все что хотел, или ему тоже есть что скрывать. Нам придется довериться Листрату в вопросе дракона.
— А Лист то тут причем?
— Ты же слышала, что сказал Феос? — Райн потер глаза, — Дракон в северных горах. Огнепоклонники не верят во Всематерь. Так кому они поклоняются на самом деле?
К раздражению от загадок Феоса прибавилось беспокойство за Листа. Как будто Лите нечем заняться и учитель решил подкинуть парочку проблем.
Глава 26.1 Переговоры
18.10
Синяя луна — растет
Красная луна — убывает
Желтая луна — растет
Миновала середина осени, и если в Ямалпе было все еще тепло, то чем дальше Каллист и его отряд продвигались на запад, тем ветренее и холоднее становилось. Здесь уже чувствовалось приближение зимы. Усыпавшая дороги листва приглушала цокот копыт, и ее шорох будто заполнял все мысли.
Больше недели прошло с тех пор как они покинули столицу, и навстречу им попадалось мало путников и торговых караванов, заставляя гадать, как далеко распространились слухи о драконе. Может дракон вовсе не спит, а пожирает торговцев вместе со всем их добром.
При этом Лист не мог отделаться от мысли, что его отряд слишком большой. Это создает угрожающий образ, дает реальную силу, но и замедляет скорость реакции. Он привык путешествовать с десятком проверенных людей, которых знал он, и которые знали его. Но этот десяток они с Беллой разделили — Лист не мог доверить ее жизнь незнакомцам.
Конечно, он знал каждого, кого взял. Большинство из них сражались с ним бок о бок еще во время войны, но были среди них и новички. А еще два мага: Мартин уже показал себя не лучшим образом в ситуации с волком на арене, а Кадма в деле Лист не видел. Райнер рекомендовал обоих, как лучших, но Лист не знал их возможности и пределы, и ему это не нравилось.
Кроме того, Мартин должен был выступать как советчик в дипломатии, но Лист сомневался, что от молодого мага будет прок. Он хорош в определении эмоций, но опыта у него не больше, чем у Листа.
Всего из столицы выдвинулось три десятка человек, и Листа не покидало дурное предчувствие, что он потеряет всех.
Земли огнепоклонников они посещали не часто. На первый взгляд деревни, которые они миновали, ничем не отличались, от Локосских деревень. В конце концов, в прошлом они были единым народом. Не прошло еще и пары столетий, как огнепоклонники предпочли отделиться, назвать своим богом огонь. И Локосс уважал это желание. До последнего момента они платили налоги, пропускали торговцев и присылали воинов, если начиналась война.
Лист отметил, что ни одна из деревень не была окружена стеной. Впрочем, им это и не требовалось. Северные горы нельзя пересечь, только обойти, а гномий хребет имел лишь два узких перевала, армии там не пройти незаметно. А с запада и юга огнепоклонников защищал Локосс. И если бы совсем прижало, они наверняка смогли бы укрыться в Эдильви — самом большом городе, на их территории, куда Лист и направлялся.
Но незащищенность деревень вызывала вопрос о том, есть ли у них армия и насколько она велика. Огнепоклонники в последние годы старались прислать как можно меньше людей, а их посланники всячески изворачивались и не называли точных цифр.
Кроме защищенности, у огнепоклонников было еще одно значимое преимущество — путь на восток. Обход гномьего хребта прибавлял к пути, по меньшей мере, две недели. Да еще теперь, во время войны Хелебрата с Лавиром, южный путь становился опасным, а северный с наступлением зимы будет непроходим. Никак торговцам не миновать земли огнепоклонников, а Локоссу не нужны раздоры. Это Лист и сам отлично понимал, без бесконечных наставлений от совета.
Что отличало земли огнепоклонников, так это отсутствие трактиров и постоялых дворов. Самого Листа это мало беспокоило, но в отряде нашлись люди непривычные к походной жизни, как Мартин.
Эдильви был окружен лесом, и даже просеки у стен не было. Листу это не понравилось. Такая беспечность недопустима даже для столь удачного расположения. Деревья быстро не вырубить. Неужели, огнепоклонники настолько уверовали в покровительство высших сил, что не боялись ничего.
А хуже всего — в городской стене, помимо обычного дерева можно было заметить белые стволы Древа Всематери. Это вызвало возмущение даже у спокойных членов отряда. Древа Всематери появлялись не так часто, каждое ценилось, даже если около него не образовывалось купели. И рубить их никому не приходило в голову. Если бы Древо выросло рядом с домом и мешало, то скорее дом бы снесли, чем Древо.
— Это преступление! — вскрикнул Оси.
Сын Гура по-прежнему был самым юным в отряде.
Лист же в некоторой степени восхитился. Древо Всематери не рубили еще и потому, что сделать это было крайне непросто. По крепости оно не уступало некоторым металлам, в огне не горело, да и к магии было устойчиво. Именно поэтому когда мир вокруг рушился, Лист инстинктивно прижался к Древу. И ведь не прогадал! Земля осела, но Древо устояло и Белла осталась цела. Наверняка в стене Эдильви магия Древ передавалась хотя бы частично и другим бревнам. Кроме того, ночью Древо светится, а значит у стены светло.
Возмущенные разговоры за спиной Листа демонстрировали естественную реакцию тех, кто верил во Всематерь, а это едва ли не весь континент. Значит, любой потенциальный враг огнепоклонников будет разозлен, а в ярости люди часто совершают необдуманные и глупые поступки.
Хоть в чем-то огнепоклонники действуют логично.
— Тихо! — приказал Лист, — никто не станет спорить и затевать ссоры с огнепоклонниками.
Он направил коня к воротам. У него задача договориться с этими людьми. А несколько срубленных деревьев не такая уж и страшная плата.
За великолепной стеной скрывался грязный город. Низкие деревянные дома совершенно хаотично жались друг к другу, образовывая кривые улицы. Некоторые были так узки, что в них бы не протиснулся всадник, или даже толстый человек.
Их встречали на площади перед самым высоким зданием. Всего несколько человек, отряд Листа по сравнению с ними выглядел целой армией. Несколько мечников тренировались в стороне, будто ничего примечательного не происходило. Обычный день в жизни города.
Главным среди встречающих был грузный лысый мужчина в летах — видимо вождь огнепоклонников, Стюрлауг. За ним стоял мужчина помоложе, вероятно его сын Херлауг. Оба были сильно старше Листа.
— Это ты теперь наш король? — спросил старик.
— Разве вы не знаете, что теперь у нас правят три королевы? — выступил вперед Хабр.
