— Отлично, значит, начнешь приезжать почаще.
— Но почему именно это место, объясни?
— Потому что, когда я была маленькой, мы с отцом ездили туда на рыбалку.
— И сколько стоит счастье?
Я ответила, а он кивнул.
— Ладно, я подумаю.
— Думай. Я смогу завтра встретиться с сыном? — сменила я тему.
Он все-таки смутился.
— Не стоит вам видеться слишком часто, мальчик может привыкнуть… Я думаю только о его благе, дорогая, — скороговоркой закончил он;
Я поспешно отвернулась, чтобы он не видел моего лица. Зато ровно через неделю я получила в подарок дом. Тот самый.
Ник очень веселился по этому поводу. Мы отправились с ним в казино, что меня, признаться, удивило: к игре он относился серьезно и мое присутствие никогда не приветствовал. И вдруг такое приглашение… Я старалась соответствовать, шептала ему на ухо «дорогуша, я принесу тебе удачу» и прочие глупости, а он загадочно ухмылялся.
Вскоре причина стала ясна. Ник устроился за столом, а я обреталась рядом с бокалом шампанского. Перевела взгляд на соседний стол и увидела Дена. Разумеется, он тоже увидел меня. Впрочем, не заметить меня было бы трудно. Мгновение мы смотрели в глаза друг другу, я улыбнулась и кивнула на дверь. За ней, как я знала, находится что-то вроде комнаты отдыха. Он едва заметно усмехнулся, а я отвела взгляд, облокотившись на плечо Ника.
Через, двадцать минут Ден поднялся и исчез за той самой дверью. Я выждала еще десять минут и направилась следом, толкнула дверь и увидела его. Он сидел за столом, верхний ящик был выдвинут, и его рука лежала рядом. Возле Дена замерли двое ребят из охраны, впились в меня взглядом, точно надеялись прожечь насквозь. Я согнулась пополам и захохотала.
— Да ты боишься меня, Ден? — спросила насмешливо. — Вот умора! Пойду расскажу Нику, он умрет от смеха.
Его физиономия побагровела, он сжал ладонь в кулак, а я сделала шаг назад.
— Стой! — крикнул он.
— Иди за мной, песик, — пропела я, — я дам тебе сладкую косточку… — И успела прикрыть за собой дверь, увернувшись от полетевшей в меня бутылки шампанского.
В зале Ден больше не появился, что я сочла хорошим признаком.
В том, что он постоянно и пристально наблюдает за мной, я не сомневалась и, внезапно увидев однажды блондина из его гвардии рядом с собой, не удивилась.
Я тогда ждала Рахманова в баре, сидела возле стойки с чашкой кофе, и вдруг он материализовался, устраиваясь в кресле слева от меня.
— Привет, веселая вдова, — сказал насмешливо.
— Просто я открыта для новых чувств, — широко улыбнулась я.
— Чувства новые, а трахают тебя все те же, — хмыкнул он. — Рахманов и этот паршивец Ник.
— Как мило. Ты что, следишь за мной? Для хозяина стараешься или у тебя личный интерес?
— Для личного интереса у меня здоровья не хватит.
— Как жаль. А с виду ты парень хоть куда. Что там мой дурачок, все сидит взаперти и строит планы мести?
— В последнюю нашу встречу ты выглядела хуже некуда, и если б не я…
— Хочешь получить награду?
— Ты его дразнишь, — нахмурился блондин.
— Конечно, — хихикнула я. — Он в самом деле меня боится? Забавно.
— Ты его дразнишь, а когда он окончательно лишится рассудка… — Он замолчал, предлагая продолжить мне.
— Я начну из него веревки вить, — кивнула я. — Знаешь, скорее всего, все закончится весьма банально: я стану твоей хозяйкой. Утром скандал, к вечеру драка, ночью умопомрачительный секс, и каждый год по ребенку.
— Ну, ты и стерва… — покачал он головой.
— Да мы все такие, — отмахнулась я.
В следующий раз мы встретились с Деном в ресторане, куда меня привел все тот же Ник. Мы уже изрядно выпили, Ник изводил меня мыслями на тему глупости баб вообще и моей непроходимой в частности. А я обещала ему райское блаженство, если он наконец заткнется.
— Твой дружок, — вдруг сказал он. — Уже полчаса на тебя таращится.
— Кого ты имеешь в виду, милый? — мурлыкнула я.
— Гадюку, естественно. Сидит за твоей спиной с каким-то хмырем и двумя шмарами. Рыжая так к нему и липнет, а наш мальчик очень огорчен, что ты этого не видишь.
— Я вообще его видеть не хочу, — засмеялась я.
— Ты оставила свою глупую идею, детка? — съязвил Ник.
— У меня же никаких шансов.
— Слава богу, ты меня успокоила. А то папа плохо спал по ночам из-за твоих планов. Сытая жизнь пошла тебе на пользу, ты заметно поумнела.
— Дорогуша, — усмехнулась я, — давай поспорим на твою тачку, что я шлепну этого урода? И вовсе не потому, что он здорово меня допек, просто хочу доказать тебе, что кое-чего стою.
