языке, однако, еще и на своем, приплетая даже пару английских фразочек. После девушки получили знатный нагоняй от Туркменистана и коробку с украшениями. Сидя на диване с обиженными взглядами, Литва и Латвия распутывали переливающийся на свету клубок из мишуры. И опять беда. Девушки сумели запутаться в этом разноцветном нечто, и братьям вновь пришлось отрываться от своих дел, чтобы им помочь.
Со стороны это выглядело очень забавно, Штаты даже слегка улыбнулся.
Двигаясь в сторону кухни, американец наткнулся на Эстонию, Казахстана и Великобританию, которые вешали на стены постеры “Счастливого Нового года!”, мишуру, шары, а на окна приклеивали самодельные снежинки и вытынанки. Когда сумерки опустятся на город и в небе зажгутся тысячи звезд, все эти картины на стекле будут выглядеть прекрасно и празднично.
- ԱՄՆ!* В этом доме есть мангал? — окликнул парня Армения, держа в руке пару шампуров.
— Прости, какой мангал? Может гриль для барбекю?
— Не! Именно мангал. — Ответил Узбекистан, вымазанный сверху донизу майонезом.
— Ну, такого у меня нет, парни.
— Че делать будем, Бека? — обратился к старшему брату армянин. — У нас целый таз “хоровац”, и куда их девать?
— Н-да… Пошли к Рос, может она чего придумает. В этом году ее очередь отвечать за новогодний стол.
Услышав имя своего предмета воздыхания, США заторопился вместе с парнями.
Грохот посуды, стучание ножей по доске, всевозможные приятные запахи готовой еды и громкие разговоры. Здесь было еще оживленнее, чем в других комнатах. Россия, взбивая белок вилкой в миске, бегала по кухне, раздавая команды своей родне. Даже Союз ей подчинялся, лишь изредка отпуская пару шуток, вызывая улыбки и смех у его детей.
— Ой! США! С добрым утром. Или днем… — как обычно, радостно протараторила Беларусь.
— Наконец-то! Мурика, иди к отцу. — Строго произнесла русская. — Он не справляется один, а свободных рук больше нет.
— What?! Russia!* Ты с ума сошла? — как можно тише сказал Штаты, бросая тревожный взгляд на коммуниста. — Чем я ему помогу? Я ни разу не готовил.
— Пф! Папа тебе покажет. Иди давай! А то обеда не получишь!
Понимая, что ему не отвертеться, США тяжело вздохнул и медленным шагом направился к СССР.
— Good afternoon, USSR.*
— И тебе не хворать. — Громко ответил Союз, продолжая месить тесто. — Что, Россия отправила? Ладно, работничек… Мой свои руки.
Ополоснув руки под холодной водой и вернувшись к “островку”, американец моментально получил задание.
— На скалку. Тонко раскатай этот кусок теста и вот этим стаканом вырежи сочни. Скажешь, когда сделаешь.
Растеряно махнув головой, Штаты не знал с какой стороны подойти к этому липкому чуду. Погрузив скалку в тесто, он попытался прокатить ею пару раз, только эта масса ни в какую не хотела принимать нужную форму, прилипая то к столу, то к рукам парня.
— Долго будешь дурака валять? — не выдержал коммунист, отвлекаясь от своей работы.
— Sorry!* Я никогда не делал ничего подобного.
— Хорош помощничек, нечего сказать… Дай сюда! Смотри внимательно, один раз показываю.
Забрав у США этот злосчастный кусок теста, СССР взял из бумажной упаковки немного муки и, рассыпав ее по поверхности стола, принялся заново месить. Штатам оставалось только восхищенно наблюдать за действиями своего “тестя”. Легким движением руки из небольшого комочка появилась ровная тонкая лепешка.
— Бери стакан дном кверху. Во! Вот это сочни. — Спокойно произнес Союз, показывая на небольшой кружок. — Наделай таких побольше.
— У вас золотые руки. Так легко это все…
— Это называется, парень, жизнь. — Перебил его коммунист, помогая вырезать сочни. — Когда остаешься один с пятнадцатью детьми, то не только тесто раскатать научишься, но и одежду руками стирать, косы плести, да штопать гору одежды. Ого. Быстро справился. Так. Теперь бери вон ту ложку. Да, эту. В миске фарш. Да, в этой. Гляди.
Взяв чайной ложкой немного мяса, мужчина выложил его на сочень, а после свернул тесто пополам и плотно залепил края.
— Вот тебе и пельмень. Делай из оставшихся, я пока еще один кусок раскатаю.
— Вы эти пельмени на Новый год делаете?
— Чего? Парень, это на обед.
Удивлению американца не было предела. Куда им столько! Здесь этих пельменей минимум полтысячи.
Все встало на свои места, когда во время обеда на поставленный парнем вопрос россиянка ответила “все сварено и съедено”.
— Спасибо, что помог отцу. — Тихо сказала Россия, держа в руках грязные тарелки.
— Да, ладно… Оказывается, Союз неплохой мужик. Я честно впервые в жизни вообще тесто это… как там говорится… месил?
Видя, как США довольно рассказывал о своем первом кулинарном опыте, русская не заметила своей радостной улыбки на лице. Все-таки это была хорошая идея.
— Ох. Мурика, то ли еще будет! Вот, когда мы все поспим днем, вечером еще больше возни появится.
— И почему мне хочется тебе верить? — улыбнулся ей в ответ Штаты.
— Russland, es tut mir Leid, dass ich unterbreche. Hast du kurz Zeit?* — довольно громко произнес Германия, отвлекая парочку от дела.
— А, Гер. Сейчас. США, спасибо, что помог.
Смотря в след уходящим немцу и россиянке, американец сгорал от ревности. Какого черта этот Германия вообще влез. Да и Россия общается с ним намного лучше. США бы тоже хотел так непринужденно с ней разговаривать.
Уже в который раз мимо США пронесся Украина, таская стулья в гостиную. Огромный праздничный стол, накрытый яркой новогодней скатертью, расположился в центре комнаты. Сейчас Литва, Латвия и Молдавия расставляли тарелки, вилки, ножи, стаканы, бокалы, рюмки и салфетки, громко напевая одну из праздничных песен, что включил Грузия. Канада и Великобритания тихо расположились на диване, наблюдая за беготней советских.
Вот появилась Беларусь и Казахстан с тарелками салатов в руках. За ними Эстония и Азербайджан с нарезкой и овощами. Эта четверка сделала несколько заходов на кухню, прежде чем стол был полностью заставлен всевозможными новогодними блюдами.
Никто даже не заметил, как часы показали одиннадцатый час. Все четырнадцать мужчин, сидя на своих местах в строгих костюмах, форме и смокингах, томились от ожидания. Скоро полночь, а девчонки все еще не спустились в гостиную. Штаты нервно стучал пальцами по столу, немец все время смотрел в дверной проем, периодически поправляя очки, СССР и англичанин спокойно разговаривали о прошлом, временами упоминая свою работу, ну а канадец и сыновья Союза весело беседовали на всевозможные темы, смеясь и подшучивая друг над другом.
Наконец, шесть девушек в своих праздничных платьях, надев на лица радостные улыбки, порадовали своим присутствием окружающих.
Американец выглядел очень довольным, ведь русская была самой прекрасной из всех ее сестер. Или ему это просто казалось. Однако не только
