ни слова. Ничего необычного для нее, но меня это насторожило. Мы заходим внутрь и идем к своим шкафчикам. Она не торопится, и я наблюдаю за ней. Она не сняла солнцезащитные очки и не улыбнулась.
Она все еще злится. И я нахожу это чертовски сексуальным!
Звенит звонок, и я хватаю ее за руку, ожидая, что она отстранится, но она не отстраняется. Я провожаю ее в класс, и когда мы входим в кабинет, она поворачивается ко мне лицом. И прежде чем я успеваю что-то сделать, она поднимается на цыпочки и целует меня. Что необычно. Я всегда инициирую это.
Она стонет мне в рот, и я запускаю руки в ее волосы. Она целует меня так, будто отчаянно хочет меня. Ее тело прижимается к моему, и я углубляю поцелуй. Как будто мы одни в моей комнате, и я вот-вот сорву с нее эту гребаную одежду.
Наконец, она отстраняется первой, и я сдвигаю ее очки на голову. Улыбка, которую она мне дарит, не иначе как злая. Я сужаю на нее глаза.
Она что-то задумала. Единственный раз, когда она смотрела на меня так, это когда она прислала мне видео с горящим телом Джеффа.
Она, как и я, в конце концов, не имеет границ.
— Увидимся на следующем уроке, — говорю я, и она поворачивается ко мне спиной. Не говоря ни слова.
***
ОСТИН
Я сижу на первом уроке на задней парте рядом с Бекки. Она переписывается по телефону с Диком, я уверена. Для двух людей, которые только занимаются сексом, они, кажется, одержимы друг другом. Это раздражает. Она должна была стать моей подругой, но я вижу ее только тогда, когда он на тренировке с ребятами.
У меня так много вопросов, которые я хочу ей задать, но придется подождать. Вчера вечером, после ухода Коула, я решила, что не позволю ему доставать меня. Больше не позволю. Я собиралась показать им всем, что я могу это сделать. Вы не видели, чтобы они плакали или умоляли друг друга прекратить делать то, что им не нравится, так что я тоже не собираюсь.
Я беру свою сумку, встаю и иду к учительскому столу.
— Могу я воспользоваться туалетом? Она поднимает руку и отмахивается от меня, не глядя на меня. Я выхожу из класса и иду по тихому коридору. Я прохожу мимо кабинета математики Коула и Дика и направляюсь прямо к шкафчику Коула. Я достаточно наблюдала за его комбинацией, чтобы теперь знать ее наизусть.
Как только он открывается, я дотягиваюсь до верхней полки и беру ключи от его машины, а затем захлопываю его. Я заканчиваю бежать по коридору и поворачиваю направо, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Я поворачиваюсь к красной коробке на стене с красной ручкой. Затем я смотрю на камеру и опускаю ее вниз.
Иди по-крупному или иди домой!
Звучит сигнал тревоги, и свет начинает мигать. Двери распахиваются, и студенты выбегают в коридор. Я встаю на цыпочки, ища Шейна. Я вижу, как он выходит из последней аудитории справа. Я пробираюсь по коридору и иду к нему.
— Пошли, — кричу я, перекрывая звуки тревоги.
— Что ты делаешь, Остин? — спрашивает он в замешательстве.
— У нас нет времени. Пошли. — Я хватаю его за руку и тащу по коридору.
Мы спускаемся по лестнице, и я вижу Коула краем глаза, но не останавливаюсь. Мы выбегаем через двойные двери.
— Куда мы идем?
— Скоро увидишь. — Я говорю ему то же самое, что Коул говорил мне столько раз. Я нажимаю кнопку разблокировки на машине Коула, и она загорается.
— Вау. — Шейн останавливается. — Почему у тебя ключи от машины Коула? — требует он.
— Потому что я собираюсь прокатить нас.
Он качает головой.
— Да. Это твой вызов, — заявляю я, и он скрежещет зубами, понимая, что должен это сделать.
— Коул будет в бешенстве.
Я улыбаюсь. Блядь, точно, он будет. Все это часть моего плана.
— А когда Коул не злится?
— Мы не можем уйти, Остин, — заявляет он.
— Я не зря включила пожарную сигнализацию, — рычу я.
— Ты сделала это? — спрашивает он с широко раскрытыми глазами. — Черт. У тебя будет столько
проблем.
Я хватаю его за руку и дергаю за нее, наконец-то заставляя его снова двигаться. Мы садимся в машину, и я протягиваю правую руку.
— Телефон, — требую я.
Он без вопросов достает его из кармана. Я выключаю его вместе со своим и засовываю их в центральную консоль. Затем мы уезжаем.
_________________________________
Я подъезжаю к тому же месту парковки, куда Коул привез меня три недели назад, и выключаю его машину.
— Почему мы здесь, Остин? — спрашивает Шейн.
Я делаю длинный вдох, нервничая.
— Коул рассказал мне все о брате Джеффа, — говорю я, а он молчит. — О том, как он избивал свою жену, которая была сестрой Илая. — Я смотрю на него. — Одного из его лучших друзей.
Он отворачивается от меня, его губы сжаты. Я смотрю вниз на свои руки, сцепленные на коленях, и выпускаю длинный вздох. Я собираюсь рассказать этому парню слишком много о себе, но я хочу, чтобы он доверял мне, верно? Чтобы еще один человек был на моей стороне.
— Я знаю, каково это, когда мужчина поднимает на тебя свои руки и не может остановиться. Не имеет никакого контроля. — Моя грудь напряглась. — Я не знаю, что вы, ребята, делаете или как вы это делаете, но я верю, что он заслуживает страдания за то, что причинил боль тому, кого он должен был защищать. Кого любил. — Я прочистил горло. — И я хочу помочь.
Я смотрю на него и вижу, что он смотрит на меня с
