Леся вспыхнула:
– Какие же мы дуры! Ведь вахтерша на входе сразу же назвала Пластиковых родней Жоржеты. А мы не обратили на это внимания.
– Да. Стали слушать эту противную Людочку. И пошли по ложному пути.
– Значит, Велеса не было?
– Нет, не было.
– И монастыря никакого нет?
– Монастырь, может быть, и есть. Но к нам он не имеет никакого отношения.
– А почему вы про него упомянули?
– Я? – изумился Аркадий.
– Вы, вы!
– Но я… Я не знаю.
– Не знаете. Серьезно?
– Ну да. Я же был в шоке. На меня наехала машина. Сам не помню, что я вам говорил.
– Вы говорили про искупление грехов, – убитым голосом произнесла Кира. – Наверное, по аналогии упомянули и монастырь.
– А мы сами дали Людочке направление, в котором врать дальше.
И подруги сокрушенно покачали головами. Да уж, наваляли они дел. Если подсчитать все ошибки, совершенные ими, то пальцев ни на руках, ни на ногах не хватит.
– А вы? – спросила у Аркадия Кира. – За что пострадали вы лично?
– За свою самонадеянность. Уже догадываясь, что дело нечисто, я пошел к отцу нашей Жоржеты совершенно один.
– Вы заподозрили Вениамина Викторовича?
– Скажем так, у меня мелькнула догадка, что он может быть причастен к исчезновению своей дочери. Я взял его адрес у Клавдии и пошел к ее бывшему мужу.
– Вы его заподозрили, потому что ему исчезновение Жоржеты было на руку?
– Конечно.
– И что?
– Вениамина Викторовича дома не было. Меня встретила милая и приветливая девушка Людочка. Мы с ней поговорили. Она наплела мне каких-то небылиц. А во время нашего разговора извинилась и куда-то вышла. Сказала, что ей нужно позвонить. Теперь-то я понимаю, что она позвонила своим мужчинам – свекру и мужу, – чтобы сообщить им о том, что появился еще один любопытный, который сует нос не в свое дело.
– Дальше мы знаем.
– Дальше вы знаете, – согласился Аркадий. – Дальше эти двое быстренько организовали наезд на меня. И чуть было не отправили к праотцам.
– Они? Но ведь за рулем сидел один Вениамин Викторович.
– Зато машину ему предоставил его сын – Борис.
– А откуда?..
– Очень просто. «Лексус» он взял в своей мастерской.
– Машина нуждалась в покраске? – изумилась Кира. – Но мне кажется, она была в идеальном состоянии.
– Для вас, может быть, и так, а хозяин нашел какой-то дефект. И желал его устранить. Он оставил «Лексус» у маляра, а Борис воспользовался доверчивостью клиента. И использовал машину для своих нужд.
– Чтобы задавить вас!
– Именно.
– И чтобы потом похитить и нас с Лесей!
– Вы напугали Людочку окончательно. Она-то уже прикидывала, как будет справлять новоселье. А тут к ней косяком пошли люди, допытывающиеся про Жоржету. У любого преступника сдали бы нервы. Что уж говорить про Людочку. Ведь, несмотря на всю свою браваду, она и ее родственники были всего лишь дилетантами. Убивать – было для них в новинку. И получалось это у них из рук вон плохо.
– И слава богу!
– Слава богу, – согласился с ними Аркадий и положил себе на тарелку внушительный кусок торта.
Кира подлила ему кофе, а Леся предложила сахар и сливки. Аркадию нужно было набираться сил. Ведь у него гипс, а скоро из своего круиза вернется Жоржета. И раз уж теперь Аркадий несет за девушку ответственность как за свою падчерицу, его жизнь спокойной вряд ли можно будет назвать.
Как видите, эта история закончилась вполне счастливо. Все хорошие люди остались живы. Костик вскоре выписался из больницы. Падение с большой высоты оказало на него неожиданно благотворное влияние. Парень начисто бросил пить спиртные напитки. Избегает всего, в чем содержится алкоголь. Даже кефир и квас старается употреблять очень умеренно или вовсе не употреблять.
