но дикари все равно старались не поворачиваться спиной к яме.

   Находящийся внизу Каперед, возблагодарил Непобедимое солнце. Без тех крох света, что проникали внутрь, он испытывал ужас.

   Находясь в подобном месте легко поддаться мистическому настроению. Окружающая тьма усиливает ощущение нереальности происходящего. Солнечный свет сумел пробить брешь в гнетущей атмосфере. Паника отступила, человек вновь почувствовал себя на своем месте.

   Что делать дальше, Каперед не знал. Нет, понятно, конечно, что необходимо выбираться из ямы. Вечно простоять в гниющей грязи он не может. Ноги от контакта с трупным ядом почернеют, зараза проникнет в его тело. Возможно, это уже произошло.

   Каперед отхлебнул снадобья, почувствовал себя лучше. Прислушиваясь к собственным ощущениям, он не обнаружил ничего плохого - усталость, следствие нервного напряжения.

   Тело здоровое. Пока что.

   Сейчас выбраться из ямы не было никакой возможности. Каперед здраво предположил, что необходимо дождаться ночи. И уже тогда выбираться на поверхность. Если кто и будет рядом, то сочтут его за чудище. Это может напугать невольных свидетелей и дать время для бегства.

   Служители продолжали уборку. Каперед прислушивался, но не мог понять, готовятся ли они к новой церемонии. Хорошо было бы это знать. Проводить еще одну ночь среди гнили не было никакого желания.

   Польза от снадобья была несравненной. Он, во-первых, вернул внутренний покой и бодрость, а во-вторых, помог скоротать время. Каперед принял дозу, эффекта которой хватит до следующего утра. А весь этот день он сможет простоять на ногах и не почувствует усталости, а главное - течения времени.

   Солнце скоро пробежит по своему дневному кругу и опустится за горизонт.

   Моргал торговец редко, глаза пересыхали от недостатка влаги. Мух в яме не водилось, так что Каперед не боялся подхватить заразу от насекомых. Видать, столько гнили много даже для них. Лишь черви жили своей жизнью среди трупов. Каперед задремывал, а очнувшись, оценивал насколько продвинулось солнце. Каждый раз он радовался - время летело незаметно, а ноги все еще не испытывали усталости.

   Он мог бы так простоять неделю, пока не кончится снадобье.

   Но пришло время выбираться наружу.

   Подобно червю человек должен выйти из-под земли с заходом солнца. Ночной воздух оглушил его свежестью, обжег внутренности прохладой. Каперед закашлялся, хлебнув воздуха, и поспешно отполз от открытой ямы.

   Выбраться из нее было нетривиальной задачей. Крышка находилась довольно высоко над головой, гора сброшенных трупов была не слишком надежной опорой. Оскальзываясь, падая в грязь, Каперед вскарабкался к отверстию и толкнул тяжелую крышку. Каменная преграда медленно отползала в сторону, потребовались нечеловеческие усилия, чтобы сделать достаточное отверстие.

   Но у Капереда все получилось, он появился на земле подобно духу и радовался пьянящему воздуху. От ямы тянуло гнилью, но эта вонь мгновенно растворялась в окружающей свежести. Каперед негромко рассмеялся.

   Подобрав рюкзак, Каперед направился к воде, чтобы совершить омовение.

   Вокруг было тихо, лишь в лесу за озером пели ночные птицы. Их трели не вызывали тревоги, были непривычны слуху. Озеро как и прошлой ночью сверкало, давая достаточно света. На берегу никого не было: ни лодок, ни воинов, ищущих чужака.

   О произошедшем вчера напоминали лишь шесты с веревками, ограждающие каменный круг. Каперед их сразу не заметил. Веревки были протянуты выше его головы. Эти преграды не смогли удержать чужеземного колдуна. Вот "обрадуются" дикари, когда обнаружат его следы утром.

   Каперед омыл ноги в холодной озерной воде, почистить тунику у него не было возможности. Она пострадала незначительно, но вонь въелась в ткань, избавиться от нее не представлялось возможным. Каперед мог бы промыть тунику, окурить ее ароматными травами, но у него не было на это времени.

   Бросив одежду на берегу озера, Каперед направился к храму варваров. Он шел вдоль берега, по кромке воды. Набегающие волны лизали его стопы, счищая остатки грязи и залечивая многочисленные ранки. По крайней мере, Каперед хотел в это верить.

   Вода сотрет его следы, варвары не смогут позднее обнаружить, куда направился чужестранец. Наверняка они подумают, что колдун унесся в облака прямо с того места, где сбросил одежду.

   Идти вверх становилось тяжелее. Ноги утопали в золотом песке, а затем пришлось покинуть берег и отправиться вглубь острова. Уклон становился все более крутым, храм возвышался на мысу, окруженный рядом деревьев и частоколом. Строение доминировало над местностью, поднималось вверх к обители богов, чтобы жрецы могли легче дозваться до покровителей.

   Каперед тоже решил попытать счастья. Впрочем его намерения были более приземленными: раздобыть одежду, еды и быть может что-то узнать.

   Натертые плечи саднило, лямки мешка больно врезались в незащищенную кожу. После омовения тело пощипывало, словно вода была не пресной, а морской. Каперед не стал ее пить - соблазн был велик, но ему удалось сдержаться.

   Усиленный слух подтвердил опасения, что в храме кто-то находился. В самом строении присутствовали люди, где-то храпели еще служители культа или пришлые воины.