Глокнер, фермер с университетским образованием, рассказал австрийскому журналисту, что он был потрясен, когда обнаружил своих коров в липко-белых экскрементах и испытывающих сильную диарею. Их молоко содержало кровь, что-то неслыханное при лактации. Некоторые коровы внезапно прекратили давать молоко. Затем между маем и августом 2001 года один за другим умерли пять телят - чрезвычайно тревожный случай.
Глокнер, в конечном итоге, потерял почти все свое стадо в 70 коров. «Сингента» отказалась от любой ответственности за события, настаивая, что, согласно их тестам, коровы нейтрализуют токсин Bacillus thuringiensis в Bt-176 кукурузе. Несмотря на уклонение «Сингенты» от любой ответственности, Глокнер не сдался и получил независимую научную экспертизу своей земли, своей кукурузы и своих коров. Одна лаборатория возвратила результат, который подтвердил мнение Глокнера, что Bt-176 кукуруза от «Сингенты» была причиной. Экспертиза показала, что в его Bt-176 кукурузе с 2000 года содержалось 8,3 микрограммов токсина на килограмм. В июне 2004 года профессор уважаемого Института геоботаники при Швейцарском федеральном институте технологий в Цюрихе Ангелика Хирбек обнаружила, что в предоставленных Глокнером образцах Bt-токсины были «найдены в активной форме и чрезвычайно устойчивыми», весьма тревожный результат, несмотря на возражения «Сингенты». [322] Эта независимая экспертиза для Глокнера оказалась в полном противоречии с утверждениями «Сингенты», что ее исследовательский центр в Северной Каролине «не обнаружил Bt-токсинов в представленном образце».
В 2005 году та же самая «Сингента» сделала смелый шаг, чтобы вложить капиталы в основную долю патентов ГМО «Терминатор». «Сингента» обратилась за патентами, которые могли позволить компании эффективно монополизировать ключевые генные ряды, которые жизненно важны для воспроизводства риса, так же как множества других видов растений. Энтузиазм «Сингенты» по поводу генома риса проистекал из основных генетических черт риса (то есть, ДНК или протеиновой последовательности), общих с другими видами в пределах от кукурузы и пшеницы до бананов; эти генетические общие черты были названы «соответствиями». В то время как «Сингента» одной рукой жертвовала рисовую зародышевую плазму и информацию общественным исследователям, она вместе с другими пыталась монополизировать запасы риса. [323]
Сомнительная вовлеченность «Сингенты» в историю с рисом и патентами включает ее причастность к ГМО Золотой рис и членство Фонда «Сингента» в Консультативной группе по международным сельскохозяйственным исследованиям (КГМИСХ). [324]
ГМО и мероприятия Пентагона
Весьма известным был тот факт, что трое из четырех глобальных ГМО-игроков были не только расположены в США, но и десятилетиями были причастны к поставке Пентагону военных химикатов, включая напалм и печально известный дефолиант «Агент Оранж», использовавшиеся американскими вооруженными силами во Вьетнаме.
Манера, в которой эти три американские компании ранее имели дело с общественным мнением по поводу своих химикатов, едва ли была основанием для того, чтобы убедить кого-либо, что те же самые компании заработали общественный мандат управлять здравоохранением и безопасностью пищевой цепи человека через исключительное доминирование генетических патентов на все существенные продукты в мире.
В начале 2001 года новозеландский журнала «Инвестигейт» сообщил о тревожном открытии. В статье, озаглавленной «Мерзкий маленький секрет «Доу Кемикал» - свалка «Агента Оранж» найдена в окрестностях новозеландского города», бывший высокий чин на химической фабрике «Айвон Уоткинс Доу» в Нью-Плимуте подтвердил худшие опасения местных жителей: часть города стояла на секретной свалке токсичных отходов, содержащей смертельный вьетнамский военный дефолиант «Агент Оранж». «Мы захоронили его под Нью-Плимутом», - подтвердил он. Статья добавляла: «И если необходимы еще дальнейшие доказательства того, что излишки «Агента Оранж» были свалены в Нью-Плимуте, то местные жители нашли тару от химиката на берегу ручья Вайрека». «Доу Кемикал» держал это в секрете 20 лет. [325]
Судебные иски против американского правительства как от гражданских лиц, так и от отставных военных - жертв заболеваний, приобретенных во Вьетнаме в результате воздействия «Агента Оранж», - все еще слушаются в американских судах, спустя более тридцати лет после окончания Вьетнамской войны.
