Руди быстро огляделся вокруг. Сама тропа снова изменилась. С верхних пиков гор на них мягко начинал наползать легкий туман. В его пока еще легком флере деревья постепенно оживали и превращались в кривляющиеся привидения.
- Мы зашли довольно высоко, - сказал Ингольд спокойным, приятным голосом. - Теперь путь будет труднее. Приятные дорожные наваждения закончились. Отсюда начинается царство зла и праздного, назойливого любопытства. Сюда забираются только те, кто ищет способ стать чародеем и способен рассмотреть ловушки, не попав в них, или кто намеревается причинить чародеям настоящее зло.
- Но... что же нам делать? - прошептал испуганно Руди.
- Делать? - Из-за плотно окутавшего их тумана Ингольд казался бесплотным. Лица не было видно совсем. - Конечно же, разогнать туман.
Сомневаясь в себе и заикаясь от волнения и переживаний, Руди начал заклинать погоду словами, выученными от Ингольда. Легкий холодок коснулся его лица, и он почувствовал, как погружается в серебристое облако. Руди попытался направить свою энергию против облака, но вдруг понял, что чужая энергия сильнее, старше и бесконечно сложнее. Он одиноко застыл, задыхаясь под влажной пеленой тумана, поражаясь его плотности. Ему захотелось сбежать от него, все равно куда, только бы выбраться из злобных, сильных рук, набросивших на него сеть.
- У меня не получается. Я не могу, - прошептал он с отчаянием.
Ингольд неодобрительно поцокал языком:
- Как это ты не можешь!.. Сможешь, и еще как сможешь! В противном случае нам придется остаться здесь или идти неизвестно куда. Поторопись. Скоро наступит ночь.
- Черт возьми! - застонал Руди. - Помоги мне. Усиль мою энергию.
- Зачем? У меня точно такая же, как у тебя.
- Да нет же! Ты же можешь разогнать эту дрянь, как паутину по углам!
- Руди! Точно так же, как ты, - теперь Ингольд казался размытым пятном в плотном тумане, но голос его оставался теплым и ободряющим, как огонь на холоде. - Сила твоей энергии - это сила твоей души. Разве ты этого не понимаешь? - Ингольд ближе подошел к нему. На грубой ткани его одежды жемчугом блестела роса. - Твое чародейство растет вместе с тобой.
- Откуда ты знаешь? Ты чувствуешь мою энергию? - наивно спросил Руди. - Я... я как мальчишка, вступивший в драку со взрослым мужчиной. Я никогда не смогу...
- Если ты будешь продолжать говорить "никогда" и "не смогу", то все будет именно так, как ты говоришь, - ответил Ингольд. - Ты сам поверишь в свое "не могу". Разве тебе неизвестно, что если мальчишка опирается спиной о стену, то он может сражаться со взрослым мужчиной, а иногда он может и победить его.
Руди смущенно притих. Над туманом небо начинало темнеть. С уже невидимых вершин потянуло вечерним ветерком...
Вот оно! Ветер! Бесконечный ветер равнин! Аккуратно, не произнося ничего лишнего, и в пределах разумного Руди вызвал ветер.
Ветер был обжигающе ледяным и принес запахи камня и ледников с вершин. Резкий, сильный и настойчивый, он дул и дул, разгоняя туман вокруг них, как надоевшие привидения. Облака откатывались с тропы и исчезали где-то там, за кустами. Под порывами ветра деревья недовольно стряхивали с себя влагу на путешественников, стараясь уцепиться ветвями за развевающиеся волосы Руди и закрыть ему глаза. Он отступил назад на тропу. Следом за ним остановился Ингольд со своем осликом.
...Эту ночь они провели прямо на земле, под деревьями. Вокруг их стоянки Ингольд очертил защитный магический круг, слабо мерцавший. Но в эту полную шепотов ночь ничто больше им не угрожало. Утром тучи рассеялись, и Ингольд указал на проход, по которому им предстояло пройти, - тонюсенький карниз в черноте горного монолита.
Весь день им казалось, что они двигаются на север, но вдруг рядом с Ингольдом появились их собственные следы, которые они раньше оставили, проходя здесь. Они были уже очень высоко. Никаких деревьев здесь не было. Над тропой возвышались гордые скалы. На их пустынных склонах иногда попадались весь перекрученный от высоты живой дубок или группки пахучего вереска. Вода стремительной прозрачной вуалью срывалась вниз, мерцая и переливаясь, как затейливое искусное кружево. Местами она кипела в каньонах, дна которых не было видно. Тропа опасно петляла по крутым горным камням под нависшими над ней валунами. Местами тропа просто пряталась под валунами или под осыпями мелких камней вперемешку с валунами.
Руди подумал, а что бы с ним случилось здесь, если бы рядом не было Ингольда?
Теперь впереди шел Ингольд, стараясь выбрать путь поудобнее. Руди удивлялся, чего это он так вчера разволновался от неудавшихся заклинаний? Стараясь не отстать, он не замечал и половины наваждений, разгоняемых Ингольдом. Без него он никогда не смог бы перейти кипящие стремнины взбухших рек, казалось бы, в самом опасном и глубоком месте. И он сам никогда не смог бы отыскать тропы к отвесному утесу. А мосточек через канаву?
Потом перед ними вырос величественный пролет моста, камни которого заросли мхом от старости. Мост возвышался горделивой аркой, соединяя противоположные берега глубокого каньона. Его тень слабо виднелась на валунах далеко внизу с обеих сторон горного потока.
- Что это за мост? - захотелось узнать Руди.
- Его здесь нет, - просто ответил Ингольд.
Руди удивленно взглянул на него, потом подошел к началу моста и ударил по нему посохом. Дерево ударилось о скалу.
- Часть дальнейшего пути неизвестна мне, - продолжил чародей. Недавно дорога изменилась и стала опаснее. Мне приходилось переходить через это ущелье. Но никакого моста здесь никогда не было.
- Может быть, его построили недавно, уже после того, как ты был здесь в последний раз?
- В начале лета?.. Вряд ли. Взгляни, он весь покрыт мхом, и камни так истерты. Мост выглядит так, как будто он здесь со дня сотворения мира. Я абсолютно убежден, его здесь не было! - он пожал плечами. - Его совсем никогда здесь не было.
- Кажется, я припоминаю, как однажды ты говорил мне о неверии в свои собственные восприятия... - рассудительно начал Руди.
Ингольд рассмеялся, вспомнив их первую беседу в старой хижине в горах Калифорнии:
- За что я и поплатился, - ответил он смиренно. - Мы сейчас пойдем с тобой другим, более тяжелым путем. И если вдруг окажется, что мост настоящий, а не иллюзорный, ты сможешь обругать меня, как тебе захочется. Я приму твои слова со смирением и низко поклонюсь тебе.
Но когда они, исцарапанные в кровь и измученные сопротивляющимся упрямым Че, по невероятной тропе выбрались на противоположную сторону ущелья, Руди оглянулся на мост и изумленно застыл: величественный каменный мост оказался всего лишь иссохшей веточкой ивы, хрупкой, как паутинка, из которой чародеи плетут свои наваждения. Он увидел груды скелетов на дне ущелья.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
