Наконец, обессилев, упала на колени, плечи тряслись от рыданий, в мыслях царил полный сумбур.
— Рене, — донеслось до неё, как сквозь вату. Голос знакомый, но такой далёкий, едва различимый. Орка с трудом подняла голову и тут же встретилась со взором ясных изумрудных глаз.
— Ли… Лисса? — выдохнула женщина, нутро сжалось в острой надежде.
— Погоди немного, — кивнула девушка, и, отойдя на шаг, вскинула руки. То, что последовало дальше, никак не вязалось со всем тем, что Рене знала об этой странной, порывистой дочери Хогга. Лисса всегда казалась ей чуточку сумасшедшей. И жутко везучей. Орка также полагала, что большая часть её успеха принадлежит Хоггу, благодаря ему Лисса так далеко продвинулась. Но…
С каждым мгновением глаза Рене становились всё больше, а челюсть всё ниже, боль в израненных руках отошла на задний план — всё внимание женщины было приковано к юной волшебнице.
Магия рун даётся далеко не всем, проще пересчитать тех, кто ей владеет. И вот вчерашний ребёнок — Лисса Мунк безо всяких усилий, лишь поведя руками, создала целую связку символов: первое кольцо, второе, а в центр поместила одну-единственную, и всю эту, пульсирующую в такт сердцебиению, конструкцию толкнула в сторону стены, мешающей Рене прорваться к сыну.
Мир замер, шум исчез.
Рунная двуслойная печать коснулась голубой преграды и с тихим шипением медленно начала впитывать её в себя.
Действительность сузилась до размеров игольного ушка, а потом… БАХ! И рассыпалась разноцветными искрами…
Звуки вернулись, на секунду оглушив.
— Иди к Лилу, проверь, как он там! — услышала Рене и не сразу поняла, чего от неё хотят. — Рене! — Лисса встряхнула её за плечи, приводя ошеломлённую орку в чувство.
Женщина, отрывисто кивнув, бросилась к сыну.
* * *
Хэйвард зло оттянул ошейник, натуральным образом его душивший. Эту пакость ему нацепили сегодня утром. Стоило артефакту начать работу, как капитан практически сразу ощутил колоссальную разницу между тем, когда тело кипит от переполняющей энергии, и тем, когда его резервуары с маной буквально ополовинили. Магический калека — вот кто он теперь.
В этот вечер совещание группы заговорщиков против новой власти отменили — слишком много в городе появилось людей градоправителя: они патрулировали улицы с вечера до сигнала побудки; ходили в шахты, проверяя рабочих, держа в руках металлическую палку, бившую током всех, кто, по их мнению, халтурил.
И Хоггу, и Хэйварду сегодня пару раз перепало — и ничего приятного в том не было, отныне они не воины с тремя-четырьмя звёздами, а слабосилки.
Вместо встречи с повстанцами капитан снова схоронился с Лиссой в шахтах, дабы девушка могла закончить работу над первой аркой. Пока Ньюгорд не успел переписать всё население и их отсутствие в Варге никто не заметит.
— Тебе нужна эта и следующая ночь? — уточнил он, когда они добрались до места.
— С аркой я закончу до сигнала побудки. И вот это, — тонкий палец указал на его ошейник, — сниму тоже сегодня, — огорошила его Лиса.
— Ого! — обрадовался Хэйв. — Всё, не мешаю. Работай!
— Ага, — кивнула юная магиня и хотела было устроиться на земле, но капитан успел её остановить:
— Погоди! — воскликнул мужчина и вынул из своей сумки туго свёрнутый плед, развернул и положил на землю.
Лисса удивлённо округлила глаза и ехидно спросила:
— С чего вдруг? Ты решил за мной поухаживать? — и изогнула брови, в ожидании ответа.
— А если да?
— Неожиданно, как говорится, ничего не предвещало.
— Лучше поздно, чем никогда.
— Тоже верно. Спасибо.
— Всегда пожалуйста, от чистого сердца.
— Такая забота всегда приятна. Было бы грустно, ежели бы всё это, — девушка повела рукой над пледом, — делалось в корыстных целях.
— Что с тебя взять? Разве только свободу от ошейника, — наигранно серьёзно кивнул мужчина. — А ведь у меня с собой не только покрывало, — и вынул из того же мешка свёртки. — Тут вяленое мясо, купил в лавке, продавец сильно хвалил. Здесь сыр, настолько твёрдый, что зубы сломать можно, но вкусный, насыщенный, в равной степени и пахучий. Здесь лепёшка с луком.
— Это ты круто заходишь, должна я заметить! — не выдержала Алиса и широко улыбнулась.
— И вино есть! Надеюсь, не совсем паршивое.
— Контрольный в голову? — откровенно веселясь, фыркнула девушка.
— А как же? — подмигнул Хэйв.
Их глаза встретились. Что-то общее вдруг расцвело между ними, оно и раньше ощущалось, но сейчас оно стало почти осязаемо.
— Веришь, меня всё преследует странное чувство… Будто я тебя знаю.
— Словно я тебя знаю, — почти в унисон, зачем-то перейдя на полушёпот, они высказали вслух те мысли, которые долгое время бередили их души.
Хэйвард протянул руку и осторожно убрал упавшую на лицо Лиссы прядь волос.
— И тогда твои глаза были светло-карего цвета, янтарные. Но такие же решительные и бездонные. Сияющие, будто звёзды.
— А ты… Мне кажется, ты был выше и куда опаснее, — выдохнула Алиса, заворожённо всматриваясь в глаза мужчины напротив.
И время остановилось.
Во всей Вселенной остались лишь он и она. И этого было достаточно, чтобы вспомнить ещё кое-что…
Юная магиня закрыла глаза, вскинула руки и, зашептав слова на незнакомом языке, несколькими резкими движениями кистей нарисовала рунную печать, обхватила сияющую конструкцию руками и потянула вниз, чтобы впечатать её в последнюю линию Первой арки.
Заклинание втянулось в чужую вязь символов, встроилось в систему, повлияло на заложенный смысл, чуть его меняя.
Дрогнула земля, трещины зазмеились по каменному полу, с потолка посыпалась пыль, оседая на головы и плечи.
Арка вспыхнула алым пламенем, знаки, нанесённые когда-то неизвестным артефактором, в которые Лисса включила свои собственные, пришли в движение, принимая новый порядок.
Магический свет на улицах и в домах Варга вдруг погас, но через пару секунд освещение вернулось. Сидевший у себя в кабинете Гун Ньюберг вздрогнул от неожиданности, едва не уронив на стол свиток, который читал.
— Что происходит⁈ — вскричал он. — Немедленно выяснить!
Тем временем перед Алисой открывались новые возможности: внутренним зрением она «видела» все арки, на всех уровнях. И ту, скрытую от глаз. И могла влиять на каждую из них.
— Не шевелись, — голос девушки стал глубже и холоднее.
Р-раз! И ошейник Хэйва осыпался пеплом.
— Нам надо спешить. Угощение я непременно отведаю позже. А сейчас у нас на то нет времени.