— Так я тебе и поверю, — скривился Ник. — Тебе плевать на меня.
— Правильно не веришь. Мне на всех плевать. Но «мой дружок», как ты его называешь, уже практически покойник, только пока ничего об этом не знает.
И я повернулась, чтобы увидеть Дена. Опять наши взгляды встретились, как тогда в казино, и я послала ему воздушный поцелуй. Но сразу отвернулась. Потом чуть передвинула стул, чтобы Ден мог видеть меня в профиль. За неимением другой аудитории пришлось пробовать свои чары на Нике. Левая рука на спинке стула, я небрежно наматываю прядь волос на указательный палец, не забывая томно поводить плечами, насмешливо гляжу на Ника и болтаю всякую чушь, то и дело смеясь…
— Мама дорогая, — завопил вскоре Ник. — За что мне такое счастье? Могу публично оконфузиться, уже нет никакого терпения. Деточка, это не твоя ножка упирается мне в жизненно важные органы? Да я сволочь Гадюку сам убью: такой стресс для моего организма, а какая обида, что все это предназначается не мне.
— Да ладно, и тебе обломится.
— А парня повело, — хихикнул Ник. — Пьет, бедолага, и уже не стесняясь жрет тебя глазами. Я начинаю переживать, как бы и он публично не оконфузился. Что делают с нами, бедными, сучки вроде тебя.
— Сматываемся, — предложила я.
— Самое время, — кивнул он.
Ночью раздался звонок, я сняла трубку и не удивилась, услышав голос Дена.
— Значит, я твой дурачок, который сидит взаперти и строит планы мести? — спросил он.
— Боже! — простонала я. — Мальчик что, стенографировал наш разговор?
— Просто у него хорошая память.
— Поздравляю.
— Идея об умопомрачительном сексе и каждый год по ребенку мне, кстати, понравилась.
— Не бери в голову, я пошутила.
— Но ты об этом думала?
— Разумеется. Я и сейчас об этом думаю.
— Ты одна?
— Конечно.
— А как же Ник?
— Ему мало что перепадает. К тому же он боится Рахманова, вот я и думаю о тебе, а вовсе не о нем.
— И что ты обо мне думаешь?
— Ты чокнутый сукин сын, и я безумно хочу тебя.
— Врешь.
— Жаль, что тебя нет рядом, мог бы проверить.
— Ты меня ненавидишь.
— Ты меня тоже. И что? Одно другому не мешает.
— Говорят, ты живешь на широкую ногу? Новая тачка, шикарная дача.
— Скромный домик, но там есть бассейн, в котором я плаваю по ночам под звездами.
— Одна?
— Когда как. Иногда воображаю, что с тобой.
Он усмехнулся:
— Ты думаешь, я поверю? Я убил твоего мужа.
— Не меня же, в конце концов. Спроси у десяти женщин, хотели бы они, чтобы из любви к ним мужчина совершил убийство. Восемь начнут охать «ах, нет, ни за что на свете», а две скажут правду, что мечтают об этом.
— Ты меня дразнишь.
— Конечно. И это только начало. То ли еще будет, милый.
— Чего ты добиваешься? — посерьезнел он.
— Ты знаешь.
— Нет.
— Знаешь. Ты приползешь ко мне на коленях.
— И что потом?
— Я придумаю что-нибудь интересненькое. Обещаю, скучно не будет. Ох, как я хочу этого, дорогой…
— Ты таскаешься с Ником по кабакам. Куда, к черту, смотрит твой Рахманов?
— А он уехал в Москву на целых две недели. Меня с собой не взял, вот я и решила, что он заслуживает того, чтобы его проучили.
— Ты нарочно пришла в ресторан, знала, что я там буду…
— Кончай прикидываться! Это ты знал, что я там буду, твои орлы глаз с меня не спускают. Ладно, ты мне надоел. Спокойной ночи, милый.
Теперь моя жизнь протекала от звонка до звонка. Я смиряла себя, заставляя быть терпеливой.
— Чем занимаешься, сладкая?
— Разрабатываю план операции.
— Как подразнить меня?
— У тебя мания величия. Сегодня на Дворянской я видела колье — сапфиры и бриллианты. Восхитительная вещь. Олег жалуется, что я его разоряю. Значит, надо придумать что-то такое, чтобы он сам захотел мне его купить.
— Я куплю тебе десяток колье и полсотни платьев. Или сотню, если хочешь. Что еще? Самолет, вертолет? Только скажи. — Он смеялся, но говорил почти серьезно.
— У тебя я ничего не возьму.
— Ну, мы еще посмотрим…
Уже к обеду появился блондин. Дальше порога не прошел и протянул мне бархатный футляр. Я вынула колье и сказала:
— Помоги.
Скинула с плеч халат, обнажая грудь, парень долго возился с застежкой, сцепив зубы.
— Завязывай со своими шуточками, — сказал глухо. — Кончится тем, что он тебя пристрелит.
