не рассосется скандал.
– Ты хочешь поставить нас на паузу, – тупо повторила Хейден.
– Да.
Она отвернулась, оперлась о столешницу, чтобы обрести хотя бы подобие равновесия. Он решил покончить с этим? То есть нет, простите, поставить на паузу. Хотя разницы никакой. Независимо от формулировки, Броди фактически объявил, что не хочет ее присутствия рядом.
Однако ночью он твердил, как им хорошо вместе, как они подходят друг другу… куда же подевались его страстные признания?
При воспоминании о фразах, сказанных Броди еще накануне, горечь обожгла Хейден с новой силой. Подобно потоку, эмоции сметали доводы рассудка, толкая ее в знакомый водоворот негодования. Сколько раз отец ставил хоккейную команды превыше ее? Сколько раз мужчины, которых она выбирала, отдавали приоритет карьере, а Хейден оставалась на вторых ролях, умоляя хоть о капле внимания?
– Ладно. Пусть. – Как она ни старалась, голос звучал колко и зло. – Полагаю, тебе надо позаботиться о себе.
Броди нахмурился.
– Не искажай мои слова, будто мне нет до тебя никакого дела. Ты мне дорога. Но ты же не станешь винить меня за то, что я дорожу всем, ради чего столь упорно работал.
Хейден оттолкнулась от столешницы. Внезапно ей захотелось сбежать. Может, и к лучшему, что все закончится. Вчера, когда она обронила, что образ жизни Броди не соответствовал тому, чего она хотела от отношений, разговор зашел в тупик, так что, наверное, лучше порвать сейчас, пока не стало еще труднее.
И, хотя развязка казалась совершенно логичной, сердце Хейден кровью обливалось при мысли о том, что ей больше не быть с Броди.
Между ними повисло молчание. В итоге он не выдержал: опять раздраженно выругался и запустил пальцы в темные волосы.
– Ты мне небезразлична, Хейден. Последнее, чего я хочу, – прекращать наши отношения. – Он тряхнул головой. – Я не считаю, что это конец. Но надо, чтобы скандал разрешился. Хочу, чтобы мое имя очистили, а спортивная карьера не пострадала. Когда все стихнет, мы сможем продолжить начатое.
Хейден не сумела сдержать смешок.
– Все просто, да? – Смех сменился усталой гримасой. – Хорошо. Как тебе угодно… В любом случае все бы обязательно завершилось. Рано или поздно.
Лицо Броди приняло несчастное выражение.
– Хейден, не надо так. Перерыв ведь не навсегда.
– А зря. – Горло сдавливали рыдания, и Хейден призвала на помощь остатки силы воли, чтобы задавить их. – Пожалуй, расставшись сейчас, мы окажем друг другу весомую услугу. Нам удастся избежать лишних страданий в будущем.
Броди открыл было рот, чтобы возразить, но Хейден ему не позволила. Сморгнув обжигающие слезы, она кинулась в спальню одеваться.
Глава двадцать восьмая
Поездка в «Убере» на парковку, чтобы забрать арендованную машину, стала, пожалуй, самым унизительным событием в жизни Хейден. Она оделась, вызвала такси, пробормотала Броди слова прощания и умудрилась благополучно сдержать слезы. Однако скользнув на сидение машины и пронаблюдав, как прекрасный дом Броди исчез в зеркале заднего вида, девушка разрыдалась.
Ошеломленный водитель протянул пассажирке упаковку бумажных салфеток, а после хранил вежливое молчание. Перед глазами у Хейден все плыло от слез, но она заметила, что мужчина странно посматривал на нее в зеркало. Наверное, не каждый день ему приходилось возить зареванных женщин с разбитым сердцем.
Увы, Хейден только таким образом и могла описать свои переживания – ей разбили сердце. Хоть она и заявила Броди, что расставание пойдет им обоим на пользу, сердце болело так, будто его исполосовали бритвой. Хотелось одного – вернуться в пентхаус, забраться под одеяло и выплакаться.
Водитель высадил ее у арены. Хейден пересела в припаркованную машину, вытерла мокрые глаза и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.
Спустя пятнадцать мучительно долгих минут она вошла в отель, надеясь, что никто не заметит, как покраснело и опухло ее лицо. Администратор в лобби приветливо махнул ей рукой.
Хейден неохотно направилась к стойке, где ее огорошили новостью.
– В баре вас ожидает мужчина.
Хейден захлестнули надежда и счастье.
Броди.
Кто ж еще! Он, конечно, выкроил время, чтобы явиться сюда пораньше, кроме того, она ведь забирала машину. Вероятно, Броди осознал, насколько глупо все заканчивать из-за статьи какого-то журналиста.
Хейден поспешила по мраморному полу к массивным дубовым дверям, ведущим в гостиничный бар. Посетителей внутри было немного, но, когда она окинула их взглядом, выискивая широкие плечи и непокорные темные волосы Броди, ее накрыла очередная волна разочарования.
Броди не приехал. Ну разумеется. Он еще дома ясно дал понять, что не собирается рисковать карьерой ради встреч с Хейден.
Она снова поозиралась и обнаружила того, кого в принципе уже списала со счетов.
Даг.
О господи. Он-то здесь что делает?
– Хейден! – Даг встал и с застенчивой улыбкой двинулся ей навстречу.
Хейден поглядела на него. Он не изменился – светлые, практично постриженные волосы, бледные серьезные глаза, поджарое, стройное тело – парень всегда поддерживал форму, регулярно наведываясь в университетский спортзал. На нем были идеально отглаженные бежевые брюки и накрахмаленная белая рубашка, застегнутая на все пуговицы, – этот наряд неумолимо раздражал Хейден.
Даг вечно был опрятным и организованным. И невероятно занудным. Она почувствовала, что ей отчаянно не хватает хотя бы капельки беспорядка. Расстегнутой пуговицы. Кофейного пятна. Пропущенного во время бритья клочка щетины.
Однако молодой мужчина выглядел безупречно. Он напоминал идеально упакованный подарок, на который ушло всего три полоски скотча, а ленточки бантика были обрезаны до одинаковой длины. Такой подарок даже открывать страшновато, кажется, что ты вот-вот нарушишь нечто идеальное.
Броди же… Такой подарок открываешь, едва взяв в руки, и неважно, какая у него обертка, ты знаешь, что содержимое – в миллион раз лучше упаковки.
При мысли о Броди к глазам опять подступили жгучие слезы.
– Привет, – ласково произнес Даг. – Рад тебя видеть.
Хейден хотела ответить тем же, но слова застряли в горле. Минуту они просто пялились друг на друга, а затем он притянул ее к груди, заключив в неловкие объятия.
Хейден без особого энтузиазма обняла парня, машинально отметив, что совершенно ничего не чувствует, оказавшись в кольце его рук.
– Мне не следовало приезжать, – сказал Даг, отпустив ее. – Но после того, как все закончилось… Я подумал, нам надо поговорить. Лицом к лицу.
– Ты прав. – Хейден с трудом сглотнула. – Может, поднимемся в пентхаус?
Он кивнул.
Они молча покинули бар. Хейден вызвала лифт.
В тишине они доехали до пентхауса. Хейден хотела еще раз извиниться, но уже не была уверена, действительно ли ей нужно просить прощения. Она начала видеться с Броди, когда у них с
