Когда я вошел в номер, Мари лежала на постели лицом к стене. Пошатываясь от слабости и головокружения, я рухнул рядом.
— Посмотри, что наделал твой кавалер! — сказал я сердито.
Вздрогнув, фея села.
— Ой! — ужаснулась она.
Несколько секунд она изучала мои повреждения. Потом вскочила на ноги.
— Ну и коновалы эти ваши доктора! — сварливо сказала она. — Ложись!
Сил спорить у меня не было; не снимая ботинок, я вытянулся на постели.
Мари подошла вплотную и склонилась надо мной — груди ее повисли в сантиметре от моего глаза (должен признать, что зрелище сие оказалось весьма приятным… соски феи походили на крошечные вишенки). Я почувствовал, как она ощупывает мое лицо.
— Не шевелись.
Она ловко отодрала пластырь. Боли я не почувствовал… И все же: что она делает?
— Не волнуйся, — проворковала фея. — Все будет в порядке.
Маленький теплый язычок прикоснулся к ране… Ощущение было на редкость странное, но опять-таки не лишено приятности. Потом я почувствовал, как Мари перекусывает швы.
— Можешь посмотреть в зеркало.
Я поднялся и подошел к висевшему на стене зеркалу: разрез выше брови исчез, кожа на этом месте ничем не отличалась от кожи в других местах лба.
— Как это у тебя получилось?!
— Иди сюда, я обработаю рану на скуле, — ласково сказала Мари.
Пока она возилось со вторым порезом, я рассказал о случившемся. Фея молча выслушала, но от комментариев воздержалась.
Наконец вторая рана затянулась. Мари перепрыгнула на журнальный столик и села против меня.
— Нам нужно уезжать, — сказала она.
— Нам? — переспросил я саркастически. — И куда же мы поедем?
— Куда хочешь. — Фея пожала плечами. — Мне все равно, лишь бы с тобой.
Я помолчал, собираясь с мыслями.
— Пойми меня правильно, Мари, — сказал я мягко, — но я вообще-то женат… причем второй раз.
На лице феи появилось страдальческое выражение.
— И у меня двое детей: десятилетняя дочка от первого брака и десятимесячная — от второго.
Слезы текли по щекам Мари ручьями… Господи, как это создание может выделять столько жидкости?
— Посуди сама: какое у нас будущее? — воскликнул я с досадой. — Ведь я больше тебя в девять раз!
Фея вытерла глаза и жалобно сложила ладошки у груди.
— Ты мог бы носить меня за пазухой и заботиться обо мне. — Она заискивающе заглянула мне в глаза. — А я бы лечила тебя и защищала от чар.
— Не надо защищать меня от чар! — вскричал я с такой экспрессией, что Мари испуганно пригнулась. — Ты б лучше не натравливала на меня летающих террористов… Кстати, я, помнится, спрашивал, есть ли у тебя крылья?..
— Есть.
Фея перебросила волосы на грудь и повернулась: на спине у нее имелась пара прозрачных, будто слюдяных, крылышек. Я осторожно провел пальцем по одному из них: оно было гладким и вздрагивав от прикосновения.
— Щекотно… — хихикнула Мари.
— Почему ты не ответила, когда я спросил о крыльях в первый раз?… — Я пытливо посмотрел ей в глаза. — Хотела, чтобы я таскал тебя на руках?
Фея стыдливо потупилась.
— Ладно, проехали… — Я устало откинулся на подушку. — А на каком острове ты живешь, не вспомнила?
— На Корсике, — не поднимая глаз, ответила Мари.
— Ты сама туда долетишь или тебя отвезти на самолете?
Мари испуганно всплеснула руками:
— Не отправляй меня на Корсику, пожалуйста!
— Почему?
— Марк… ну, тот фей, с которым я была до тебя, — он меня убьет… Ей-богу, убьет — ты его видел!
— Не убьет, — усмехнулся я. — Нечем ему тебя убить. — Я достал из кармана завернутый в платок меч, развернул и показал Мари: — Смотри.
Глаза феи расширились от ужаса.
— Что ты наделал?! — вскричала она страшным голосом. — Ведь мечи принадлежат не отдельным феям, а всему роду! Теперь на нас ополчатся они ВСЕ!!!
Мари взмыла вверх (прямо из положения сидя, не вставая) и метнулась к моему лицу, затормозив в миллиметре от переносицы.
— Собирай вещи, скорее! — заверещала она так, что у меня заложило уши. — Мы срочно едем в аэропорт!
8. Мы приезжаем в Англию
Я — человек высоких моральных устоев и от своей жены секретов не имею. То есть не имею секретов от второй жены, а от первой, если честно, имел… хотя и развелись мы не из-за этого. Если уж на то пошло, мой первый брак пал жертвой весьма распространенного среди русских эмигрантов явления: Ира, моя супруга, ушла к местному жителю, в данном случае — англичанину. Я, собственно, ее не виню: согласно биологической стратегии своего пола, самка ищет самца, способного обеспечить наилучшие условия ее детенышам, а я этому условию не удовлетворял: сидел на временной должности с нищенской зарплатой, да еще и пропадал в университете с утра до вечера. А с вечера до утра мы с ней ругались… Надо ли удивляться, что она спуталась со своим риэлтором? И, кстати, похоже, что просчиталась, ибо стоило ей уйти, как дела мои пошли в гору.
Однако нет худа без добра: если бы Ирка со мной не развелась, я бы, наверное, по сю пору с ней воевал. А так наслаждаюсь счастьем во втором браке… Нет, все-таки англичанки удивительные женщины! Сдержанны, независимы, практичны, правдивы. И никаких тебе истерик: за прожитые со Сьюзен два года мы поссорились с ней ровно один раз, и продолжалась эта ссора меньше десяти минут.
Тем не менее, когда я вылезал из машины во дворе нашего дома, на душе у меня скребли кошки. Причем непонятно почему, ведь я не чувствовал за собой никаких грехов! Кто виноват, что в меня влюбилась фея?.. (Тщательно проинструктированная Мари сидела как мышь у меня за пазухой; время от времени я чувствовал, как она там возится.) И вообще, кто сказал, что фея в меня влюбилась?..
Когда я поднимался на крыльцо, дверь распахнулась.
— Здравствуй, дорогой.
Я залюбовался своей женой: гладко причесанные волосы, выглаженная до последней складки одежда.
— Здравствуй, дорогая.
Мы поцеловались, я вошел в дом.
— Ты вернулся на два дня раньше… Что, неинтересная конференция?
— Да так… — сказал я фальшивым голосом и, чтобы исправить впечатление, повертел рукой. — Приму душ — расскажу.
— Ужин в духовке, — сказала Сьюзен. — Я накрою на стол через пятнадцать минут.
— Джэнет спит?
— Да.
Я поднялся к дочери. Малышка спала, засунув в рот большой палец… Поумилявшись несколько мгновений, я пошел в супружескую спальню. Там было тепло и пахло лепестками роз (Сьюзен никогда не забывает положить сухие цветы на трюмо). Бросив сумку в угол, я сел на постель, стянул свитер и распахнул рубашку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
