– Я попробую залезть, – сказал Пашка. – Надо бы потренироваться.
– Даю сигнал! – скомандовала Тамара. – Раз, два, три! Пошел! Давай-давай: типа поезд близко!
Пашка замешкался, но потом осторожно бросил бластер на щебенку сбоку рельса, скинул рюкзак и неуклюже прыгнул на кабели, повиснув на них, словно гигантский ленивец.
– Троечка, – поморщилась Тамара, – хотя и зачет.
– Это еще почему? – удивился Пашка, повернув голову и став похожим на ленивца еще больше.
– Потому что рюкзак лежит прямо на рельсе! Поезд его переедет, болван!
– А… ладно. – Пашка спрыгнул вниз, чуть не подвернув в темноте ногу. – Ай, зараза! Да, я вам скажу, опасно все это… А теперь вы!
Девушки на счет «три» кинулись, как и он, «спасаться». Алине было проще – у нее не было рюкзака, так как на перроне его надела Тамара, но именно она провозилась дольше всех, и ей поставили «неуд», так что тренировку повторили несколько раз, пока не стало ясно, что при случае их здесь все-таки по рельсам не размажет. Они немного успокоились.
– Какое счастье, что я не на каблуках и не в платье! – сказала Алина. – А то бы полные кранты.
– Ага, спасибо субботнику, – сыронизировала Тамара. – Но если бы не он, нас вообще бы тут не было.
Они углубились в туннель, пройдя сначала сто метров, потом еще сто и еще сто. Пейзаж не менялся: рельсы, шпалы, кабели, электрощиты… Ни дверей, ни боковых проходов. Сбоку от рельсов места было мало, а идти по шпалам оказалось не очень удобно, шаги приходилось делать меньше, чем обычно, но особо это пока не напрягало.
За плавным затяжным поворотом их ждал сюрприз. Сначала они не поняли, что это такое, так как было темно, но потом их обуял ужас.
– Пашка, что это?! – Алина схватила его за руку.
Тамара выматерилась. На рельсах и вокруг них что-то лежало, поблескивая в лучах фонарей. Это были части тела, части тела человека, которого переехал поезд.
– Твою мать!.. Стойте тут! – Пашка медленно подошел к страшному месту, шаря по земле лучом света.
Это была девушка лет семнадцати, в розовом платье, туфельках, белых гольфах. Длинные черные волосы, теперь собравшиеся в окровавленный колтун, бледная кожа, застывший испуганный взгляд, лужа темной крови и… половина тела с другой стороны рельса. Пашка отвернулся, и его тут же вырвало.
– Кто это? – крикнула сзади Тамара. Девушки не двигались с места.
– Не знаю… – просипел он. Горло саднило.
Видно, не всем так повезло, как им. Поезд действительно может как спасти жизнь, так и отнять ее. Пашка кое-как вытерся, затем достал флягу и отпил воды.
– Можно идти? – крикнула Алина.
Пашка кивнул. Девушки несмело подошли к нему, взявшись за руки.
– Не смотрите туда! – предупредил Пашка. – Да не смотрите же вы!
– Бедняжка!.. – пролепетала Алина. – Как она попала сюда?
– Так же, как и мы, – хмуро ответила Тамара. – Идем, Алька!
– Может, надо… – Пашка замялся.
– Что? Похоронить? – Тамара потащила Алину вперед, стараясь поскорее уйти с этого места. – Привыкай, Паша!.. Дальше будет хуже.
Но нет, нельзя было так все оставлять. Он оттащил останки к стене, стараясь особо не смотреть, и догнал девушек, медленно бредущих дальше. Настроение было паршивое.
– Наверное, после той бури на «Горьковской» таких людей, как мы, тут много бродит, – тихо сказала Тамара, – таких же неудачников. А персонала никакого нет, раз в сутки ходят технические составы, и только. Давят всех.
– Да ладно, девчонки, давайте позитивнее думать, а то так и свихнуться недолго! – Пашка попытался улыбнуться, но вышло как-то криво, да и все равно не видно. – Мы же живы, правильно? У нас есть еда, вода, оружие, свет. Выберемся, не кисните!
Они прошли еще метров пятьсот. Путь обрел заметный уклон – туннель теперь шел вниз. Они встретили несколько ниш, за которыми работали насосы, но теперь это их не интересовало. Пахло сыростью и тиной. На потолке и кабелях блестели крупные капли влаги. «Сколько еще? Два, три километра?» – гадал Пашка.
