Читаем без скачивания Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

Начиная с XXI века, всё больше и больше женщин переставало рожать естественным путем и прибегало к экстракорпоральному оплодотворению. Способствовала этому плохая экология и свобода нравов. Искусство ЭКО постоянно росло, лучшие учёные работали над решением проблемы рождаемости.

Но процент успешных операций неуклонно падал по неизвестной науке причине. В XXI веке, когда до появления «Ковчега» оставалась ещё тысяча с лишним лет, процент рождаемости при ЭКО составлял 15-20%. Это было приемлемо для продолжения рода, но не для увеличения численности на планете.

Ежегодное снижение численности человечества, с одной стороны, улучшала ситуацию с дефицитом ресурсов на планете, а с другой – не вселяло оптимизма по поводу будущего.

Несмотря на то, что всю свою историю «Ковчег» помогал учёным работать над рождаемостью, ситуация усугублялась. Через полторы тысячи лет, примерно через 500 лет после своего появления, социальная сеть «Ковчег» стала бить тревогу. Рождаемость естественным путем исчезла. А при сложнейшей и многократно улучшенной процедуре ЭКО успех достигался всего лишь в 1% случаев.

Люди при своей неизбежной смертности могут жить, только постоянно обновляясь. Никто не мог понять причину падения рождаемости. Все мощнейшие ресурсы были направлены на решение этой проблемы, но всё было бесполезно. Природа без объявления войны стала уничтожать человечество.

Автопилот

Как водится, перекусив и выпив с Всеволодом Владимировичем, я начал чувствовать себя с ним «своим в доску». Правда, пили мы кофе, но, думаю, для первой встречи и это считается совместным распитием напитков, которое без всякого брудершафта сближает людей. Старик был очень обаятельным. Видимо, это профессиональное, но он умел производить приятное впечатление. Мы общались с ним всего 4 часа, а мне уже казалось, что мы знакомы несколько лет.

Наверное, поэтому на его повторное предложение порулить я ответил согласием. Хотя причина может быть и в другом: мне не хотелось сажать безрассудного старика за руль, чтобы не лечить потом свои нервы. Мы спустились в бывшее метро, которое теперь перестроили в простую подземную парковку для флипов. Матовый внедорожник по-прежнему стоял рядом. Вообще, было такое необычное впечатление, что никто на этой парковке не тронулся с места. Ничего не изменилось, хотя прошло уже больше двух часов.

Старик всю дорогу до машины молчал, и это было необычно. Я с трудом представляю молчащего продавца, ведь ему всегда есть что сказать. Видимо, если даже мой молодой организм после обильной еды клонит в сон, то в пожилом возрасте это желание только усиливается. Всеволод Владимирович шёл рядом и преимущественно смотрел в пол. Его лицо не выражало эмоций. Когда мы подошли к машине, он жестом показал мне, куда сесть, и сразу прикоснувшись к двери, стал садиться на пассажирское сидение.

Я сел и с лицом опытного пилота стал прилаживать свой лист на переднюю консоль. Как только я закончил жест закрепления, экран включился и показал мне карту и панель магнитолы. У меня всегда была хорошая память на управление различными гаджетами, поэтому я провёл тремя пальцами по экрану и включил иконку «глаза». Думаю, молчаливый Всеволод Владимирович должен видеть, что я делаю на своём листе. Буду надеяться, он вмешается в управление раньше, чем уснёт сам или я вдруг отключу автопилот. Глянув в ноги, я расслабился, обнаружив там всего две педали.

Думаю, руль и две педали за эти полторы тысячи лет не перепутали свои функции между собой. Я был спокоен, но после того, как взял привычный с детства руль, стал ещё спокойней. Изнутри уже стали пробираться такие чувства, как предчувствие драйва и азарт. Старик очнулся, вышел из расслабленного состояния на пять секунд и нажал кнопку «старт», а затем ввёл на моём листе одно слово: «Домой». Убрав руки себе на колени, он как будто вспомнил кое-что и кликнул пару раз в районе нарисованной магнитолы.

Включилась очень приятная, но незнакомая мне музыка. Качество было просто потрясающим и очень непривычным. Никогда ещё я не сталкивался с такой чёткостью и чистотой записанного звука. Я слышал, как певец ходит по сцене, и даже мог ткнуть пальцем в то место, где перед лобовым стеклом сидел скрипач и барабанщик. Качество было очень знакомым, но я не мог вспомнить, где я слышал эти звуки.

Я не любитель ходить на живые концерты, но в очень раннем детстве я уже слышал нечто подобное. Через минуту наслаждения музыкой я вспомнил, где я чувствовал такое же качество. Совсем в раннем детстве, когда лишь некоторые моменты запоминаются очень ярко, я сидел в цирке и слушал живой звук оркестра, музыканты которого сидели над входом на арену. Практически ни разу с тех пор я не слушал музыкальные инструменты вживую. Везде были микрофоны, усилители и колонки, которые искажают звук так, что многим даже нравится.

Старик прикрыл глаза, намекая, что оставляет меня одного. А, может, он просто ставит эксперимент, проверяет, смогу ли я добраться до дома. Было непривычно сидеть в незнакомой машине и не слушать инструкции от сидящего рядом всезнайки. Иногда, когда Юля непроизвольно вмешивалась в моё вождение, я мечтал, что если во время движения пассажир всегда будет молчать, не давая советов водителю, наступит равновесие и мир во всём мире.

Лист уже указал на карте место назначения. На экране была указана траектория нашего выезда с парковки. Странно, но почему-то за 1500 лет интерфейс управления навигацией остался интуитивно понятным. И я сразу понял, что мне делать и когда поворачивать.

Двигатель урчал утробным голосом. Было ощущение, что сидишь не рядом с визжащим и требующим беруши мотором «Формулы-1», а рядом с настоящим произведением акустического искусства. Тут была благородная смесь всех лучших моторов, которые я слышал. Едва заметный, но вызывающий уважение бас на низких частотах. Казалось, что сидишь у огромных концертных сабвуферов, которые в любой момент могут порвать тебе перепонки, но в данный момент лишь демонстрируют свою силу на едва слышной громкости.

Я слегка коснулся педали газа носочком мягких мокасин. Моё движение моментально отозвалось изменением тональности мотора, звук стал более активным. Мотор завораживал. Педаль газа очень чувствительная. Осталось найти ручку переключения передач, и можно будет проверить «Ё-шку» в деле. Оглядевшись вокруг и не найдя её, я вспомнил, как пытался включить воду в раковине. Можно было разбудить посапывающего рядом старика, но мужская гордость не позволила этого сделать. Было бы интересно посмотреть на его удивление после пробуждения у себя дома, на третьем этаже, на балконе для авто. Я приготовился устраивать визуальный обыск, но он не потребовался.