при чем? — искренне изумился Олег.
— Не хочу, чтобы то же самое случилось с древним родом князей Полоцких, — сурово произнес Тимофей. — Хотя бы по той простой причине, что я этого не переживу. А вам с Михайло, как я посмотрю, и горя мало. Действительно, что вам за дело до жизни и смерти какого-то старика!
— Тимофей, зачем ты так? — вздохнув, спросил Олег. — Нам с Михайло очень даже не безразличен старик, о котором ты говоришь. Но я все равно не могу понять, при чем здесь пропавший мальчик?
— А ты хорошо рассмотрел его на снимке? — спросил Тимофей.
— В общем-то, да, — ответил Олег. Но все же взял фотографию в руки и еще раз взглянул на мальчика, уже более внимательно.
— И ты видел человека, который называет себя его отцом? — продолжал допытываться Тимофей.
— И не раз, — хмыкнул Олег. — И что с того?
— Значит, ты слеп и глуп, — фыркнул Тимофей. — И я только потеряю время, пытаясь открыть твои глаза и вразумить тебя. Поэтому сейчас я не буду этого делать. Есть более важные дела. Скоро придет Михайло, и мы…
— Откуда такая уверенность? — спросил Олег. — Вроде бы Михайло не собирался к нам сегодня.
— Он придет, потому что я уже послал за ним Гаврана, — невозмутимо произнес Тимофей. — Как только узнал, за чем приходил этот человек. Так что Михайло будет здесь с минуты на минуту. А ты, жрец Горыня, пока приготовься к тому, чтобы обратиться за помощью к владыке нашему Велесу. Но этого мало. Мы должны и сами что-то предпринять. Для этого нам и нужен Михайло. И Гавран.
Олег подумал, что старик смеется, несмотря на свой серьезный вид. Но скоро он понял, что ошибался, Тимофей не шутил. И когда и в самом деле вскоре пришел запыхавшийся Михайло, которого всю дорогу нетерпеливо подгонял Гавран, летевший над ним и неумолчно каркавший, ворон не улетел, как обычно, на крышу или по своим таинственным делам. Словно это было в порядке вещей, Гавран принял участие в совещании, которое проводил на правах самопровозглашенного председателя Тимофей. И это никого не удивляло, кроме Олега, которому до сих пор еще многое казалось странным в мире, центром которого была Усадьба волхва. Он сам оправдывал это тем, что живет здесь всего год, тогда как все остальные — всю свою жизнь. А это многое значит, когда речь идет о мировоззрении.
Тимофей, на удивление, был краток.
— Нам нужно срочно решать, как искать мальчика, — сказал он. — Жрец Горыня обратится за помощью к Велесу. А ты, Михайло, можешь то же самое попросить у Перуна? В такие дни, как этот, все раздоры между языческими богами должны быть забыты.
— Я сделаю это, — лаконично ответил Михайло, разглядывая фотографию с мальчиком. — Это он?
— Да, — ответил Тимофей. — Теперь ты понимаешь, почему это так важно?
— Да, — кивнул Михайло.
— А я так ровным счетом ничего не понимаю, — недовольно пробурчал Олег. — Но безропотно подчиняюсь.
— Вот и молодец, — скупо похвалил его Тимофей.
Гавран хрипло каркнул. Тимофей кивнул.
— Да, ты прав, Гавран. Необходимо оповестить всех животных и птиц в лесу. Задействуй своих ворон от мала до велика. Пусть они до каждого живого существа донесут, что те будут выполнять волю владыки нашего Велеса и Перуна. И тот, кто отнесется к этому недостаточно серьезно, будет наказан. Жестоко, беспощадно и неотвратимо. Ты понял меня?
Гавран каркнул в ответ и захлопал крыльями, подтверждая, что ему не придется повторять дважды.
— Вот и хорошо, — удовлетворенно произнес старик. — Не будем терять времени. В добрый путь, и да сопутствует нам удача!
Гавран, словно черная молния, тут же вылетел в окно. Михайло поднялся и, не сказав ни слова, вышел, ступая легко и бесшумно, как тень. Олег растерянно оглянулся и встретился взглядом с Тимофеем, в котором читалось нетерпеливое ожидание.
— Да иду я, — сказал Олег. — Только скажи мне — а Марине можно обо всем этом рассказать? Или это страшная тайна?
— И можно, и нужно, — произнес Тимофей. — На ближайшее время Марина станет моими глазами и ушами, а также ногами. У меня не будет ни ворон, ни Михайло, ни тебя. И она заменит всех вас… Ты куда?
Олег был уже на пороге кухни. Оглянувшись, он ответил:
— Пойду сообщу ей об этом. Думаю, Марина будет рада стать глазами, ушами и ногами такого неугомонного старика, как ты, Тимофей. Хоть какое-то разнообразие в ее жизни. А то она что-то заскучала в последнее время без занятий в школы.
Олег скрылся за дверью, не дожидаясь, пока Тимофей поймет, что над ним подшучивают, и что-то ответит. Ему гораздо важнее было, что скажет Марина, узнав новости о пропаже одного из своих учеников и о принятых для его поиска мерах.
Глава 37. В лесу
А тем временем виновник всего этого переполоха шел по лесу, насвистывая, словно птица, и был доволен своей жизнью.
Сема чувствовал бы себя даже счастливым, если бы иногда его не посещали мысли о матери, которой он, второпях убегая из дома, забыл оставить прощальную записку. Тогда он об этом не подумал, а сейчас жалел. Еще и потому, что он был начитанный мальчик. А во всех книгах, которые Сема прочитал, герои, отправляясь в дальние путешествия, всегда писали письма близким людям или друзьям, извещая их о своих намерениях и высказывая умные мысли относительно прошлого и будущего.
Семе не приходило на ум, что его мама страдает, не зная, где ее ребенок. Он был еще слишком мал, чтобы понять, какое горе он ей причинил. А об отце мальчик не вспоминал вовсе, будто его и не было. Сема не мог простить ему страха, который он испытал, когда увидел в руках отца ремень. И этот страх изгнал из его души любовь к отцу, а заодно стер из памяти, — или отправил в глубины подсознания, что, в общем-то, одно и то же, — все то хорошее, что было с ним связано.
Сема любил лес. Это было оборотной стороной дара, полученного мальчиком при рождении от природы, благодаря которому он умел так ловко прятаться в сорняках или густой траве, что его не смог бы заметить самый зоркий глаз. Сема словно растворялся в зарослях или превращался в зыбкую невидимую тень. Но до сих пор он не заходил далеко, ограничивая свои прогулки окраиной леса, поросшей молодыми деревьями и кустарниками. А все самое интересное — буреломы, овраги, лесные поляны, — начиналось дальше, он знал это. И вот это случилось. Накануне он так боялся погони, что почти
