Чаппи оставив позади свою новую жизнь покинули Герцогство Ланкр; впереди были мили и мили безликой равнины. Возвращение в прошлое, или что-то в этом роде. Они знали, что должны вернуться - угроза Принца Демона их внукам была тому подтверждением, - но они уже решили, что вернутся как Хок и Фишер, а не как Руперт и Джулия. Внезапное появление двух таких легендарных личностей вызвало бы слишком много вопросов и усложнило бы и без того опасную ситуацию. И, кроме того, они слышали большинство мифов и легенд, которые выросли вокруг их участия в Войне Демонов, и они не могли отделаться от ощущения, что во плоти они были бы таким разочарованием…
Они сразу направились к Хребту Драконов, который образовывал границу между Ланкром и Лесными Землями. В конце концов они оставили позади себя унылую равнину и с юношеской силой и бодростью устремились по крутым серым горным склонам. Они наслаждались тем, что снова стали самими собой. Хоком и Фишер, непринужденно болтали, бодро поднимаясь по крутым склонам, перепрыгивая расщелины и перебираясь через скальные выступы, время от времени останавливаясь, чтобы указать друг другу на достопримечательности и ориентиры, которые запомнились им более семидесяти лет назад, когда они в первый раз спускались с Хребта. Но слишком скоро путешествие стало трудным: холодный, пронизывающий ветер рвал их одежду, как непослушный ребёнок, а иногда, как школьник-хулиган, бил их по голове и плечам. Они решительно цеплялись за валуны и изо всех сил прижимались к склону горы.
Чаппи втайне был рад этим остановкам и стартам. У него не было их энергии молодости, хотя будь он проклят, если признает это. Зазубренные серые склоны Хребта Драконов были совершенно лишены жизни - ни птиц, ни зверей, ни цветов, ни даже клочка мха или лишайника.
Хок и Фишер были едва ли на полпути к вершине горы, когда остановились, чтобы оглянуться назад. Равнина простиралась на многие мили, и даже сам Тысячелетний Дуб казался теперь маленьким и далёким. Чаппи улёгся у их ног, тяжело дыша.
- Несутся, как пара диких горных козлов! - громко сказал он. - Это неестественно! И небезопасно. Одна пропущенная опора, и вы снова скатитесь на равнину. И лучше бы кто-нибудь взял с собой ланч или, по крайней мере, какую-нибудь походную еду! Проголодавшись я становлюсь весьма опасным…
- Тише, Чаппи, - сказал Хок, выходя на шаткий плоский уступ, чтобы хорошенько осмотреться.
- Тише, Пекло! - прорычал пёс. - Такие мышцы, как у меня, нуждаются в регулярной подпитке.
- Наши запасы пищи строго лимитированы, - сказала Фишер. - Так что тебе придётся развивать самоконтроль, не так ли?
- Самоконтроль? Я пёс! Если я проголодаюсь достаточно сильно, я съем тебя! Он опустился на камни, положив свою огромную голову на вытянутые лапы. - Я заметил, что мы перестали стремиться к вершине. Что на самом деле мы уже некоторое время движемся в сторону.
- Вы что-то ищете, не так ли? Что именно? Тропу? Тайный путь через горный хребет?
- Что-то вроде этого, - ответила Фишер. Её взгляд медленно, осторожно двигался по огромному серому горному склону с его зубчатыми хребтами, большими водопадами и десятками зияющих тёмных устьев пещер. - Мы ищем одну конкретную пещеру, в которую не возвращались уже много лет…
Чаппи поднял свою огромную голову и нервно огляделся вокруг. - Драконьи горы… Не то название, которое внушает уверенность или спокойствие. Мне очень не нравится это место. Некоторые говорят, что именно сюда приходили умирать все старые драконы, когда понимали, что их род окончательно уходит из мира. Каждый из них выбирал себе пещеру, сворачивался калачиком и уходил из жизни.
Знаете… когда придёт моё время я буду брыкаться и рычать… Некоторые говорят, что это сила всех этих мёртвых драконов держит эти горы. Помогает им выстоять. И что призраки драконов всё ещё здесь, бродят по хребту, и поэтому никто не хочет на них взбираться.
Хок весело посмотрел на него. - Ты ведь не боишься привидений?
- Конечно, боюсь! Ты не можешь укусить призрака! Кроме того, в нашей жизни было слишком много случаев, когда люди и даже не люди, возвращались к жизни после того, как должны были быть благополучно мертвы! Чаппи внезапно просиял.
- Хотя, если здесь и есть драконы, то от них уже мало что осталось, кроме костей. Я не знаю ни одной собаки, которая грызла бы настоящую драконью кость…
Он снова поднялся на ноги, когда понял, что никто из них его не слушает. Они оба смотрели на особенно большой и особенно тёмный вход в пещеру дальше по горному хребту. Чаппи принюхался к воздуху, дувшему в его сторону, и внезапно нахмурился.
- Так, я улавливаю следы запаха, который мне очень не нравится.
- Вон та, - сказал Хок, указывая на вход в пещеру.
- Да, - сказала Фишер. - Это там.
- Так и есть, - сказал Чаппи. - Ничего хорошего из этого не выйдет. Запомните мои слова.
Но он всё ещё следовал за ними по шаткому склону горы, направляясь прямо ко входу в пещеру.
*
Поверхность под ногами становилась всё более коварной: рыхлые камни, которые просто рассыпались, когда на них наступали, и поля подвижной осыпи, - крошечные камешки, которые двигались, как вода, и казалось делали всё возможное, чтобы унести Хока и Фишер за край, в то время как холодный ветер дул и бил их немилосердно. Но Хок и Фишер осторожно и вдумчиво пробирались по склону, а Чаппи шёл сзади, прыгая, карабкаясь и проклиная их обоих. Ему не угрожала реальная опасность, но он не собирался принимать это как должное. Наконец, все они оказались перед устьем большой пещеры - массивной дырой в склоне горы.
Они стояли и смотрели в темноту, а темнота смотрела на них в ответ. Сам вход был достаточно большим, чтобы через него могла проехать повозка, не задевая стен.
- Как ты думаешь, там есть летучие мыши? - спросил Чаппи. - Не люблю летучих мышей.
- Никаких летучих мышей, - ответил Хок. - Не там, куда мы идём.
Фишер достала из своего рюкзака шарик саламандра и сильно встряхнула его. Яростный золотой свет вспыхнул между её пальцами, когда она подняла шарик вверх, разгоняя темноту, и все увидели огромную пещеру, ведущую в глубь горы. Хок и Фишер замерли.
- Там будет темно, - сказал Хок. - Я имею в виду, очень темно.
- Мы справимся, -
