идущий между каменьев, совсем на боку, особенно когда он, с высоты волнения, спускаясь в глубину, казался падающим прямо на башню. Напротив, нельзя представить и описать ту радость, когда фрегат, миновав рифы, входил в порт, где корабли стояли спокойно и безопасно, как в реке… Всю ночь буря свирепствовала с равною силою, и если бы не успели засветло войти в Сиракузы, то по всем вероятностям, сею ночью потонули бы в море, ибо фрегат, пробитый ядрами в подводной части, потек и имел многие другие повреждения в корпусе и мачтах».
Весь первый день стоянки приводили «Венус» в порядок. Матросы, шлепая босыми ногами по палубе, драили песком и камнем доски до слепящей белизны, окатывали из парусиновых ведер забортной водой, заодно обливались и сами.
Затем командир съехал на берег, чтобы нанести визит местному губернатору и начать переговоры о закупке пороха. Вечером губернатор устроил в честь гостей прием. Фрегатские офицеры чувствовали себя несколько скованно в окружении бесконечных герцогов, принцев и маркизов, имевших столь длинные имена, что из всех них удалось запомнить лишь самого худородного: Дона Франческо Конте де Сто Джовани. Стол был хорош. И не евшие несколько суток кряду офицеры особенно упрашивать себя не заставили: зелень вовсю заедали мороженым, а рыбу тортами. Впрочем, это никого не удивляло, ибо все герцоги и принцы через какие-то полчаса от начала обеда были уже в более чем приподнятом настроении. Все они наперебой рассказывали анекдоты о своем новом короле Иосифе Бонапарте и с благодарностью вспоминали русского генерала Бахметьева, сделавшего за несколько месяцев их опереточную неаполитанскую армию вполне боеспособной. Здесь же за столом Развозов обговорил цену на порох и его количество.
Узнав о прибытии в порт русского фрегата, на «Венус» прибыл офицер стоящего здесь Шотландского горного полка и пригласил офицеров на строевой смотр. Офицеры кинули «на морского», кому идти смотреть на марширующих шотландцев. Выпало, разумеется, Броневскому. Остальные отправились гулять в город.
На следующий день грузили порох. Развозов самолично смотрел качество: брал в руку горсть пороховых зерен и пристально рассматривал. Порох был хорош: все зерна равные по размеру и сизого цвета, при растирке же давали однородный цвет, признак того, что порох был тщательно смешан.
Сиракузы покидали с тихим ветром. Берег уже почти скрылся, но громада Этны еще долго была видна.
Несмотря на общее хорошее настроение, Развозов был не слишком доволен. Пороху в Сиракузах удалось закупить намного меньше того, что хотелось.
– Попытаем счастья в Палермо! – решил командир «Венуса».
Миновав остров Фаро, держа курс между Сицилией и Липарскими островами. Войдя в Палермскую гавань, «Венус» положил якорь против британского линейного корабля, под контр-адмиральским флагом. То был 74-пушечный линейный корабль «Помпея» личного врага Наполеона, знаменитого Сиднея Смита, того самого, который в свое время не дал ему захватить в Сирии крепость Акру.
Несмотря на любезное общение, разжиться порохом в Палермо тоже не удалось. До «Венуса» городские запасы уже довольно серьезно уменьшили англичане. Сам контр-адмирал посоветовал плыть на Мальту:
– Там наши главные магазины, там и пороху возьмете сколько надо!
– Это так, но хотелось бы обернуться побыстрее! От Далмации до Мальты и обратно концы не близкие! – посетовал Развозов.
– Увы, ближайшие магазины лишь у Бонапарта, а он весьма жаден до своего добра!
На том и расстались.
До Мальты добрались без происшествий. Бывшая обитель ордена госпитальеров встретила российских моряков мрачностью нависших над берегом фортов. Едва вошли в бухту, Развозов поспешил к губернатору генералу Баллю. Тот, осведомившись о том, как идут дела у адмирала Сенявина, и узнав, что Мармон осажден в Новой Рагузе и со дня на день будет пленен, тотчас подписал все бумаги на просимый порох.
– Мы понимаем, как вам сейчас тяжело, а потому дадим лучшие из наших порохов! Как не помочь союзнику! – заверил командира «Венуса» Баллю.
Перед приемом пороха прозвучала обязательная команда: «Погасить весь огонь!»
Пока грузили, неожиданно лопнул бочонок. Из него черной струей высыпался порох на палубу. Стоявшие наготове матросы немедленно подскочили и мокрыми тряпками вытерли палубу. Не дай бог, попадет случайная искра!
Когда порох загрузили, Развозов велел вскрыть одну из бочек. Судовой бондарь в один удар сбил обод и высадил верхнюю крышку. Капитан-лейтенант зачерпнул горсть пороха, помял в руках, все зерна были разного размера, к тому же сплошь в белых и желтых крупинках, следах селитры и серы, что ясно говорило о некачественном смешении компонентов, отчего порох теряет большую часть своей силы. Развозов с раздражением ссыпал порох обратно:
– Порох дрянь! Никакой зерни, одна пыль!
– Что будем делать? – спросили его.
– Будем брать этот! Лучшего все равно не дадут!
Вечером офицеры собрались прогуляться в местный театр, а затем, если карта ляжет, заглянуть и к актеркам. Володя от такого времяпровождения отказался, ибо, оставив в Катторо молодую жену, не смел и подумать о таком разгуле.
– Не хочешь, как хочешь! – не обиделись остальные. – Тогда становись на вахту и отпусти того, кто по такому разгулу соскучился!
Что поделать, пришлось заступать не в очередь. Едва заступил, как с берега подошла дежурная шлюпка. Старший на ней унтер-офицер поднялся на палубу:
– Так что, ваше благородие, подошли на пристани к нам наши, что в войсках англицких служат, и слезно просили забрать их к себе!
– Какие еще не наши? – не понял Броневский.
– Да бывшие пленные, что от французов сбежали, да к англичанам попали! – пояснил ему унтер. – Так что будем делать?
– Для начала доложим капитану! – решил Броневский, – А там видно будет! Сколько их здесь обитает?
– Да говорят, что много!
На следующий день Развозов с утра отправился к губернатору.
Тот, выслушав, сдвинул брови:
– Вы за порохом приплыли или за беглецами?
– Это не беглецы, а сбежавшие из французского плена!
– А нет ли у вас на фрегате английских дезертиров? – перешел в наступление генерал Баль.
– Естественно нет! Об этом я написал в декларации по прибытии в ваш порт. Впрочем, вы можете проверить!
– Я прикажу поискать русских, если таковые имеются!
– Буду чрезвычайно признателен!
К вечеру на «Венус» были доставлены восемь бывших российских солдат. Ступив на палубу судна, они целовали доски и плакали:
– Господи, неужто до дома родного добрались!
– До дома, браток, пожалуй, нам еще далеко будет! – говорили им матросы, окруживши со всех сторон.
– У своих, все одно, что дома! – вытирали слезы прибывшие.
– Есть ли еще на Мальте русские? – расспросил бывших пленных Развозов.
– Есть! – ответили те в один голос. – И очень много!
– Но генерал английский говорит, что более нет!
– Остальных по его приказу в казематах попрятали!
– Что будем делать? – обступили Развозова офицеры. – Англичане же нам вроде как союзники! Но и
