8
– Какое счастье!.. – Фредерик Шелли, шумно глотая и давясь, осушил фужер красного вина. Поерзал, скрипя кожаной обивкой кресла. – Какое счастье… – повторил он и вытер губы рукавом, словно был простым рабом. – Хвала Солнцу, мы целы!
Его сын задумчиво почесал досадный нарост на шее. Эта серая дрянь неприятно поддергивалась, и стала она как будто больше. Сейчас Шелли-младший снова не мог припомнить, кто и для чего заразил его досадным паразитом. Но минувшая встреча со «Странником» инородным клеткам понравилась – это заметили все.
– Когда начнешь лечиться? – спросил отец. Спросил, впрочем, без особой заботы в голосе.
Айвен Шелли пожал плечами:
– На Титане подлечат.
– Что это было, а? Корабль-призрак! Сколько лет хожу в космос – ничего подобного не видел!
– Значит, далеко не заходил…
Фредерик Шелли вскипел:
– Ты прекратишь или нет?! Я не намерен терпеть насмешки со стороны собственного сына!
Айвен не ответил. Он повернулся к отцу спиной и стал разглядывать потрескивающие в камине дрова. Испуг от пережитого был в нем еще силен, а накопившаяся в душе муть прорывалась наружу в виде обыкновенного хамства.
«Но и отец тоже хорош: у самого зуб на зуб не попадает».
– Он подошел к «Сфинксу» так близко… этот «Странник»… – продолжал быстро позабывший обиду Шелли-старший. – Я мог бы различить каждую заклепку на его корпусе, да! Я думал, он намерен взять нас на абордаж! Но, к счастью, пронесло! Кто знает, что…
– Он не состыковался со «Сфинксом»? – перебил отца Айвен. Эта деталь показалась ему существенной.
– Нет. Ткнул нас носом в правый борт. Ободрал с гривы позолоту, развернулся и был таков…
– Улетел?
– Сгинул в своем гиперпространстве или киберпространстве… кто теперь разберет?
Кто теперь разберет? Вот тебе и «Странник» – неведомый союзник, Золотая Удача, пойманная за хвост, непересыхающий источник сокровенных знаний!
Шелли-младший почувствовал, что у него дрожат губы. Кто теперь разберет, на самом ли деле ему доводилось бывать на борту корабля-призрака и беседовать с жутковатым Капитаном? Кто теперь разберет? Быть может, он нисколько не здоровее чудака Ай-Оу, совершающего телепатические туры к звездам? Собрат по диагнозу…
«А почему бы и нет? Ай-Оу – свихнулся. Брута тоже нормальным не назовешь – стоит ему заговорить о плутонианской афере. Климентина – о ней вообще лучше не вспоминать! И я – замыкающее звено в достойной цепи. Троих друзей уже коснулось помрачение. Похоже, и мне не избежать участи несчастных».
Или во власти «Странника» взять ту виртуальную наносекунду, которую принято называть «настоящее», и превратить ее в бесконечность?
Заманчивая теория.
Если «Странник» «размазывает» себя по окружности Вселенной, если существует единовременно в бесчисленном множестве точек пространства… То отчего бы не предположить, что «настоящее» для него – как резинка между пальцами?
Нет, немного не то. Следует сосредоточиться и думать еще. Очень не хочется признавать себя сумасшедшим… Поэтому нужно отыскать рациональное объяснение.
Зрачки Шелли сузились; не мигая, он глядел, как пляшут желтые языки пламени по сучковатым поленьям.
«Пространство и время – вот с этого следует начинать. Их взаимосвязь доказали на заре человечества, во времена Империи Лун. О Солнце! Мы – люди Сопряжения, мы имеем генетические и космические технологии, но насколько, в сущности, недалеко ушли от предков, которые силой мысли постигали Вселенную… Так, если объект движется со скоростью равной или превышающей скорость света, то значение времени для него неизменно. «Резинка» настоящего, которую он держит в руках, растягивается на произвольную длину. Теоретически. Как происходит на самом деле, никто доподлинно не знает. Зато известно, что Закону Относительности подчиняются даже наши медленные корабли, скользящие вдоль магистральных лучей. Часы на «Сфинксе» и часы на Трайтоне не станут идти синхронно, даже если перед стартом их настроить секунда в секунду; эта разница окажется несущественной, но вполне измеримой. Никто на «Сфинксе» не заметил моего отсутствия, для всех оно промелькнуло в мгновение. Для меня же… Значит, можно предположить, что в тот момент я перемещался со скоростью, сопоставимой со световой, и «резинка» тянулась так долго, насколько это было нужно Капитану».
– …сошли с ума, и нам…
Шелли-сын вздрогнул. Отец что-то говорил ему вкрадчивым голосом, и слова Фредерика проносились мимо ушей сына.
– Прости, что? Кто сошел с ума? – переспросил он, втайне опасаясь услышать свое имя и имена друзей.
Отец поерзал, поскрипел обивкой кресла, постучал ножкой фужера по подлокотнику и повторил:
– Повезло – «Сфинкс» в восьми днях пути от транзитного кольца, и оптический маяк виден невооруженным глазом. Окажись мы в поясе Койпера, пришлось бы туго. Потому что навигационные системы корабля сошли с ума, я говорю. Август сообщил еще о серьезных неполадках бортовой механики. Теперь кому-то и день, и ночь придется держать пальцы на сенсорной панели.
Шелли-младший молча кивнул и опять отвернулся к камину.
«Странник» – это локус, в котором физические законы нормального мира либо не действуют, либо действуют непредсказуемым образом. Кораблю-призраку под силу перебросить себя в любую точку пространства за время, которое не фиксируется в человеческом восприятии. А если этот человек находится на борту «Странника»? Что тогда? Можно ли предположить, что пока длилась наша беседа, я находился вместе с кораблем-призраком вне системы Солнца? Страшно подумать… В то время, когда Капитан уговаривал меня отправиться к звездам, призрачное судно уже неслось через галактику. Куда? С какой целью? Кто такие – они?»
Шелли обхватил голову руками.
Следует ли принимать на веру то, что он услышал о безымянных прайдах и об искусственном сдерживании человеческой цивилизации?
И здесь – тупик.
Шелли тихо застонал.
– Тебе нехорошо, сын? – осведомился Фредерик и опять вытер губы рукавом.
– Нехорошо, – буркнул Шелли-младший, глядя, как на сорочке отца из светлого шелка расползается розовое пятно.
– Вот – выпей вина! Нет! Лучше ступай, поплещись-ка в бассейне. Ты должен поддерживать форму. – Фредерик вдруг сменил тон и проговорил назидательно: – В космосе случается много чего загадочного. Потустороннего! Не стоит впадать в панику всякий раз, когда перед носом корабля промелькнет нечто, чему по твоему разумению нет места во Вселенной…
– Отец! – оборвал благородного родителя Шелли. – О чем ты говоришь?! Я учился в Академии Астропилотирования! Вам, трайтонским божкам, не снилось то, что довелось увидеть мне! Я забирался дальше Химеры! Я летал вне эклиптики! Я… я падал на Солнце!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
