мастерством.
Переместив свое тело в сторону, римлянин перехватил протянутую руку с ножом, схватив ее за запястье и плечо и ударив коленом вверх по локтю, выдернул лезвие, когда лицо нападавшего исказилось в хриплом крике агонии. Котта в свою очередь парировал выпад ножом и со всей силы ударил нападавшего кулаком в лицо, заставив того отшатнуться назад, и крикнул Марку через плечо.
- Дверь! Закройте дверь!
Марк бросился к двери и с грохотом захлопнул ее, задвинув верхний засов, когда снизу донеслись первые крики, затем задвинул и нижний, в тот момент, когда по лестнице застучали шаги. Скользящая задвижка была сломана, но выпавший нож дверного охранника аккуратно вошел в скобу и надежно запер дверь, что дало им минуту или две передышки от мужчин, орущих на них с другой стороны надежной защиты двери . Он повернулся и обнаружил, что Котта сцепился в смертельной схватке со своим противником, более сильный молодой бандит уже медленно приближал свой клинок к горлу ветерана. Увидев, что Марк бросился на него, он захрипел, и энергичнее стал давить на нож, с грубым усилием, против которого Котта смог лишь отклонить его и нанести своим кинжалом глубокую рану ему в руку. Прежде чем член банды успел снова поднять свое оружие, Марк ударил ему кулаком в горло и отбросил задыхающегося головореза на пол.
- Он твой!
Шагнув в коридор, он почувствовал, как знакомый приступ ярости захлестнул его при осознании того, что один из убийц его семьи совсем рядом. Вытащив свой кинжал из горла пораженного охранника, он вытащил гладиус из ножен умирающего и встал лицом к последней двери в коротком коридоре. Она быстро открылась, и из нее показалась пара телохранителей с суровыми лицами и приземистый мускулистого мужчина, стоящий позади них.
- Схватите его!
- Сейчас, Брут!
Оба мужчины были вооружены мечами, и по команде приземистого двинулись вперед с поднятыми клинками, готовые нанести удар. Марк метнул свой кинжал в ноги ближайшего мужчины, лезвие воткнулось в половицу между ними и на мгновение отвлекло его внимание, в это время Марк бросился вперед, глубоко вонзил острие меча ему в бедро, и выдернул лезвие в потоке артериальной крови. Телохранитель отшатнулся назад, его дыхание сбилось от шока, когда жизнь хлынула из него вместе с кровью, а другой бандит на мгновение заколебался перед окровавленным клинком нападавшего. Он повернулся, чтобы ретироваться, но римлянин оказался быстрее, подняв гладиус сторожа двумя руками и вонзив длинное лезвие в шею перепуганного стражника, сломав ему позвоночник и сбросив его на пол. Марк поднял глаза и заметил, что Брут вылезает через окно с выражением крайнего ужаса на лице, когда он увидел как его заклятый враг, выдернув свой кинжал из половиц, прищурившись, целенаправленно шел к нему,
Деревянные леса мягко покачнулись, когда он вылез через окно и ступил на них, посмотрев направо и увидев, как исчезает голова главаря банды, когда тот спускался через дыру в досках с безумной поспешностью, от которой затряслась хлипкая платформа. Два больших шага привели его преследователя к отверстию в грубых досках строительной платформы, и он соскользнул вниз по лестнице, упершись ногами в ее ножки, чтобы с глухим стуком приземлиться. Брут карабкался по следующему лестничному пролету вниз, визжа от ужаса, когда понял, что Марк догоняет его, и он был не более чем на полпути вниз по ступенькам, когда его хватка за края лестницы была жестоко сбита ударом ноги молодого человека в ботинках. Поднявшись с досок пола, он вынул нож, но Марк с непринужденной легкостью выбил его у него из рук и нанес ему быстрый удар кулаком между глаз, от которого тот отшатнулся к стене здания, на мгновение лишившись чувств. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что стоит спиной к открытому пространству за платформой площадки, удерживаемый сильной рукой за волосы.
- Я вам заплачу! Что бы они вам ни пообещали, я удвою сумму! Назовите свою цену!
Марк придвинул голову противника ближе, пока его лицо не оказалось возле губ Мврка, скривившихся от отвращения.
- Я не имею никакого отношения к Прожорливым Псам, Брут! Это мое личное дело. Меня зовут Марк Валерий Аквила!
Какое-то время он держал перепуганного главаря на расстоянии вытянутой руки, ожидая, пока значение слов того, кто за ним охотился, дойдет до измученного сознания главаря банды.
- Аквила? Сын сенатора?
Марк жестоко улыбнулся, отдергивая руку, удерживавшую Брута в вертикальном положении.
- Тот самый. Я поклялся найти и убить всех виновных в смерти моего отца. Сейчас подошла твоя очередь.
Глаза Брута расширились, когда он понял, что сейчас произойдет.
- Нет! Я не ...
Марк отпустил его волосы, и толкнул, отчего главарь банды отшатнулся назад, пока его задняя нога не нащупала под собой только на пустое пространство. Он растворился в воздухе с воплем ужаса, но долетел только до конца сломанного столба строительной платформы, который, торчал двадцатью футами ниже. С ужасным хрустом костей зазубренный деревянный конец шеста толщиной в два дюйма пробил тело Брута насквозь, подвесив его на высоте десяти футов над землей и выйдя из спины. От ужасной раны, он застонал в агонии шока, когда понял глубину своего отчаянного положения, затем соскользнул еще на фут, обмазав своей кровью деревянное древко шеста. Марк повернулся обратно к лестнице, когда Котта спускался по ней, придерживаясь одной рукой, другая рука у него была черной от крови.
- Давай перевяжем твою рану ...
- У нас нет времени. Они выламывают дверь!
Двое мужчин поспешили вниз по оставшимся пролетам лестницы, в то время как где-то над ними раздавались крики и проклятия. Когда они достигли земли, Марк воспользовался моментом, чтобы взглянуть на тело
