Очередной двор, очередные дома и стены. Вокруг по-прежнему темно. Но вот небо стало не таким тёмным, появился признак восхода, значит, у меня остался ещё час - полтора, а потом рассветёт по-настоящему. Лучше бы идти осторожно, но сколько мне ещё идти - непонятно, городскую стену ещё не видно. И тогда я решился на отчаянный поступок - я побежал. С поднятыми растопыренными руками, отчаянно подпрыгивающий перед каждой стеной, я, наверное, сильно напоминал какую-нибудь обезьяну, непривычную к ходьбе по земле. А если учесть, что глаза у меня были закрыты, прыгал я сквозь стены, да всё это ночью, то… не завидую я тем, кто увидел меня случайно этой ночью. Но меня поджимало время, и надежда была только на скорость и на то, что на скорости я дыры в полу просто перескочу. Если конечно, не попаду в неё как раз во время прыжка.
Через некоторое время выявились ещё две проблемы. Собаки, которые и раньше бросались на меня с лаем, теперь, при виде моей бегущей несуразной фигуры вообще бесились и не могли успокоиться. И скоро я заметил, что за мной тянется хвост бешенного незатихающего лая.
Второй проблемой стали люди. Не кто-то конкретный, а вообще все, кого я нечаянно касался во время своей беготни. Люди спали и в кроватях, и на лавках, и просто на полу вповалку. Бывало так, что я не мог поставить ногу, не наступив на кого-нибудь. Не знаю, в чём была причина, но каждое новое прикосновение я ощущал всё более остро, как будто меня било током. И образы, которые я ощущал, становились всё более яркими и резкими. Я не успевал осознать их, стараясь поскорее избавиться от прикосновения, но они оседали где-то внутри, я прямо физически чувствовал это.
Но была и некоторая польза от этого. После каждого удара "током" зрение становилось всё более ярким и чётким, и вскоре я уже видел всё вокруг почти как днём. Можно было бы порадоваться, но в одном из домов я наткнулся на умирающего. Получилось так, что там было много закоулков, я сбавил скорость, и когда прошёл сквозь очередную стену, оказался в ногах лежащего человека. И он смотрел мне прямо в глаза. На этот раз ощущения были совершенно неописуемые. Человек умирал, и меня захлестнула смертная тоска, которую он испытывал. Мы замерли, глядя друг на друга. Вокруг полумрак, только небольшая горящая плошка чуть светит в углу голой комнаты. Я стою в его теле, а он смотрит на меня спокойно, с непонятной надеждой и даже радостью. Боль и страх заполняют меня, а он вдруг начинает улыбаться. И чем больше боли и тоски переливалось в меня, тем радостней становилась его улыбка. Потом вдруг прошептал: "Спасибо" и умер. Глаза ещё смотрят на меня, но боли уже нет. И душа непонятно как и непонятно куда, но уходит. Я это сразу понял. Через несколько минут человек опустел, но что-то передал и мне. Нечто неосязаемое, непонятное, но передал. Так же как и все те люди, которых я касался этой ночью. Господи, что со мной творится, и во что я превращусь?!
До городской стены я всё-таки добрался. За стеной очередного дома вдруг оказалась довольно просторная улица, и в какой-то паре сотен метров виднелась и стена. Я облегчённо вздохнул. Огляделся по сторонам - вроде никого нет, вроде тихо. Тихо - это, конечно, относительно. За спиной раздавался многоголосый вой и лай сходящих с ума собак. Последние сотни метров я наплевал на осторожность и ломился напролом, одержимый только одной мыслью - успеть к стене до рассвета. Народ уже начал понемногу просыпаться, и моё появление никого не радовала. Открытые рты, вопли ужаса, маты. Но мне было безразлично. Ещё немного, последний рывок, а за стеной я буду себя вести как порядочный горожанин.
Сто метров, пятьдесят, ещё немного, и вдруг с двух сторон на улицу выходит чуть ли не десяток солдат и наглухо перекрывают её. И все смотрят не в стороны, а только на меня. Твою мать!
Я замер, не зная, что думать и что теперь делать. Что всё это значит? Облава, обычный патруль или ещё что? Обматерят, завернут или начнут проверять? Между тем вперёд вышел весьма уверенный в себе мужик в гражданском. Во всяком случае, доспехов и оружия у него не было.
- Ну что же вы, молодой человек, остановились? Так торопились сюда, всех собак переполошили, а теперь вдруг стали таким скромным. Давайте, подходите, не стесняйтесь - произнёс он с лёгкой усмешкой.
Всё правильно, матюгнулся я про себя. Если часовые на стене не полные идиоты, то они обязательно обратили внимание на необычное поведение собак. Как говорила Илона, отметить две точки, провести прямую. После этого осталось выслать наряд, перекрыть улицу, и пожалуйста, вот он я, тепленький, на блюдечке с голубой каёмочкой. Можно было всё это предусмотреть, но как обычно, не хватило времени, ума и сообразительности. Но в гости к этому улыбчивому дяденьке мне совершенно не хочется, да и некогда. Прикрыв глаза, я осторожно покрутил головой, высматривая, в какую сторону бежать. Мужик среагировал мгновенно.
- Не стоит даже пытаться, будет только хуже.
Возможно, но попробовать всё-таки стоит. Я начал поворачиваться, как вдруг от этого мужика в меня полетело нечто тёмное, напоминающее медузу с развевающимися щупальцами. Руки среагировали быстрее, чем мозги. Свистнул меч, и медуза, уже начавшая оплетать меня щупальцами, распалась на половинки. Я для верности рубанул её ещё раз, и она растаяла как дымка. Во взгляде мужика появилось удивление. Затем он вытянул в моём направлении руку, и теперь в меня полетело уже нечто твёрдо-липкое. На этот раз я действовал уже более сознательно. Чуть уклонился в сторону и срубил предполагаемый снаряд, когда он пролетал мимо. Блеснула небольшая вспышка, и снова стало тихо. На этот раз взгляд у мужика стал откровенно удивлённым. Но я не стал дожидаться, пока он придумает что-то новенькое. Не до игрушек сейчас. Резко развернувшись, кинулся назад.
- Стой! Схватить! - раздались крики сзади.
Ага, прям щас и встану. Отбежав немного, бросился в первый же встреченный переулок. Пробежал ещё немного и бросился в стену. Пускай теперь они дома прочёсывают, а мне лучше дворами.
Действовал я теперь более осторожно. Дом пробегал быстро, а вот из наружной стены сначала осторожно выглядывал, убеждался, что путь свободен, и только после этого перебегал открытое пространство. Последние метры перед городской стеной осматривал очень долго - здесь торопливость могла только навредить. Но вокруг было чисто. Вдалеке слышались команды и свистки. Видимо, солдаты устроили облаву на меня. Но самое главное - между мной и стеной никого не было. Наверху, на стене, болтался часовой, но он больше смотрел в город, чем на дом, в котором я прятался. Наконец он отвлёкся на что-то в стороне, и я сразу рванул к стене. "Прижавшись" к ней, с минуту выжидал, что снова начнутся крики, но вроде обошлось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