Кроме того, он наконец-то помирился со своей Тамаркой. Правда, произошло это не без помощи подруг. Они ездили к девушке и долго разговаривали с ней, объясняя, как произошло, что Костик под утро вылезал из такси Жоржеты и даже целовал ее на прощание. Тамара оказалась разумной девушкой. И, учтя теперешнюю постоянную трезвость Костика, приняла его обратно в свои объятия. С испытательным сроком, но все же приняла.
Аркадий и тетя Клава живут вполне счастливо. Жоржета не сильно мешает им, ведь она перебралась жить к Венику. И осчастливливает своими появлениями родителей нечасто. Так что от посещения к посещению у них есть достаточно времени, чтобы прийти в себя и успеть морально и материально подготовиться к следующему ее появлению.
Веник вернул Поликарпу Андреевичу его раритет. Это оказалась внушительных размеров серебряная собачка. Выглядело существо на редкость уродливо. Огромная голова, выпученные глазки, крохотные кривые ножки и жутко провислое брюхо. Одним словом, уродец, да и только. Но Поликарп Андреевич аж затрясся, когда увидел монстра.
– Настоящий Левински! Сто тысяч долларов, бешеный торг на аукционе. Моя жена меня бы просто убила, если бы я не привез ей Тузика!
Оказалось, что супруга Поликарпа Андреевича собирает фигурки животных из серебра. И, увидев в каталоге фотографию этого монстра, она влюбилась в него с первого взгляда. Пустив в ход все средства, она добилась от мужа, чтобы тот купил ей Тузика. И Поликарп Андреевич, будучи во всем, за исключением игры, человеком покладистым, не стал спорить с женой. Поехал, купил, сообщил ей, что купил, выслушал восторженные вопли и заверения, что он самый, самый, самый лучший муж на свете, загордился и… И пошел играть в казино.
Дальше известно. Проигравшись в пух и прах, Поликарп Андреевич спустил также Тузика. Возвращаться домой без собачки он не мог – боялся жены. И поэтому рыскал по всему Питеру, изводя самого себя и нанятых им людей.
У самих подруг в жизни все благополучно. За исключением, пожалуй, одной детали. Фатима счастливо разрешилась от своей беременности, родив пятерых котят. Увы, ни один из них не был даже отдаленно похож на Фантика. Впрочем, на саму Фатиму котята тоже были мало похожи. Все они были черненькими с белыми отметинами на лапках, груди и животике. Ничего подобного ни у Фантика, ни у Фатимы не наблюдалось.
Сначала предположили, что котята удались в какую-то неизвестную бабушку или дедушку. Истина открылась Кире, когда через несколько дней после возвращения Фатимы из лечебницы, из дверей соседской квартиры внезапно появилась незнакомая ей женщина, держащая на руках огромного черно-белого котяру с наглым взглядом круглых зеленых глаз.
– Здравствуйте, – поздоровалась Кира с незнакомкой, чувствуя, что при виде этого кота ее охватывает смутное беспокойство. – Вы наша новая соседка? Очень приятно. С новосельем вас!
При этом она не сводила глаз с кота. И ей показалось, что он ей подмигнул!
– Здравствуйте, – приветливо ответила женщина. – Хотя новоселье в вашем доме я отпраздновала уже полгода назад.
– Вы живете тут уже полгода? – изумилась Кира. – И… И ваш котик тоже?
– Естественно, – засмеялась женщина. – Ганс и я – мы неразлучная пара. Кстати, я видела, что у вас тоже живут кошки? Так вот, если у вас кошечка, то я бы советовала за ней присматривать. А то мой Ганс большой проказник по части женского пола. Не уследите за своей красоткой и будете растить черненьких котяток.
Вернувшись домой, Кира долго разглядывала Фатиму. Вот оно, воплощение женского коварства в чистом виде! Облизывает Фантика, изображает покорность и влюбленность, а сама… С каким-то соседским Гансом! Стыд и позор!
Но так как Кира и сама была женщиной, она Фатиму не выдала. Во-первых, женская солидарность – это великая вещь. А во-вторых, ее драгоценный Фантик тоже не идеален. И обращается он с Фатимой, надо признать, порой просто невозможно плохо. И пусть теперь пеняет на себя сам.
