понеслась рука, но охотник бросился за спину монстра. Все это произошло за две три секунды, а через пять Сэм прекратил бежать, развернулся и отправил в монстра сферы.
Первая практически не нанесла никакого урона: лишь иглы оставили мелкие царапины на спине. Третья смогла разворотить спину и сквозь красное месиво проступила белизна костей, а потом хобгоблин догадался повернуться к Сэму лицом. Похоже таким образом он хотел защитить спину от новых ранений, но как только он это сделал, Сэм радостно улыбнулся и отправил обе сферы в кровоточащую глазницу. Когда они врезались в глаз, из монстра вырвалось не верящее: «Агу?» А в следующий миг череп твари лопнул, разбрызгивая содержимое по потолку и стенам.
Охотник бросился к телу монстра и воткнул кортик в его сонную артерию. Вязкая энергия хлынула внутрь Сэма, и он расслабленно улыбнулся, ощущая, как восстанавливаются повреждённые мышцы, отбитые ребра и отдавленная нога. Остатки энергии пробежали по организму, вычищая шлаки отката. «Неплохо, — подумал он и озадаченно поправил цилиндр: и как теперь убрать эту гору мяса?»
Глава 22
Растворять тело хобгоблина кислотой Сэму не хотелось — слишком много силы придется вложить, а они и так на пределе. Охотник поправил цилиндр и вновь посмотрел на тело поверженного врага: возможно, что без большей части головы он и не поднимется в виде умертвия, но такое количество мяса обязательно привлечет всяких падальщиков: крыс, жуков, может даже гоблинов и сородичей твари, а лагерь находится не так далеко.
Вздохнув, Сэм начал плести большую сферу кислоты, и когда в схему лег последний знак, Сэм внимательно осмотрел полученное плетение: сложная кристаллообразная структура с несколькими стабилизирующими узлами. Хмыкнув, он добавил еще один усиливающий треугольник из трех знаков, после чего влил энергии.
В тускло освещённом коридоре набух грязно-бурый шар размером с футбольный мяч. Если присмотреться к нему, то можно было подумать, что он поглощает свет. Сэм прицелился в плиту над монстром и отправил его в цель. При полете шар смазался, а потом врезался в потолок и с тихим хлопком лопнул, а на труп пролилась желеобразная жижа, растворяющая броню, плоть и кости монстра.
Через пять минут Сэм с удовлетворением посмотрел на пол коридора залитый грязно-розовой жижей и, развернувшись, пошел в сторону лагеря. Плетение последней сферы стало тем грузом, что переломило бревно выносливости Сэма, и до лагеря он добирался медленным шагом с поникшими плечами, что впрочем не мешало ему следить за окружающей обстановкой.
По прибытию в лагерь он доложился Шепарду, сходил в душ, где с остервенением отмыл всю грязь, налипшую на него в вылазке и, выпив пару флаконов, восстанавливающего зелья, рухнул на спальный мешок. Единственное, что сейчас ему хотелось — это поспать часов десять двенадцать, а весь мир подождет.
***
Проснувшись, он какое-то время пытался сообразить какое сейчас время суток. В те пару окон, что были в их с Юри комнате вливался белый свет магических ламп, и сначала ему показалось, что он находится где-нибудь в пригороде Лондона в относительно дешевой таверне, окна которых выходили в общий зал. Но когда он повернулся, то скатился со спального мешка на холодный жесткий пол. Выругавшись, он нашел одежду и принялся одеваться.
— Пока ты спал, другие рейды знатно растревожили гоблинов и хобгоблинов, и теперь на входе в лагерь постоянно дежурят парочка боевых магов с десятком наемников, карр, — рассказал ему новости ворон.
— Мне кажется, что они растревожили их раньше: пока ты пировал, мне встретился отряд гоблинов и хобгоблин, — произнес Сэм, пытаясь попасть ногой в штанину.
— В качестве извинений могу сказать, что слетал к культистам — они зашевелились: носят ящики с ингредиентами, вычерчивают огромную фигуру на полу, а еще прибыл какой-то мужчина в кроваво красной мантии. Он долго им что-то выговаривал, опрокинул пару ящиков и скрылся в подземелье, карр.
— И ты за ним не проследил? — спросил Сэм.
— Почему же? Проследил: он скрылся в одной из дальних комнат, где у него есть лифт прямо в Церковь Крови, карр, — ответил ворон: думаю большую часть крови он возьмет у своих последователей, а кровь магов оставит на вкусненькое, карр.
— Говоришь, как бывалый вампир, — пошутил Сэм.
— Сколько культов и просто безумных магов я видел за свою жизнь — сразу не упомнишь. Вот помню один случай: один архимаг решил в ритуале усиления убить около десяти тысяч жителей своего города. А в итоге пришли вампиры и объяснили, что делать так нельзя, карр.
— Почему вампиры вступились за жителей? — спросил Сэм и прицепил на пояс ножны с кортиком.
— Там кормились сразу две династии. Выбивали приезжих разбойников, мелких бандитов, нищих, а тут им пришлось бы переезжать в другое место и бороться с другими семьями. А так жаль, что тех вампиров почти всех перебили, карр.
— Благодарные жители? — спросил Сэм.
— Какой-то заезжий наемник по кличке Лезвие. Утверждал, что являлся получеловеком полувампиром, карр.
— Утверждал?
— Его потом благодарные жители сожгли на главной площади с подачи кровожадного архимага, а он потом завершил ритуал возвышения. Только вот вместо Бирмидона на него обратил внимание Единый, и после этого в течении года можно было наблюдать, как архимаг медленно тлеет в огне одного из местных вулканов, карр.
— Жадность сгубила, — сделал вывод Сэм и спросил у ворона: Юри не видел?
— Она учит Монику и Эльзу, как оптимизировать плетения стихийных стрел, — ответил ворон.
— Это, конечно, интересно, но не буду ей мешать. Ты не в курсе: полевую кухню уже развернули? — спросил Сэм.
— Видел толпу голодных студентов в восточном секторе. Там практически настоящая столовая: куча столов и кухонная утварь, карр.
— Отлично, сходим позавтракаем, — улыбнулся Сэм и направился к выходу.
Как оказалось, Клаус озаботился неплохой звукоизоляцией, потому, что когда Сэм вышел из домика, ему по ушам ударил гомон десятков голосов, обсуждающих свои вылазки в глубины подземелья. Кто-то обсуждал способы борьбы с жуками, парочки студентов разговаривали о том в какие зелья можно будет добавить желе из гнезд насекомых. Некоторые сетовали на то, что девушки любят парней постарше, а то они залезли бы в постель к своей однокурснице. А целая группа наемников увлеченно резалась в покер. На их лицах явственно читалось превосходство, с которым они поглядывали на столпившихся вокруг них студентов.
Вскоре Сэм почувствовал ароматы жареного лука, отварного картофеля и запеченного мяса. Запах становился тем сильнее, чем Сэм пробирался внутрь восточного сектора. А вскоре показалась и виновница этого многообразия запахов: огромная палатка из труб которой валил дым, а снаружи её окружали навесы, под
