— Исключено, на мне это никак не отразится. Даже напротив, я хотя бы смогу видеть ее вне временной кабины.
Пролетели весна и лето. И в один незабываемый день он получил письмо с разрешением и инструкциями, как попасть в Среду. Они были несложными. Тому нужно было проследить, чтобы техники перенастроили временной пульт в основании кабины в середине дня. Он никак не мог понять, почему нельзя просто сесть и дождаться следующего дня, но к тому времени Том уже не пытался понять логику бюрократического мышления.
Он не собирался никому говорить о своем переезде, главным образом, из-за Мабел. Но она сама что-то пронюхала в студии. Увидев в тот день Тома за ужином, она расплакалась и убежала к себе наверх. Он почувствовал, что предал Мабел, но не последовал за ней, чтобы утешить.
Вечером с бешено колотящимся сердцем Том открыл дверь своей временной кабины. Остальные жильцы были к тому времени уже в курсе дела. В общем-то он был даже доволен. Казалось, жильцы радовались за него, они принесли на прощание выпивку и по очереди произносили тосты. В самом конце спустилась Мабел и тоже пожелала ему удачи, вытирая заплаканные глаза. По словам Мабел, она знала, что Том не любил ее. Но ей очень хотелось, чтобы кто- нибудь по-настоящему влюбился в нее, заглянув во временную кабину.
Узнав, что Том общался с доктором Троригом, Мабел воскликнула:
— Это очень влиятельный человек. Сол Воремулф взял его в качестве специалиста по психоанализу. Вы знаете, он главный редактор журнала «Сайки Кросскарентс», одного из немногих периодических изданий, читаемых там. — «Там» имелось в виду в других днях недели.
По словам Тома, он был очень рад, что встретился с таким человеком, как Трориг. Возможно, он воспользовался своим влиянием, убедив власти Среды удовлетворить просьбу Тома. Границы между мирами пересекались очень редко, но все подозревали, что для очень влиятельных людей таковых не существовало.
И опять, на этот раз дрожа, Том стоял перед кабиной девушки. «В последний раз, — думал он, — я смотрю на Дженни сквозь двери «гроба». Совсем скоро я смогу дотронуться до нее, увидеть ее наполненной жизнью. Здравствуй и прощай!» — произнес он громко, услышав в ответ одобрительные восклицания.
— Какая сентиментальность! — сказала Мабел.
Все приняли сказанное Томом на свой счет и, возможно, были отчасти правы.
Он зашел во временную кабину, закрыл дверь и нажал на кнопку. Он не будет закрывать глаза для того, чтобы…
И наступила Среда. Несмотря на то, что вокруг ничего не изменилось, присутствовало ощущение пребывания на Марсе.
Открыв дверь, Том вышел из «гроба». Рядом стояли семь человек, чьи лица Том уже видел и чьи имена он встречал на табличках временных кабин. Но он совсем не знал этих людей.
Том начал было здороваться, но вдруг спохватился.
Кабина Дженни Марлоу исчезла. Он схватил одного из стоявших за руку.
— А где Дженни Марлоу?
— Отпусти, мне больно. А Дженни нет. Она отправилась во Вторник.
— ВО ВТОРНИК?
— Ну да. Она так долго старалась вырваться отсюда. Что-то у нее не заладилось в Среде. Дженни действительно была тут несчастна. Два дня назад она сообщила, что ее просьба о перемещении была наконец удовлетворена. Очевидно, дело не обошлось без какого-то влиятельного психиатра из Вторника. Он как-то зашел, увидел Дженни внутри кабины — и вот результат.
Стены, люди, цилиндры — все поплыло перед глазами Тома.
Время более не представлялось прямым потоком — оно текло, изгибаясь самым замысловатым образом. Том был не в Среде. Не было его и во Вторнике. Его не было нигде. Заточенный в самом себе, Том метался в узком коридоре времени, которого не должно было существовать.
— Она не могла этого сделать!
— Но она сделала это!
— Но ведь запрещено совершать более одного перемещения! — в отчаянии выкрикнул Том.
— Это её проблемы.
Это были проблемы и его, Тома.
— Мне нельзя было пускать его к ней! — закричал Том. — Подонок! Жалкий подонок!
Довольно долго простояв на одном месте, он направился на кухню. Лишь присутствие там новых людей напоминало Тому, что он попал в другой день… Затем Том пошел на студию и получил роль в бытовой пьесе, которая ничем не отличалась от пьес Вторника. В тот вечер он смотрел выпуск новостей. У Президента Соединенных Штатов было другое имя и лицо, но слова, им произносимые, можно было вложить в уста Президента Вторника, как, впрочем, и наоборот. Том был представлен секретарше режиссера. Ее звали не Мабел, хотя вполне могли звать и так.
Но Дженни не было рядом с Томом, и, о Боже, каким пустым от этого казался мир.
Перевел с английского Михаил ШЕВЕЛЕВ.
Виктор Переведенцев
ЧТО ВЕК ГРЯДУЩИЙ НАМ ГОТОВИТ?
«Нас слишком много», — этот отчаянный мальтузианский клич был подхвачен американской фантастикой еще в начале шестидесятых годов и звучит поныне. Наш журнал трижды касался этой темы — в рассказах Хьюстона («Противогаз»), Шекли («Гонки»), Лафферти («Долгая ночь…»). И вот теперь — Филип Фармер, со своим необычным решением проблемы. На этом довольно мрачном фоне статья В. Переведенцева может показаться весьма неожиданной, но следует заметить, что автор — ведущий отечественный демограф, и его прогнозам можно доверять.
В начале нашего столетия на Земном шаре проживало 1,6 миллиарда человек, в середине — два с половиной. В 1987 году население мира перевалило за пять миллиардов. К концу столетия ожидается более шести. А что же дальше? Продолжится ли взрывообразный рост? Каким станет население к середине будущего столетия? К его концу? Как будет оно меняться качественно? И как все это скажется на жизни на Земле — не только человека и человечества, но и Жизни в целом, на биосфере Земли?
Эти вопросы занимают умы многих исследователей. Разброс мнений крайне широк, особенно — у дилетантов. Однако в общем тон «солидных», научно обоснованных профессиональных прогнозов становится все тревожнее.
Десять лет назад ООН создала большую высокопрофессиональную Комиссию по окружающей среде и развитию, перед которой была поставлена задача разработать «Всемирную программу изменений». Тот, кто прочтет обстоятельный и глубокий отчет этой Комиссии — «Наше общее будущее», или, по имени руководителя Комиссии «Доклад Брунтланд» — получит ясное представление о быстром разрушении биосферы Земли, ее нынешнем и быстро углубляющемся неблагополучии. Одна из главных причин нарастания неблагополучия — быстрый рост населения. В странах третьего мира «высокие темпы прироста населения могут поставить под угрозу саму возможность развития».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
