можно больше беречь себя!
— А почему тогда не закрепить брак раньше? — удивилась Даари. — Дракон ведь чует беременность сразу! Да и, насколько я помню, лекари и раньше это умели определять.
Лечили вот только хуже, и компенсировать ситуацию, когда у ребенка был магрезерв, а у матери нет, умели хуже — это Даари уже выяснила. (Кстати, как оказалось, Гешвири всполошила ее не то чтобы зря, но преждевременно: к этим процедурам в любом случае приступали с двенадцатой недели.)
— Как вы знаете, госпожа, первые пять веков Цивилизации приходилось опасаться сильных внешних врагов, да и последние королевства в Пограничье замирили лишь чуть больше века назад. В прежние времена некоторые противники Цивилизации считали делом чести напасть на уважаемую супругу Владыки, находящуюся в тягости, поэтому такое положение нарочито скрывалось, сколько это было возможно.
— Угу, — хмыкнула Даари, — спасибо нашим воинственным предкам за необременительные церемонии!
— Да, только одно изменение. Раньше, как раз по той причине, что новая старшая госпожа, как правило, находилась в неподходящем для путешествий положении, да и проживали все старшие супруги в одном дворце, прочие старшие супруги приветствовали ее. А теперь считается, что самая младшая супруга должна сама нанести визиты почтительности.
— Знаю, предупреждали, — кивнула Даари.
Хорошо хоть для церемонии все эти мегеры (а она не сомневалась, что в старших супругах у Дракона никто иной оказаться не может!) приедут в Таалу. Не придется раскатывать по всей стране. Кроме старейшей супруги, госпожи Саалании Утренней Лилии из Фалезунского дворца — та отговорилась преклонным возрастом. Ну и прекрасно, вот уж кто наверняка грымза из грымз!
В общем, от Даари в знаменательный день церемонии почти ничего не требовалось.
Все же она не могла заснуть.
Она прекрасно понимала, что эта церемония ничего не решит и ничего не изменит, что все уже давно решено — наверное, в тот момент, когда в пещерах под Аттоной она, будучи уверена, что умирает, попросила Дракона ее поцеловать. Но почему-то казалось, что перед ней сейчас захлопывается дверь на свободу... Или даже крышка гроба.
В общем, типичные мысли невесты перед свадьбой.
Даари встала, накинула теплый халат и вышла на балкон. Великое благо этой резиденции, куда большая роскошь, чем мягкие ковры, расшитые диваны или даже слуги, по взмаху руки приносящие прохладительные напитки: возможность выйти на балкон среди ночи, и тебя встретит не шум повозок и невнятная брань подвыпившей компании в соседнем дворе — а звезды в небе, шум листвы и плеск водопада.
Даари присела в кресло около балюстрады и подумала, что даже этот приятный дворцовый парк может надоесть, если тебе придется жить здесь день за днем, год за годом, ничем особенным не занимаясь. Но лучше уж жить здесь, конечно, чем в крошечной квартирке в Нижнем районе и работать где-нибудь продавщицей или фасовщицей на складе...
Тут вдруг ей нестерпимо, до головокружения захотелось, чтобы вместо балкона сделался широкий подоконник, внизу — каменный колодец двора, и чтобы подвыпившая компания, и тетушка Моири Ланно из соседнего блока трубным голосом кричит на них: «Прекратить шум, подлецы, у моей Лали завтра экзамен! Не то как вызову городскую стражу!» В общем, чтобы вокруг была нормальная, привычная жизнь, и нормальные, привычные заботы.
— Так я и думал, что тебя одолеют нервы, — сказал позади нее беззаботный голос.
Даари обернулась.
Конечно, это был Дракон. Снова в своем привычном теле, джинсах, футболке и, для разнообразия, даже не в шлепанцах, а босиком. «С ума сошел, подлец! Простудится же!» — сказал у Даари внутри голос той же тетушки Ланно (ночь в начале зимы в Таале выдалась прохладной; по крайней мере, пол холодил ее подошвы даже сквозь тапки). Потом она заметила кое-что еще.
— Ты устал? — спросила она удивленно.
Никогда прежде ей не доводилось видеть Владыку усталым.
Полумертвым — да. Даже обморочным. Льдисто-злым, даже нежно-страстным. А вот уставать, ей казалось, он и вовсе не умеет.
— Не спал несколько дней, — Дракон провел рукой по лицу. — Извини, не мог вырваться неделю назад.
«Ни фига себе! — подумала Даари. — Извиняется?! Да не подменили ли его?!»
Тут же пришла в голову пугающая мысль: а что если кто-то посторонний способен принять тот же облик, что и Дракон? Либо тем же методом, что клановые женщины предстают полузверями — ну ладно, там кости-то не меняются, либо... Ну, просто даже не иллюзией (иллюзию, допустим, Даари увидит, а любой другой маг почует), а просто обычной косметикой и париком. Вдруг найдется похожий на него парень?
— Да я это, я, — хмыкнул Дракон. — А что извиняюсь — понятно, спокойствие беременной женщины — свято, особенно когда это моя женщина. Я же твоим спокойствием пренебрег, поскольку счел другие дела более важными. В свое оправдание скажу, что я сейчас занимаюсь интенсивной прополкой кадров. Естественно, у меня есть на то исполнители, но их работу непременно надо проверять самому, больше никому не доверишь. Тем более, что сделать его надо быстро и прямо сейчас. Ну вот разве что дорогой Сайки... Но она, при всем моем к ней уважении, слишком плоть от плоти нынешней системы — нет в ней истинного ужаса перед грядущей катастрофой.
— Катастрофой? — спросила Даари, похолодев. — Этот заговор, который... Ну, в Ло-Саароне и в Аттоне... Он так глубоко пустил корни?
Дракон посмотрел на нее с легким удивлением.
— Заговор? Который именно? У меня всегда на контроле штук десять в лучшем случае — население Цивилизации славится активностью и творческим подходом. Молодцы, сам вас такими взрастил, чтоб мне провалиться... Нет, дело не в этом. А в том, что наше государство само по себе стоит на краю гибели.
— Само по себе? — не поняла Даари.
— Да, вот так, — хмыкнул Дракон невесело. — Если бы не Пограничье и необходимость держать армию в тонусе, мы бы и сто лет мира не пережили. Но и так готовы посыпаться, чуть что. Последние события это особенно четко показали. У нас тут предательство в армии, самого меня чуть было не убили — ну, пусть не знали, что это я, но, бесы их подери, в любом случае, покушение на принца тоже дело серьезное! — и хоть бы что! — Он покачал головой, вздохнул, упал на соседний с Даари шезлонг. Никогда она еще не видела Дракона в таком взвинченном и болтливом состоянии.
