что в 1958–1959 годах именно в этой местности проводились масштабные мелиоративные работы и торфоразработки. Поэтому был сделан вывод, что знамя дивизии, очевидно, перемещено вместе с грунтом. Скорее всего, этим оно попросту было уничтожено. Немецкий историк 151-го пехотного полка 61-й пд так описывал этот бой: «Основная масса 61-й пд двигалась в первой половине дня 1 июля по дороге Митау [Елгава — Авт.] — Рига следующим порядке: пехотные полки: 162-й, 151-й, 176-й. Примерно в 11 ч поступило сообщение, что враг находится по обе стороны дороги, по которой мы двигались южнее от Санкт-Тиринис в лесном заболоченном массиве. Силы врага — примерно один полк. Дорога интенсивно обстреливалась. В 13 ч 162-й пп выставленный против врага, не смог не на метр продвинуться вперед. Когда чуть позже в расположении 151-го пп появился командующий XXVI АК генерал артиллерии Водриг, он приказал усилить наступление 162-го пп одним батальоном 151-го пп. После этого 3-й батальон был послан на помощь 162-му пп (послан оберстом Мельцером) для наступления на врага в лесном массиве южнее Катрина… Противник ожесточенно оборонялся, обстреливал из пулеметов и орудий, хорошо маскировался. Только около 15 часов по сообщению 3-го батальона наступление продолжилось… Около 19 часов шум боя стих. Усиленный полк русских, который находился южнее Риги и пытался оказать сопротивление, вероятно не подозревавший о ситуации, был уничтожен».[371] В этот день 61-я пд немцев понесла тяжелые потери[372]: 114 погибших (в т. ч. 4 офицера), 136 раненных (в т. ч. 6 офицеров), 30 пропавших без вести. Учитывая, что в этот день других боев почти не было, эти потери понесены немцами в боях со 114-м сп и защитниками Лиепаи.
Не все защитники Лиепаи и после этого боя попали в плен. Вернемся к воспоминаниям торпедиста с подводной лодки «Спидола» П. В. Ермолаева: «Дальше мы двигались со всеми собравшимися частями, машины, подводы, верхом, пешком, по узкой дороге лесом, болотом к Риге, и вот, под Ригой, кажется, в устье (Западной) Двины было последнее побоище… мы приняли последний для нас бой, стрелять было нечем, много (было) раненых, дорогу завалило подводами, машинами, не вперёд, ни назад. Команды никакой не поступало. Кто куда разбежались по лесу, по болотам, группами… Там было страшное, трудно описать. Немец нас обходил в кольце. Дорога была забита, разворота не было, битые машины, подводы, в кюветах лошади и люди, стон, крик людской, кто-то дал команду[: «] Спасайся, кто как может [!»]. И кто мог, разбегались, по болотам, в лес малыми группами, по 10 чел[овек,] по 8, по 20, кто со своими, кто с чужими. Нас, близких, с одной лодки было 2-е [-] я и Абакин Анатолий ([по кличке «]Рыжий[»]), а все остальные были другие ребята, но хорошие. Всего нас было 12 [моряков] и 1 пограничник кнам присоединился позже… затем [-] 9 и позже [-] только 6. Вот такой группой мы пробирались, хотя сами точно и не знали, куда… Мы шли без компаса, с 2-я винтовками и 1-м пистолетом. Ещё был у нас пулемёт [системы] Дегтярёва, это нам придавало силы и надежды, да мало дисков [к нему было — ] только 2, потом всё кончилось… Лесом около [шоссейной] дороги мы резали связь. Снимали посты у железнодорожной станции, [которую] охраняли латыши… Мы ещё долго пробирались лесами… крепились от голода и холода, шли дожди, и мы надеялись, ждали, что вот придут наши… Так мы пиратствовали до 11-го или 12-го августа… уставшие, голодные, раздетые и босые, а дни были дождливые, сыро… Перебравшись через реку, сильно уставшие, зашли в один дом, достали немного еды и пошли в лес… Утром в солнечном пригреве на привале, после сытного завтрака в одном хуторе у латыша «доброго» мы уснули и?… Нас там и взяли в плен [-] не без помощи того латыша, что нам дал хлеба и молока… мы оказались в плену. Как нас не расстреляли, я и сейчас не могу объяснить, тем более [-] матросов, не дюже они[, немцы и латыши] нас «любили»…».[373]
С вечера 30 июня кригсмарине силами 5-й и 31-й флотилий тральщиков начали тралить водный район Лиепаи. Утром 1 июля проход в порт Лиепаи был проделан, при этом было подорвано 9 мин. Работы продолжались. Вечером, в 19 ч 10 м при тралении погиб тральщик М.3134. Затралив 2 мины, он их подорвал, это вызвало детонацию еще двух мин, что и вызвало гибель тральщика. Погибло 9 моряков. 3 июля в Лиепаю был приведен первый конвой. Два корабля 15-й флотилии тральщиков должны были отвести в Лиепаю корабль обеспечения полетов «Karl Meyer» из Пиллау. По дороге им следовало взять с собой танкер «Mittelgrund». На подходах к Лиепае конвой должен быть встречен 5-й флотилией. Также было разрешено в восточной Балтике каботажное судоходство для судов до 150 т. С 3 июля в Лиепае уже начал функционировать судоремонтный завод — работоспособны были доки, машинные и корпусные мастерские. Первыми там встали на ремонт котлов тральщики М.251 и М.31.[374]
Итоги и выводы
Город Лиепая был в числе первых очагов сопротивления в полосе наступающей немецкой группы армии «Nord», где немецкие войска встретили организованное сопротивление советских войск. По признанию немцев, организация обороны Лиепаи находилась навысоком уровне, солдаты имели хорошую боевую подготовку и отважно сражались. Общие потери 291-й пд и приданных ей частей с 22 июня по 1 июля 1941 года составили: убитых 354 (в т. ч. 20 офицеров), раненых 879 (в т. ч. 33 офицера), пропавших без вести 202, всего 1435 человека.[375] Здесь не учтены потери летчиков, моряков плавсостава, комендатуры Скуодаса и другие потери. Приблизительно немцы потеряли всего около 1500 человек. Наиболее тяжелые потери немцы понесли 27 июня при прорыве советских войск из Лиепаи. В журнале боевых действий 291-й пд в 21 ч 15 м зафиксированы следующие сообщения из 506-го пп: «Потери тяжелы», в 23 ч 30 м: «Полк сильно изнурен и прорвался от прибрежной дороги на северо-восток от Либау». В вечернем докладе 27 июня отмечалось: «Боеспособность 506-го пп сократилась». Историк В. И. Савченко писал о том, что немецкие потери оцениваются примерно в 2000 убитых и раненых. С учетом имеющейся статистики с его выводами можно согласиться. Примерно в боях за Лиепаю участвовало с обеих сторон около 35–40 тысяч человек. Две трети от этого числа были немцы. Потеряв в боях убитыми около 500 человек немецкие войска полностью разгромили противника и выполнили поставленную задачу.
После захвата города немцы, как и во многих