В 1990 году адмирал в отставке Эльмо Р. Цумвальт получил задание провести расследование о том, знало ли правительство о токсичном воздествии «Агента Оранж» на своих собственных солдат и гражданских лиц. Доклад Цумвальта гласил: «С 1962 по 1970 год американские вооруженные силы распылили во Вьетнаме 72 миллиона литров гербицидов, главным образом, «Агент Оранж». Более миллиона вьетнамцев попали под это распыление вместе с более чем 100 тысячами американцев и солдат союзников». Как уже упоминалось выше, доктор Джеймс Клэри признал, что в «военной» формуле концентрация диоксина была очень высокой, но это считалось нормой, так как смесь применялась к «врагу». [326]
К 2005 году три американских лидера в распространении генетически спроектированных сельскохозяйственных семян и гербицидов выстраивали свои аргументы против любого правительственного регулирования их исследований или безопасности их генетически спроектированных семян, утверждая, что самым надежным и эффективным путем обеспечения безопасности ГМО было бы простое доверие им. Вот история одного из трех американских производителей «Агента Оранж» - «Монсанто», которая без прикрас показывает то, как высоко эта компания ценила честность и человеческую жизнь.
Кейт Паркинс описывал доклад «Монсанто» во Вьетнаме:
««Монсанто» была главным поставщиком. У «Агента Оранж», произведенного «Монсанто», уровни диоксина были во много раз выше, чем в произведенном «Доу Кемикал», другим главным поставщиком «Агента Оранж» во Вьетнам. Диоксины - один из самых ядовитых химикатов, известных человеку. Допустимые уровни измеряются в единицах на триллион, идеальный уровень - ноль. «Агент Оранж», произведенный «Монсанто», содержал 2,3,7,8-тетрахлорид бензопарадиоксин (TCDD), чрезвычайно смертельный даже по сравнению с другими диоксинами. Уровни, найденные во внутреннем 2,4,5-Т, были приблизительно 0,05 промилле, в тех, которые отправлялись во Вьетнам, достигали максимума в 50 промилле, то есть, в 1 ООО раз выше нормы.
Причастность «Монсанто» к производству диоксина, загрязненного 2,4,5-Т, относится - еще к концу 1940-х. Почти немедленно рабочие начали жаловаться на сыпь на коже, необъяснимые боли в членах, суставах и других частях тела, слабость, раздражительность, нервозность и потерю полового влечения. Внутренние записки «Монсанто» показывают, что «Монсанто» знала о проблемах, но скрывала их».
Паркинс приходит к выводу, что «широкий диапазон продуктов, произведенных «Монсанто», был загрязнен диоксинами, включая широко используемый домашний дезинфектор «Лисол». Попытки «Монсанто» скрыть это стали явными, когда суд присудил «Монсанто» штрафные санкции на 16 миллионов долларов США. Было доказано, что «Монсанто» запугивала служащих, чтобы сохранить все в тайне, вмешивалась в свидетельства, предоставляла Агентству по охране окружающей среды ложные данные и образцы. Расследование Кэйт Дженкинс из отдела нормативной документации Агентства зафиксировало сведения о систематическом преступном мошенничестве». [327]
Приблизительно 50 тысяч вьетнамских детей появились на свет с «ужасающими уродствами» в районах, обработанных «Агентом Оранж», - практика, которая была прекращена только в 1971 году. [328] Это была чрезвычайно прибыльная для подразделения продаж химикатов «Монсанто» операция. [329]
В 1999 году канадское национальное радио «СиБиСи» выпустило в эфир интервью с доктором Кэйт Дженкинс, химиком-экологом из Агентства по охране окружающей среды американского правительства. Касаясь ситуации, когда «Монсанто» предъявлялись судебные иски от американских ветеранов за предполагаемое отравление диоксином из-за воздействия «Агента Оранж», она отметила, что
««Монсанто» была очень обеспокоена последствиями этих судебных преследований со стороны вьетнамских ветеранов. Таким образом, они волновались по поводу судебных процессов. Они издали пресс-релиз во время иска вьетнамских ветеранов, утверждающий, что наши исследования показывают, что диоксин не вызывает раковых образований у людей.
За эти исследования платила «Монсанто». Практический результат - то, что вьетнамским ветеранам отказали в компенсации за их раковые образования, за то, что их дети рождались дефективными. Вы не могли выиграть судебное дело, если вы предъявили иск химической компании за воздействие диоксином.., я - химик, экологический ученый, работающий на Агентство по охране окружающей среды с 1979 года. Я имела возможность исследовать фактические утверждения ученого, который провел исследования для «Монсанто». И те были весьма разоблачающими. Моя оценка исследований: я использовала бы слово «подстроенные». Они проектировали исследование так, чтобы получать желаемые результаты. У неподверженного риску населения, которое, как предполагалось, не имело контакта с диоксином, имелись случаи. С другой стороны, определенные ключевые случаи раковых образований были изъяты из исследования «Монсанто» по сфальсифицированным причинам». [330]
