лютоволков — куда более грозный противник, чем одинокая мантикора. Недаром эти животные имели репутацию одних из самых опасных хищников имперских лесов, несмотря на всё богатство здешней фауны. Ночь была временем волков и в сей час, ни магия Шеймуса, ни рангат Крога не могли обеспечить должной защиты от звериной агрессии и инстинктов убийц. Лишь правильно избранная тактика и острые чувства Куса были способны предотвратить внезапное нападение и несколько уравнять шансы.
Кус ощетинился, глаза Шеймуса озарились золотистым сиянием, Крог прикрыл товарищей за спиной. Лиара прильнула к земле и вытянула из ножен «Фаилриз». К собственному удивлению, разум девушки более не тяготила привычная паника. Лиара знала, что пока рука Крог сжимает меч, а Шеймус способен произнести хоть слово — ей не будет грозить опасность. Само их присутствие вселяло в эльфийское сердце храбрость… и страх. Девушка понимала, что друзья буду защищать её несмотря ни на что, не жалея собственных сил и крови. Такие разные, но такие одинаковые — они не могли отступить, не имели права даже на подобные мысли, и это осознание приносило Лиаре боль.
Фиолетовая ладонь сжала резную рукоять в решительном порыве. Несмотря на трясущиеся руки, собственную слабость и нежелание проливать кровь, Лиара собиралась сделать всё, что будет зависеть от её способностей.
Скопление «Светлячков» озарило округу. Котелок продолжал бурлить ароматной грибной похлёбкой. Волки приближались.
— Кус, рагада! Шеймус, прикрой со спины! Сегодня едим волчатину!
— Хороший настрой, — несколько неоднозначно кивнул волшебник. — Возьму на себя левый фланг. Ваш… Лиара! Ты куда это собралась?!
— Буду сражаться, — приняв стойку, простонала эльфийка. — Или попробую успокоить зверей. Я не оставлю вас.
— Не в твоём нынешнем состоянии. Держись за мной. Твои способности пригодятся нам после боя.
— Но…
— Хочешь помочь — не лезь! — послышался злобный рык. Голос Крога не оставил Лиаре и шанса на спор. — Назад!
— Почему не убегаете? — неожиданно прозвучал голос, доносящийся с вершин деревьев. Голос звучал на всеобщем человеческом языке, но оставался сродни звуку мелодии и был совершенно отличен от голоса человека и эльфа. — Охотники идут. Много охотников.
Источник голоса скрывался в свете созданного Шеймусом «Светлячка», высоко над землёй и оказался недоступен взгляду путников. Однако порой, необязательно видеть объект, дабы осознать его сущность.
— Это же… нимфа, — промолвил маг. — Разновидность духа цветов.
Создание опустилось чуть ниже, явив свой причудливый образ. Чуть более одиннадцати дюймов роста, порхающая на тоненьких крыльях крошка — гибрид миниатюрной девушки и некого лазурного цветка. Платьице из лепестков являлось частью её тела, как и лиственная диадема, венчавшая чело. Тоненькие крылья, схожие с крыльями бабочки и лепестками орхидей, предавали каждому её движению лёгкость и невесомую грацию, позволяя нимфе парить над землёй.
— Вот кого чуял Кус! Фея! Малявка привела волков!
— Крог, подожди, — вмешалась Лиара. — Это ведь не правда? Не ты привела охотников?
Крошка покачала головой в причудливой отрицательной манере.
— Так, вы, не хотите сражаться? — прозвучала она голосом едва ли подходившим под привычное описание речи.
— Мы бы, знаешь ли, и рады избежать драки, — не теряя концентрации, прохрипел маг. — Но деваться особо некуда.
На лице крохи проступило удивление. Её любопытный взгляд столь же необычный, как и звучание голоса продолжал скользить по гостям леса, внимательно разглядывая каждую деталь их внешности.
— Значит… если, мы поможем вам, — нимфа порхнула вперёд, приблизившись к путникам, — вы уйдёте без сражения?
— Да! — одновременно выстрелили Лиара и Шеймус.
— Мы?! — пробурчал орк.
Звук, что в следующее мгновение излился из уст нимфы — её песнь, был схож с мелодией некого сказочного инструмента, столь чистый и всеобъемлющий. Крошка взмыла ввысь, позволив песне разнестись по округе. Первый огонёк вспыхнул среди кроны дуба, потом ещё один — на поляне и ещё, ещё и ещё.
Ещё несколько мгновений и целый хор фей и нимф самых разных цветов и наружности, наполнил окружение звоном, схожим с мелодией сотен колокольчиков. Они пришли на зов сестры. Музыкальное кольцо, пестрящее всеми цветами радуги, сомкнулось над головами путников подобно гигантскому нимбу тысячи огоньков, окосившему ночь палитрой пёстрых оттенков. Зрелище столь красивое и захватывающее, что даже угрюмое лицо орка, пусть и непреднамеренно, но всё же выразило восторг.
— Идите за мной. Сестры задержат охотников. — вновь прозвучала нимфа. — Не отставайте.
Волки приближались и даже слуху Лиары, стали доступны звуки их дыхания и монотонных тяжёлых шагов.
— Что хочет эта… девчонка?!
— Крог, идём! Она нас выведет!
— Доверить жизни, лесной бабочке?!
— Верь мне! — уже второй раз за день искры сияющего взгляда поразили орка. Крог хотел спорить, хотел сопротивляться, но, как и в тот день, в сводах одинокой башни, он доверился той, которой принёс клятву.
— Если обманет — откушу малявке голову, — фыркнул орк и усадил Лиару на Ку’сиба.
В отличие от бегущего позади волка, такие препятствия как овраги и корни деревьев никак не ограничивали передвижение порхающего духа цветов. Крошка порой терялась в ветвях, петляя по сторонам подобно лазурному маяку. К счастью для Куса, один из его наездников умело освещал тропу, не позволяя зверю оступиться или провалиться в канаву. Следом за Кусом, ломая ветви и громко топая о земную твердь, мчался Крог. Ветви постоянно прилетали по стали орочьего шлема, а лёгкость, с которой двигалась фея, заставляла Крога испытывать к ней определённое чувство ненависти.
«Проклятая, мелкая…» — звучал набор слов в сознании орка.
Бо́льшая часть припасов включая остатки зерна была оставлена позади, как и пыхтящая в котелке похлёбка. Путники собрали лишь то, что успели и даже кленовый посох и сокрытый в ножнах «Фаилриз» ныне сжимались свободной рукой орка в отрыве от своих владельцев. Время не терпело отлагательств, ибо если лютоволки возьмут след — они уже не оставят добычу.
— Никогда не встречала эльфа, — прямо на лету прозвучала кроха, явно обращаясь к Лиаре. — Сёстры говорили, вы очень близки Великой Матери. От тебя исходит красивая музыка.
«Музыка? — удивился Шеймус. — Похоже, кроха имеет в виду некую ауру. А Великая Мать? Возможно, одно из воплощений Силанны».
— Откуда ты знаешь язык людей?
— Люди всегда приходили в наши леса, — продолжала