– Стойте!.. – прошептала вдруг Тамара. – Слышите?
Они испуганно остановились, вслушиваясь в мертвую тишину. Пашке даже показалось, что у него зашевелились уши – не очень приятное чувство. Выпучив глаза, он старался «растворить» темноту впереди себя.
– Или показалось? – нахмурилась Тамара. – Нет, опять!
– Что?.. – прошептала Алина. – Поезд?
– Нет! Слушайте! Вот опять!
И тут Пашка услышал. Какое-то утробное уханье, а потом слабый всплеск. Затем еще раз. Что это?!
– Идем? – неуверенно спросил он. Ему стало не по себе, но перед девчонками нельзя было показывать свой страх.
Алина поежилась и молча посмотрела на подругу. Нахмурившись, та покрутила регуляторы на своем бластере.
– Идем, – твердо сказала она. – Зажарю, на хрен, без предупреждения!
Пашка улыбнулся. Эта безбашенная Тамарка даст фору многим парням!
Он тоже включил свой бластер, и они осторожно двинулись вперед, готовые начать стрелять по всему, что движется или просто покажется им странным.
Вскоре бульканье и плеск стали явными. В свете фонарей блеснула водная гладь, по поверхности которой разбегались мелкие волны.
– Зараза! – воскликнул Пашка. – И как мы пойдем дальше?
Рельсы в десяти метрах от них скрывались под водой, и дальше, насколько хватало луча фонаря, обратно из нее уже не показывались. Более того, скоро под воду уходил даже контактный рельс. Но как это могло быть? Как же здесь ходили поезда?!
Вдруг недалеко от «берега» вздулся пузырь, пошли волны, и на поверхности воды стало заметно явное движение.
– Там кто-то есть!.. – прошептала Тамара.
– Не стреляй! – предупредил Пашка. – Погоди немного!
Раздалось уханье, похожее на зевоту, а потом – тихий свист. Вода заволновалась сильнее.
– Мама… – прошептала Алина.
Из воды высунулась огромная плоская морда, похожая на голову саламандры или сома, скрещенных с жабой. Маленькие выпученные глазки, губастый беззубый рот и короткие усики. Чудище снова широко зевнуло и вяло поплыло к ним, извиваясь длинным телом. Оно было немаленьким, не меньше метра, а то и все полтора.
– Назад! – скомандовал Пашка. – Отходим!
Они попятились. Чудовище неумолимо приближалось. Чуть подальше за его спиной появилось еще несколько пузырей, и всплыла вторая плоская морда. Кажется, друзья монстра не отставали от него.
– Погоди, щаз я его… – Тамара прицелилась.
– Зачем? – возмутился Пашка, опуская ее бластер. – Зачем заряд тратить? Все равно дальше не пойдем. Возвращаемся! Давайте пойдем в правую часть туннеля.
– Как скажешь, командир, – с неудовольствием произнесла девушка. – Но я бы мигом этих ихтиандров на шампура́ пустила.
Они быстро пошли назад, постоянно оборачиваясь и освещая затопленные рельсы – не бежит ли кто уже за ними, разевая свою ненасытную пасть… Но существо, поняв, что завтрак улизнул, снова зычно зевнуло и, вильнув гребнистым хвостом, неторопливо поплыло обратно.
– Ничего страшного, – сказал Пашка. – Раз те сталкеры пришли с другой стороны, значит, там-то уж туннель куда-нибудь да ведет – в толковое место!
– А где же тогда Зафар? – спросила Алина, отгоняя мысли о противной саламандре.
– Трудно сказать, – пожал плечами Пашка. – Может, он дошел досюда, но потом вернулся и…
– Проход! – крикнула Тамара и показала пальцем направо.
Луч ее фонаря осветил находящийся на уровне пояса широкий лаз. И как они не заметили его ранее? Наверное, слишком уж испуганно вслушивались в плескание саламандры впереди себя, а может, помешал висевший рядом щиток.
Пашка подошел к проходу и посветил внутрь. Час от часу не легче! Он увидел чьи-то ботинки, а затем и ноги. Там лежал человек! Он легонько ткнул в ботинок дулом бластера.
– Эй! Живой? – спросил он.
Человек промолчал.
– Гражданин! – Пашка схватился за штанину и уже довольно энергично затряс ее обладателя. – Але, подъем!
Никакой реакции. Нога не хотела шевелиться. Совсем. А вообще – знакомая что-то обувь…
